Как я провел детство (в деревне.)…летом приезжая на каникулы к любимой бабушке ... я обычно вечером отправлялся на велосипеде встречать табун, который пастухи подгоняли к окраине деревни. Приезжал, выискивал своих коров среди большого красно – черного стада, позже гнал домой, они в первые дни лета, когда я только приехал в деревню, не хотели идти под моим командованием, однако потом стали узнавать, и шли без проблем.
Деревенские люди каким-то непостижимым мне образом понимают характер животных, знают, что с невинным видом смотрящая на тебя корова на самом деле утаивает молоко для своего теленка)

поэтому, подоив раз, нужно еще раз дать теленку попить молоко, чтобы потом еще раз подоить)
Когда коровы были выдоены, бабушка оставляла на веранде ведро с молоком, и обычно просила посмотреть за ним, пока телят отвязывали и давали наконец-то свободно напиться молока сколько влезет.. а следить за молоком нужно было, потому что рядом ошивался кот Васька (собак молоко не интересовало), который всегда терпеливо ждал вечера, и свежего коровьего молока в миске) ну или в ведре, если никто не видел.
А потом когда темнело мы пили парное свежее молоко, еще теплое, кто-то с сахаром, кто то без. Дед крошил хлеб в него хлеб, я тоже попробовал– оказывается это очень вкусно .
А еще, когда зимой рождался теленок( или ягненок), его обычно брали в дом, пока окрепнет..привязывали в углу рядом с этой печкой. Теленок мычал и звал маму, и она ему отвечала с улицы) он едва стоял на ногах, скользил и падал, снова вставал и снова падал. Такой беспомощный и маленький.
...Я помню одну лунную ночь, когда спал один на кровати рядом с печкой, от побеленной известью поверхности которой шел приятный жар. Вкус этой известки помню до сих пор) Прямо в окно светила луна, загадочная, странная. Когда пришел в деревню газ, и печку снесли, было немного жалко, ведь с ней связано много воспоминаний. Можно сказать что я родился и рос рядом с этой печкой, отапливаемой дровами…помню как таскали с мороза дровишки, и складывали их в выемке наверху, а потом самозабвенно их топили. Мне нравилось видеть как вспыхивал огонь с новой силой, когда подкладываешь дров в пасть этой печки, словно кормишь невиданного зверя, мне нравился запах огня, мне нравилось слушать, как трескаются подсушенные поленья, как с особым звуком вода ходит по горячим трубам…
…мне нравилось собирать ракушки со дня реки, когда старшие водили нас, детишек, купаться после обеда…нащупывая их ногами, а после ныряя пытаясь попасть именно туда где нашел ракушку.а после с большим удовольствием скармливать их утятам, они так смешно кушают, вы бы видели, головой двигают вперед назад быстро-быстро и выглядит это забавно. Когда более слабым не доставалось достаточно пищи (всегда есть слабые, с какими-либо дефектами рождаются – хромые или слепые на один глаз) – поровну, то я отбирал куски у более наглых и отдавал более слабым – следя за тем чтобы опять не отобрали. Бывало специально выкапывал червей, чтобы накормить куриц, это дико радовало, когда они ели почти что с рук, вот только землю я копал их по много часов, а они съедали их слишком быстро) а видели бы вы как цыпленок ухватив червяка бежал от своих товарищей подальше, угол, чтобы съесть в одиночку, не тут то было! За ним гнались всех толпой ,и вырывали из клюва, и переходный червяк доставался другому цыпленку, и гнались теперь за ним) это могло продолжаться довольно долгое время) А потом склонив голову набок, одним глазом заглядывали мне в лицо, пытаясь угадать, будет ли добавка)
