Сергей Есенин

[Ксения]

Сергей Есенин
УРЕТРАЛЬНО-ЗВУКОВОЙ СУИЦИДАЛЬНЫЙ КОМПЛЕКС
СМ: suicidal-nyj-kompleks-561.html

Несколько интересных фактов из жизни Сергея Есенина
http://esenin.niv.ru/esenin/biografiya_3.htm

Сергей Есенин с отличием закончил в 1909 году Константиновское земское училище, затем церковно-учительскую школу, но, проучившись полтора года, ушел из нее - профессия учителя его мало привлекала. Уже в Москве, с сентября 1913 года Есенин начал посещать народный университет имени Шанявского. Полтора года университета дали Есенину ту основу образования, которой ему так не хватало.

Осенью 1913 года вступил в гражданский брак с Анной Романовной Изрядновой, работавшей вместе с Есениным корректором в типографии Сытина. 21 декабря 1914 года у них родился сын Юрий, но Есенин вскоре оставил семью. В своих воспоминаниях Изряднова пишет: "Видела его незадолго до смерти. Пришел, говорит, проститься. На мой вопрос, почему, говорит: "Смываюсь, уезжаю, чувствую себя плохо, наверно, умру". Просил не баловать, беречь сына". После смерти Есенина в народном суде Хамовнического района Москвы разбиралось дело о признании Юрия ребенком поэта. 13 августа 1937 года Юрий Есенин был расстрелян по обвинению в подготовке к покушению на Сталина.

30 июля 1917 года Есенин обвенчался с красавицей-актрисой Зинаидой Райх в церкви Кирика и Улиты Вологодского уезда. 29 мая 1918 года у них родилась дочь Татьяна. Дочь, белокурую и голубоглазую, Есенин очень любил. 3 февраля 1920 года, уже после того, как Есенин разошелся с Зинаидой Райх, у них родился сын Константин. Однажды он случайно на вокзале узнал, что в поезде находится Райх с детьми. Приятель уговорил Есенина хотя бы взглянуть на ребенка. Сергей нехотя согласился. Когда Райх распеленала сына, Есенин, едва взглянув на него, сказал: "Есенины черными не бывают..." Но по свидетельству современников, Есенин всегда носил в кармане пиджака фотографии Татьяны и Константина, постоянно заботился о них, посылал им деньги. 2 октября 1921 года народный суд г. Орла вынес решение о расторжении брака Есенина с Райх. Иногда он встречался с Зинаидой Николаевной, в то время уже женой Всеволода Мейерхольда, чем вызывал ревность Мейерхольда. Существует мнение, что из своих жен Есенин до конца своих дней больше всех любил Зинаиду Райх. Незадолго до смерти, глубокой осенью 1925 года Есенин навестил Райх и детей. Как со взрослой поговорил с Танечкой, возмутился бездарными детскими книжками, которые его ребятишки читают. Произнес: "Вы должны знать мои стихи". Разговор с Райх закончился очередным скандалом и слезами. Летом 1939 года, уже после смерти Мейерхольда, Зинаида Райх была зверски убита в своей квартире. В то, что это чистая уголовщина, многие современники не верили. Предполагали, (а сейчас это предположение все больше перерастет в уверенность), что она была убита агентами Н

4 ноября 1920 года на литературном вечере "Суд над имажинистами" Есенин познакомился с Галиной Бениславской. Их отношения с переменным успехом продлились до весны 1925 года. Вернувшись из Константинова, Есенин окончательно порвал с ней. Это было для нее трагедией. Оскорбленная и униженная Галина в своих воспоминаниях писала: "Из-за нескладности и изломанности моих отношений с С.А. я не раз хотела уйти от него как женщина, хотела быть только другом. Но поняла, что от С.А. мне не уйти, эту нить не порвать..." Незадолго до поездки в Ленинград в ноябре, перед тем, как лечь в больницу, Есенин позвонил Бениславской: "Приходи проститься". Сказал, что и Софья Андреевна Толстая придет. Галина ответила: "Не люблю таких проводов". Галина Бениславская застрелилась на могиле Есенина. На его могиле она оставила две записки. Одна - простая открытка: "3 декабря 1926 года. Самоубилась здесь, хотя и знаю, после этого еще больше собак будут вешать на Есенина... Но и ему, и мне это все равно. В этой могиле для меня все самое дорогое..." Она похоронена на Ваганьковском кладбище рядом с могилой поэта.

Осень 1921 года - знакомство с "босоножкой" Айседорой Дункан. По воспоминаниям современников, Айседора влюбилась в Есенина с первого взгляда, да и Есенин сразу увлекся ею. 2 мая 1922 года Сергей Есенин и Айседора Дункан решили закрепить свой брак по советским законам, так как им предстояла поездка в Америку. Они расписались в загсе Хамовнического Совета. Когда их спросили, какую фамилию выбирают, оба пожелали носить двойную фамилию - "Дункан-Есенин". Так и записали в брачном свидетельстве и в их паспортах. "Теперь я - Дункан", - кричал Есенин, когда они вышли на улицу. Эта страница жизни Сергея Есенина - самая сумбурная, с бесконечными ссорами и скандалами. Они много раз расходились и сходились вновь. О романе Есенина с Дункан написаны сотни томов. Делались многочисленные попытки разгадать тайну отношений этих двух таких не похожих друг на друга людей. Но была ли тайна? Всю жизнь Есенин, в детстве лишенный настоящей дружной семьи (его родители постоянно ссорились, часто жили врозь, Сергей рос у бабушки с дедушкой по матери), мечтал о семейном уюте и покое. Он постоянно говорил, что женится на такой артистке - все рот разинут, и будет иметь сына, который станет знаменитей, чем он. Понятно, что Дункан, бывшая старше Есенина на 18 лет и постоянно разъезжавшая с гастролями, никак не могла создать ему семью, о которой он мечтал. К тому же, Есенин, как только оказывался в браке, стремился разорвать сковывавшие его путы.

В 1920 году Есенин познакомился и подружился с поэтессой и переводчицей Надеждой Вольпин. 12 мая 1924 года в Ленинграде родился внебрачный сын Сергея Есенина и Надежды Давыдовны Вольпин - крупный ученый-математик, известный правозащитник, периодически он публикует стихи (только под фамилией Вольпин). А.Есенин-Вольпин - один из создателей (вместе с Сахаровым) Комитета прав человека. Ныне живет в США.

5 марта 1925 года - знакомство с внучкой Льва Толстого Софьей Андреевной Толстой. Она была младше Есенина на 5 лет, в ее жилах текла кровь величайшего писателя мира. Софья Андреевна заведовала библиотекой Союза писателей. 18 октября 1925 года состоялась регистрация брака с С.А.Толстой. Софья Толстая - еще одна не сбывшаяся надежда Есенина создать семью. Вышедшая из аристократической семьи, по воспоминаниям друзей Есенина, очень высокомерная, гордая, она требовала соблюдения этикета и беспрекословного повиновения. Эти ее качества никак не сочетались с простотой, великодушием, веселостью, озорным характером Сергея. Вскоре они разошлись. Но уже после его смерти Софья Андреевна отметала разные сплетни о Есенине, говорили, что он, якобы, писал в состоянии пьяного угара. Она, неоднократно бывавшая свидетелем его работы над стихом, утверждала, что Есенин очень серьезно относился к своему творчеству, никогда не садился за стол пьяным.

-------------------------------------------------------------

В Есенина влюбилась в старших классах - сразу и навсегда... В стихи-песни - то пылающие бесшабашной удалью, разгулом, то полные тоски... невыносимой, щемящей сердце, захлёстывающей и выворачивающей наружу... такой знакомой...

* * *
Пой же, пой. На проклятой гитаре
Пальцы пляшут твои вполукруг.
Захлебнуться бы в этом угаре,
Мой последний, единственный друг.

Не гляди на ее запястья
И с плечей ее льющийся шелк.
Я искал в этой женщине счастья,
А нечаянно гибель нашел.

Я не знал, что любовь - зараза,
Я не знал, что любовь - чума.
Подошла и прищуренным глазом
Хулигана свела с ума.

Пой, мой друг. Навевай мне снова
Нашу прежнюю буйную рань.
Пусть целует она другова,
Молодая, красивая дрянь.

Ах, постой. Я ее не ругаю.
Ах, постой. Я ее не кляну.
Дай тебе про себя я сыграю
Под басовую эту струну.

Льется дней моих розовый купол.
В сердце снов золотых сума.
Много девушек я перещупал,
Много женщин в углу прижимал.