Помню в четыре года мы с дедушкой отправились в поле за колхозной соломой, никому не нужной, уборка уже кончилась, был сентябрь. Пришвартовали лошадку около высоченного и величественного дуба. И пока дед ходил с вилами туда-сюда к большому стогу, я собирал желтые желуди, позже дома пропустив их через нить, сделал своеобразные бусы) подарил бабушке
Я очень любил сенокос, поскольку туда отправлялись почти все от мала до велика, и каждый занимался чем-то, кто поменьше охраняли стоявшую в тени деревьев лошадку от слепней и расчесывали специальным деревянными граблями сено, остававшееся от работы взрослых. Мне было больно смотреть, сколько сена пропадает зря, взрослые собирали их в основном вилами, и многое оставалось попросту лежать на земле, я старательно подчищал за ними, а позже говорил – вот собрал маленькую кучку сена, это ведь барану на целый раз поесть) помню запахи сухого сена, цветов, земляники, жужжанье вокруг диких ос, шмелей, стремительный бег кусачих муравьев по ногам, когда случайно сшибал замаскированный травой муравейник. (кстати, самые маленькие – желтые, кусают больнее всего ).
Я втыкал смоченный слюной стебелек в муравейник, и набегавшие муравьи жалили его, оставляя кислоту, с таким своеобразным вкусом и запахом , вот такие карамельки на палочке )
Работали все вместе, и это было хорошее ощущение единения. А после садились отдыхать в тенек, в примятую траву. Женщины раскладывали еду, мужчины пили самогон , и рассказывали всякие истории, я слушал конечно открыв рот. Помню однажды глотнул браги с баллона спутав его с чаем, очень хотелось пить, а на цвет что брага что чай с молоком – одинаковые, открыл баллон, начал пить, чувствую что-то не то, поперхнулся..а они давай ржать, и главное ничего не говорят мне, смотрят что будет)
Сейчас ручной работы не стало почти, сено косят и собирают машины, ушла какая-то романтика. Наверно, это стандартное ощущение, когда старое доброе деревянное натуральное вытесняется техническим прогрессом. И вместе косы – косилка, и вместо дров – газ…
(Большинства из тех, кто приходил помогать нам в большом труде, когда одной семьей не справиться, не за деньги, а за еду, самогон ,сигареты, их уже нет на этом свете..Был электрик Ильдар, он жил один в стареньком хуторе через реку, деревня была слева от реки, и его дом – на крутом берегу справа..лазил с этими всеми приспособлениями на столбы, вечно с красным лицом, и вечно пьяный…но хороший, и мухи не трогал. Был Галимдар, тоже бывало приходил к бабушке, с похмелья, она ему на лечение и наливала сто грамм. Он замерз пьяный в зимнюю ночь ,в метель, до дома не дошел..У меня мама работала тогда фельдшером в местном медпункте, утром из ее разговора с бабушкой и услышал, что он умер. Я не понимал конечно что значит умер, как это – умереть.
Сейчас людей здоровых и работоспособных в деревне почти не осталось, одни старики, а из города в деревню люди не особо стремятся. Некому работать, моя бабушка говорит, что даже готова заплатить ( неслыханное дело – работать в деревне за деньги)
со своей скромной пенсии, чтобы помогли картошку там перекопать, или дом помогали строить, да некому. Этой осенью копали картошку (30 соток) вдвоем, я и моя тетя, представляете? МЫ бабушке и говорим – ну зачем вам столько скота, столько овец, ведь некому сеном и полем картофельным заниматься ,а они не могут, не могут сократить, привыкли вести большое хозяйство. Бабушка лишь грустно улыбается, обещает на следующий год меньше посадить, и поголовье овец уменьшить..это понятно, что трудно это сделать, ведь хозяйство – вся их жизнь.)...Я был просто зачарован техникой, тракторами,