Да! есть горькая правда земли,
Подсмотрел я ребяческим оком:
Лижут в очередь кобели
Истекающую суку соком.

Так чего ж мне ее ревновать.
Так чего ж мне болеть такому.
Наша жизнь - простыня да кровать.
Наша жизнь - поцелуй да в омут.

Пой же, пой! В роковом размахе
Этих рук роковая беда.
Только знаешь, пошли их на хер...
Не умру я, мой друг, никогда.

* * *
Выткался на озере алый свет зари.
На бору со звонами плачут глухари.

Плачет где-то иволга, схоронясь в дупло.
Только мне не плачется - на душе светло.

Знаю, выйдешь к вечеру за кольцо дорог,
Сядем в копны свежие под соседний стог.

Зацелую допьяна, изомну, как цвет,
Хмельному от радости пересуду нет.

Ты сама под ласками сбросишь шелк фаты,
Унесу я пьяную до утра в кусты.

И пускай со звонами плачут глухари,
Есть тоска веселая в алостях зари.

* * *
ИСПОВЕДЬ ХУЛИГАНА

Не каждый умеет петь,
Не каждому дано яблоком
Падать к чужим ногам.

Сие есть самая великая исповедь,
Которой исповедуется хулиган.

Я нарочно иду нечесаным,
С головой, как керосиновая лампа, на плечах.
Ваших душ безлиственную осень
Мне нравится в потемках освещать.
Мне нравится, когда каменья брани
Летят в меня, как град рыгающей грозы,
Я только крепче жму тогда руками
Моих волос качнувшийся пузырь.

Так хорошо тогда мне вспоминать
Заросший пруд и хриплый звон ольхи,
Что где-то у меня живут отец и мать,
Которым наплевать на все мои стихи,
Которым дорог я, как поле и как плоть,
Как дождик, что весной взрыхляет зеленя.
Они бы вилами пришли вас заколоть
За каждый крик ваш, брошенный в меня.

Бедные, бедные крестьяне!
Вы, наверно, стали некрасивыми,
Так же боитесь бога и болотных недр.
О, если б вы понимали,
Что сын ваш в России
Самый лучший поэт!
Вы ль за жизнь его сердцем не индевели,
Когда босые ноги он в лужах осенних макал?
А теперь он ходит в цилиндре
И лакированных башмаках.

Но живёт в нём задор прежней вправки
Деревенского озорника.
Каждой корове с вывески мясной лавки
Он кланяется издалека.
И, встречаясь с извозчиками на площади,
Вспоминая запах навоза с родных полей,
Он готов нести хвост каждой лошади,
Как венчального платья шлейф.

Я люблю родину.
Я очень люблю родину!
Хоть есть в ней грусти ивовая ржавь.
Приятны мне свиней испачканные морды
И в тишине ночной звенящий голос жаб.
Я нежно болен вспоминаньем детства,
Апрельских вечеров мне снится хмарь и сырь.
Как будто бы на корточки погреться
Присел наш клен перед костром зари.
О, сколько я на нем яиц из гнезд вороньих,
Карабкаясь по сучьям, воровал!
Все тот же ль он теперь, с верхушкою зеленой?
По-прежнему ль крепка его кора?

А ты, любимый,
Верный пегий пес?!
От старости ты стал визглив и слеп
И бродишь по двору, влача обвисший хвост,
Забыв чутьем, где двери и где хлев.
О, как мне дороги все те проказы,
Когда, у матери стянув краюху хлеба,
Кусали мы с тобой ее по разу,
Ни капельки друг другом не погребав.

Я все такой же.
Сердцем я все такой же.
Как васильки во ржи, цветут в лице глаза.
Стеля стихов злаченые рогожи,
Мне хочется вам нежное сказать.

Спокойной ночи!
Всем вам спокойной ночи!
Отзвенела по траве сумерек зари коса...
Мне сегодня хочется очень
Из окошка луну............

Синий свет, свет такой синий!
В эту синь даже умереть не жаль.
Ну так что ж, что кажусь я циником,
Прицепившим к заднице фонарь!
Старый, добрый, заезженный Пегас,
Мне ль нужна твоя мягкая рысь?
Я пришел, как суровый мастер,
Воспеть и прославить крыс.
Башка моя, словно август,
Льется бурливых волос вином.

Я хочу быть желтым парусом
В ту страну, куда мы плывём...

[Ксения]

Читая его стихи через призму системного мышления ... отчаянная, безоговорочная любовь к Родине, боль за Россию, воспевание Родины, частые обращения к детским воспоминаниям... плюсом анальность?
или всё таки уретра?...

Какой вопрос движет уретру по жизни …. кроме сильного желания ( не анального потребительского, а уретрального желания любви …)
…… движение вперед …. Всех под крыло и двигать стаю вперед ….. может так? …

может так?....

[Евгения Алексеева]

В Есенина влюбилась в старших классах - сразу и навсегда... В стихи-песни - то пылающие бесшабашной удалью, разгулом, то полные тоски... невыносимой, щемящей сердце, захлёстывающей и выворачивающей наружу... такой знакомой...

Хочется добавить еще стихи Есенина


Да! Теперь - решено. Без возврата
Я покинул родные края.
Уж не будут листвою крылатой
Надо мною звенеть тополя.

Низкий дом без меня ссутулится,
Старый пёс мой давно издох.
На московских изогнутых улицах
Умереть, знать, сулил мне Бог.

Я люблю этот город вязевый,
Пусть обрюзг он и пусть одрях.
Золотая дремотная Азия
Опочила на куполах.

А когда ночью светит месяц,
Когда светит... чёрт знает как!
Я иду, головою свесясь,
Переулком в знакомый кабак.

Шум и гам в этом логове жутком,
Но всю ночь напролёт, до зари,
Я читаю стихи проституткам
И с бандитами жарю спирт.

Сердце бьётся всё чаще и чаще,
И уж я говорю невпопад:
- Я такой же, как вы, пропащий,
Мне теперь не уйти назад.

Низкий дом без меня ссутулится,
Старый пёс мой давно издох.
На московских изогнутых улицах
Умереть, знать, сулил мне Бог.

на мой взгляд очень яркое выпадение из звука в уретру и обратно) не знаю, правильно ли выражаюсь
а вот оно в исполнении той же Земфиры;)

[Дарья]

ПИСЬМО К ЖЕНЩИНЕ

Вы помните,
Вы всё, конечно, помните,
Как я стоял,
Приблизившись к стене,
Взволнованно ходили вы по комнате
И что-то резкое
В лицо бросали мне.
Вы говорили:
Нам пора расстаться,
Что вас измучила
Моя шальная жизнь,
Что вам пора за дело приниматься,
А мой удел -
Катиться дальше, вниз.
Любимая!
Меня вы не любили.
Не знали вы, что в сонмище людском
Я был как лошадь, загнанная в мыле,
Пришпоренная смелым ездоком.
Не знали вы,
Что я в сплошном дыму,
В развороченном бурей быте
С того и мучаюсь, что не пойму -
Куда несет нас рок событий.
Лицом к лицу
Лица не увидать.

Большое видится на расстоянье.
Когда кипит морская гладь -
Корабль в плачевном состояньи.
Земля - корабль!
Но кто-то вдруг
За новой жизнью, новой славой
В прямую гущу бурь и вьюг
Ее направил величаво.

Ну кто ж из нас на палубе большой
Не падал, не блевал и не ругался?
Их мало, с опытной душой,
Кто крепким в качке оставался.

Тогда и я,
Под дикий шум,
Но зрело знающий работу,
Спустился в корабельный трюм,
Чтоб не смотреть людскую рвоту.

Тот трюм был -
Русским кабаком.
И я склонился над стаканом,
Чтоб, не страдая ни о ком,
Себя сгубить
В угаре пьяном.

Любимая!
Я мучил вас,
У вас была тоска
В глазах усталых:
Что я пред вами напоказ
Себя растрачивал в скандалах.
Но вы не знали,
Что в сплошном дыму,
В развороченном бурей быте
С того и мучаюсь,
Что не пойму,
Куда несет нас рок событий...

Теперь года прошли.
Я в возрасте ином.
И чувствую и мыслю по-иному.
И говорю за праздничным вином:
Хвала и слава рулевому!
Сегодня я
В ударе нежных чувств.
Я вспомнил вашу грустную усталость.
И вот теперь
Я сообщить вам мчусь,
Каков я был,
И что со мною сталось!

Любимая!
Сказать приятно мне:
Я избежал паденья с кручи.
Теперь в Советской стороне
Я самый яростный попутчик.
Я стал не тем,
Кем был тогда.
Не мучил бы я вас,
Как это было раньше.
За знамя вольности
И светлого труда
Готов идти хоть до Ла-Манша.
Простите мне...
Я знаю: вы не та -
Живете вы
С серьезным, умным мужем;
Что не нужна вам наша маета,
И сам я вам
Ни капельки не нужен.
Живите так,
Как вас ведет звезда,
Под кущей обновленной сени.
С приветствием,
Вас помнящий всегда
Знакомый ваш
Сергей Есенин.
<1924>

[Pavel]

Хороший клип на слова Сергея Есенина:

[Дарья]

С большим интересом посмотрела сериал о Сергее Есенине...
http://www.kinopoisk.ru/level/1/film/161142/


Гениальный уретрально-зрительный Безруков потрясающее точно сыграл уретрально-звукового Есенина. Уретральные свойства Безрукову и не надо было играть, он был сами собой.
Я, не имея уретрального векора, но пройдя не одно занятие по уретральному вектору, осознав метафизическую сущность этой 1/8, слилась всем с происходящим на экране, и пережила гамму невероятных эмоций узнавания. Каждое действие на экране оживляло все услышанное на лекциях. Невероятно - видеть и понимать происходящее на такой глубине, которая вне-системного недоступна...

..что интересно, в фильме говорится о том, что самоубийство Есенина было инсценировкой, прикрытием убийства. О чем свидетельствуют некоторые версии его биографии:
http://esenin.niv.ru/

Сотрудники ГПУ и милиции сбились с ног, разыскивая поэта. О его госпитализации в клинику знали всего несколько человек, но осведомители нашлись. 28 ноября чекисты примчались к директору клиники профессору П.Б. Ганнушкину и потребовали выдачи Есенина, но он не выдал на расправу своего земляка. За клиникой устанавливается наблюдение. Выждав момент, Есенин прерывает курс лечения (вышел из клиники в группе посетителей) и 23 декабря уезжает в Ленинград. В ночь на 28 декабря в гостинице "Англетер" Сергея Есенина убивают инсценировав самоубийство.

В конце декабря 1925 Есенин приезжает из Москвы в Ленинград. В ночь на 28 декабря в гостинице "Англетер" Сергея Есенина убили спецслужбы инсценировав самоубийство.

В последние годы жизни Есенин активно выступал против еврейского засилья в России. Против него и его друзей фабрикуется дело по обвинению в антисемитизме, за которое по тем временам полагался расстрел. Затравленный еврейскими большевиками, поставленный в невыносимые условия существования, русский поэт погиб при невыясненных обстоятельствах. Официальная версия ("самоубийство") отрицается многими исследователями. Скорее всего следует говорить о тайном убийстве по приказанию большевистских властей.

Это не было убийством, это было самоубийство - негативный сценарий в уретрально-звуковом смешении....
Вне системно-векторной психлогии возникает вопрос, как такие гениальные поэты как Есенин, Маяковский... имеющие все, что только можно хотеть, любимые столькими женщинами, могли захотеть уйти из жизни? ...
Все через себя: кожники называют их хулиганами,пьяницами и дебоширами, говоря о том, что при таком нездоровом образе жизни, по пьянке каких только глупостей не сделаешь, можно и стрельнуть в себя по пьяни и повеситься; зрительники называют их сумасшедшими, психическими нездоровыми, мол, в стихах поэтов-самоубийц постоянно проступают образы смерти, что мол, они подпитывали, взращивали этот образ в себе и в итоге образ овладел ими...
Думаю, не последнюю роль сыграла народная любовь к скандалам и шумихе: повесился/застрелился - скучно и не интересно, а вот поверить в заговор, тайное убийство - о, здесь есть где разыграться воображению для зрительников, по-охать и по-ахать, есть что по-копать анальным правдоискателям...

фильм Есенин снят по книге отца Безрукова.
Основной мотив этого расследования - восстановление справедливости:
Самоубийство - тяжелый грех! Но такой великий поэт как Есенин, воспевавший в своих стихах Россию, горячо, страстно (по-уретральному) любивший свою Родину и Жизнь не мог наложить на себя руки! - и многие анальные исследователи отчаянно копают архивы, чтобы найти доказательства...
Следователь с сериале Есенин тоже хорошо системно сыгран и показан - анальный правдоискатель, у которого отец был репрессирован из-за того, что читал запрещенные стихи Есенина...

Поймала себя на том, что какой-то частью своего я хочется поверить в то, что Есенин был убит.... столько доказательств.... но потом одергиваешь себя, нет, системная картинка предельно четкая и ясная, она перевешивает все эти горы попыток что-то кому-то доказать, восстановить справедливость...
уретрально-звуковой комплекс....

Из конспекта Второго уровня. Описание суицидального комплекса:

Когда у меня идет гипоманиакальный период, я наслаждаюсь жизнью, у меня творческий, сексуальный взрыв, я самый счастливый человек на свете, так бы жизнь шла и шла. А потом, наполнившись, я ухожу в депрессивную фазу и сижу в тяжелой депрессии. При резком же и частом переключении после такой высоты, колоссального подъема – вдруг черная дыра! Мгновенно! Вот здесь человек может улететь в окно, это очень опасный момент. Из звука в уретру нормальный переход, а из уретры в звук – есть критическая точка полета в окно очень опасная. Поэтому если у вас есть такие дети, друзья или знакомые, то вы должны быть внимательны по отношению к ним, прослеживать именно вот это критическое состояние перехода из уретры в звук.
(процитировано отсюда): suicidal-nyj-kompleks-561.html#p10983

Друг мой, друг мой,
Я очень и очень болен.
Сам не знаю, откуда взялась эта боль.
То ли ветер свистит
Над пустым и безлюдным полем,
То ль, как рощу в сентябрь,
Осыпает мозги алкоголь.

Голова моя машет ушами,
Как крыльями птица.
Ей на шее ноги
Маячить больше невмочь.
Черный человек,
Черный, черный,
Черный человек
На кровать ко мне садится,
Черный человек
Спать не дает мне всю ночь.

Черный человек
Водит пальцем по мерзкой книге
И, гнусавя надо мной,
Как над усопшим монах,
Читает мне жизнь
Какого-то прохвоста и забулдыги,
Нагоняя на душу тоску и страх.
Черный человек
Черный, черный!

"Слушай, слушай,-
Бормочет он мне,-
В книге много прекраснейших
Мыслей и планов.
Этот человек
Проживал в стране
Самых отвратительных
Громил и шарлатанов.

В декабре в той стране
Снег до дьявола чист,
И метели заводят
Веселые прялки.
Был человек тот авантюрист,
Но самой высокой
И лучшей марки.

Был он изящен,
К тому ж поэт,
Хоть с небольшой,
Но ухватистой силою,
И какую-то женщину,
Сорока с лишним лет,
Называл скверной девочкой
И своею милою.

Счастье,- говорил он,-
Есть ловкость ума и рук.
Все неловкие души
За несчастных всегда известны.
Это ничего,
Что много мук
Приносят изломанные
И лживые жесты.

В грозы, в бури,
В житейскую стынь,
При тяжелых утратах
И когда тебе грустно,
Казаться улыбчивым и простым -
Самое высшее в мире искусство".

"Черный человек!
Ты не смеешь этого!
Ты ведь не на службе
Живешь водолазовой.
Что мне до жизни
Скандального поэта.
Пожалуйста, другим
Читай и рассказывай".

Черный человек
Глядит на меня в упор.
И глаза покрываются
Голубой блевотой,-
Словно хочет сказать мне,
Что я жулик и вор,
Так бесстыдно и нагло
Обокравший кого-то.
. . . . . . . . . . .

Друг мой, друг мой,
Я очень и очень болен.
Сам не знаю, откуда взялась эта боль.
То ли ветер свистит
Над пустым и безлюдным полем,
То ль, как рощу в сентябрь,
Осыпает мозги алкоголь.

Ночь морозная.
Тих покой перекрестка.
Я один у окошка,
Ни гостя, ни друга не жду.
Вся равнина покрыта
Сыпучей и мягкой известкой,
И деревья, как всадники,
Съехались в нашем саду.

Где-то плачет
Ночная зловещая птица.
Деревянные всадники
Сеют копытливый стук.
Вот опять этот черный
На кресло мое садится,
Приподняв свой цилиндр
И откинув небрежно сюртук.

"Слушай, слушай! -
Хрипит он, смотря мне в лицо,
Сам все ближе
И ближе клонится.-
Я не видел, чтоб кто-нибудь
Из подлецов
Так ненужно и глупо
Страдал бессонницей.

Ах, положим, ошибся!
Ведь нынче луна.
Что же нужно еще
Напоенному дремой мирику?
Может, с толстыми ляжками
Тайно придет "она",
И ты будешь читать
Свою дохлую томную лирику?

Ах, люблю я поэтов!
Забавный народ.
В них всегда нахожу я
Историю, сердцу знакомую,-
Как прыщавой курсистке
Длинноволосый урод
Говорит о мирах,
Половой истекая истомою.

Не знаю, не помню,
В одном селе,
Может, в Калуге,
А может, в Рязани,
Жил мальчик
В простой крестьянской семье,
Желтоволосый,
С голубыми глазами...

И вот стал он взрослым,
К тому ж поэт,
Хоть с небольшой,
Но ухватистой силою,
И какую-то женщину,
Сорока с лишним лет,
Называл скверной девочкой
И своею милою"

"Черный человек!
Ты прескверный гость.
Это слава давно
Про тебя разносится".
Я взбешен, разъярен,
И летит моя трость
Прямо к морде его,
В переносицу...
. . . . . . . . . .

...Месяц умер,
Синеет в окошко рассвет.
Ах ты, ночь!
Что ты, ночь, наковеркала?
Я в цилиндре стою.
Никого со мной нет.
Я один...
И разбитое зеркало...
С.А. Есенин. 1923

[Рокса]

А вот Маяковский понял все верно через себя конечно.

"Может окажись чернила в Англетере
Резать вены не было б причины"

Может быть начни он в этот страшный момент депрессии писать, это бы его выровняло хотя бы немного и самоубийства бы не было.
Вообще стихи невероятные, вот они:

Маяковский Владимир
Сергею Есенину

Вы ушли,
как говорится,
в мир иной.
Пустота...
Летите, в звёзды врезываясь.
Ни тебе аванса,
ни пивной.
Трезвость.
Нет, Есенин,
это
не насмешка.
В горле
горе комом —
не смешок.
Вижу —
взрезанной рукой помешкав,
собственных
костей
качаете мешок.
— Прекратите!
Бросьте!
Вы в своем уме ли?
Дать, чтоб щёки
заливал
смертельный мел?!
Вы ж
такое
загибать умели,
что другой
на свете
не умел.
Почему?
Зачем?
Недоуменье смяло.
Критики бормочут:
— Этому вина
то...
да сё...
а главное,
что смычки мало,
в результате
много пива и вина. —
Дескать, заменить бы вам
богему
классом,
класс влиял на вас,
и было б не до драк.
Ну, а класс-то
жажду
заливает квасом?
Класс — он тоже
выпить не дурак.
Дескать,
к вам приставить бы
кого из напостов —
стали б
содержанием
премного одарённей.
Вы бы
в день
писали
строк по сто,
утомительно
и длинно,
как Доронин.
А по-моему,
осуществись
такая бредь,
на себя бы
раньше наложили руки.
Лучше уж
от водки умереть,
чем от скуки!
Не откроют
нам
причин потери
ни петля,
ни ножик перочинный.
Может,
окажись
чернила в "Англетере",
вены
резать
не было б причины.
Подражатели обрадовались:
бис!
Над собою
чуть не взвод
расправу учинил.
Почему же
увеличивать
число самоубийств?
Лучше
увеличь
изготовление чернил!
Навсегда
теперь
язык
в зубах затворится.
Тяжело
и неуместно
разводить мистерии.
У народа,
у языкотворца,
умер
звонкий
забулдыга подмастерье.
И несут
стихов заупокойный лом,
с прошлых
с похорон
не переделавши почти.
В холм
тупые рифмы
загонять колом —
разве так
поэта
надо бы почтить?
Вам
и памятник еще не слит, —
где он,
бронзы звон
или гранита грань? —
а к решеткам памяти
уже понанесли
посвящений
и воспоминаний дрянь.
Ваше имя
в платочки рассоплено,
ваше слово
слюнявит Собинов,
и выводит
под берёзкой дохлой —
"Ни слова,
о дру-уг мой,
ни вздо-о-о-о-ха".
Эх,
поговорить бы иначе
с этим самым
с