а люди, которые ими управляли, мне казались какими-то сверхчеловеками) Один раз меня взяли на борт ДТ-75, он страшно дребезжал, я сидел рядом с трактористом, и зачарованно наблюдал сверху и изнутри машины, которая способна была оставлять гусеничные следы даже на асфальте…
…Однажды пришли какие-то люди, и стали прокладывать асфальт. Мы, мальчишки, забрались на верх сарая, куда забрасывали сено, и наблюдали за тем, как пришло Новое в нашу деревеньку. Как старый деревянный, черный от времени электрический столб заменили на бетонный. Как закатывали черным асфальтом землю. Было опять таки жалко, что теперь уже не было этих веселых рек после дождя, которые размывали почву на улице, и не было больше огроменных луж, таких миниморей, в которые можно было запускать деревянные кораблики, и по которым можно было сломя голову бежать от догоняющего тебя «фашиста» или убегать от пчелы, которой ты вдруг не понравился. (однажды меня укусила пчела, прямо в бровь, после я несколько дней ходил с заплывшим глазом – меня так и называли «китайцем»

- а всего то хотел зайти в сад, где росла яблоня, дававшая уже в июле вкусные яблоки)
Я любил бродить по саду, улавливая запах клейких тополей, слушая треск хвороста под ногами. По весне, когда еще не было густой растительности, можно было наблюдать жучков – красных солдатиков с черными узорами – «глазами» на спине. Я как-то их собрал в баночку и пытался скормить курам, и искренне недоумевал, почему они отказываются их есть) подойдут, посмотрят, даже пробовать не станут, и пойдут дальше…)
…На лето приезжали собиралось более десятка внуков, те кто жили в деревне, плюс те кто приезжал с города. Бывало, что в дому было столько народу, что из взрослых некоторые спали прямо на сеновале, или на веранде..если не было места на полу…
…На новый год собирались по много людей, по пятьдесят даже человек, и устраивали веселье, чем больше было людей – тем было мне лучше не знаю почему.

Наряжали елку, этот бесподобный хвойный запах…вешали игрушки с коробки, которую весь год хранили в чулане. Ели балеш, с крольчатиной, которую накануне добывал на лыжах и с верной собакой Шариком дядя - охотник и рыбак...
…Зимой на каникулах играли в хоккей, конечно никаких коробок не было,. Была колонка на окраине, а внизу в сторону поля – небольшой водоем, в который стекала вода с колонки. Зимой он замерзал, и мы очищали его от снега, делали ворота из двух кирпичей на расстоянии, вместо шайбы – кусок льда, вместе клюшки – сук.

Бывало что в задоре игры не замечаешь сразу полученной раны, просто придешь с мороза в дом, и чувствуешь что-то щиплет, смотришь – поцарапался. Ну ничего страшного, дед, бабушка, мама, тетя – врачи, и дома всегда были лекарства, целый шкаф с лекарствами, я знал где зеленка и йод, и обрабатывал себя сам. Было почему-то интересно это делать, лечить себя, тогда я уже хотел стать врачом, хирургом..благо медицинской литературы было навалом – читай не хочу. Там же среди лекарств лежал мешочек с глюкозой, и про нее не забывал, пока никто не видел, таскал небольшими порциями)…
Бывало когда наступали сумерки, мне становилось немного грустно. Слышался перелай собак, мычание коров, я смотрел вдаль, солнце садилось, становясь все краснее, появлялся такой прохладный приятный ветер. Стрекотали сверчки, и сидя на скамеечке я просто наблюдал, как вскоре появлялась луна, когда еще солнце не ушло полностью, о она уже тут, и звезды проявлялись..Я до сих пор когда вижу ночное небо, ищу полярную звезду, и Большую медведицу.
Мы очень любили почему то с фонарями лазить в подвал дома, могли часами там пропадать ползая по земле,выискивая что-нибудь утерянное, монеты например. Тем более столько легенд ходило о деньгах царских времен. Впрочем, ничего кроме праздничной блестки и всякого мусора там не находили, но процесс! Холодный в знойный июльский день подвал. Исследование нового ,неизведанного! С большим интересом копали огород, где раньше стоял дом одной бабушки, и что самое интересное, однажды нашли монету петровских времен..
В шестом классе я попал на одну четверть весной учиться в деревенскую школу., и успел еще на практику летом. И там большее внимание уделялось не столько тому, как ученик учится, а тому, как он работает на школьном участке. Мы пололи, поливали, копали. И оценки выставлялись не по тому как усердно ты работал) В столовую каждый должен быть сдать ведро картошки, никаких денег, все свое.
Помню как-то после урока ребята всем классом пошли за угол школы, на мой вопрос зачем – оказывается, проверять силы – биться на кулаках. мне предлагали, я естественно отказался. Посмотрел, не понял естественно замчем они это делают. Что самое интересное, в деревне ко мне относились очень хорошо, пусть и совершенно отличные от меня люди, но нормально относились к моим знаниям, или слабости в физическом отношении. Это в школе для умников я попал во враждебную среду, но не об этом сейчас речь. Может потом и напишу.
Уф, устал писать. редактировать влом, тем кто прочел – спасибо.
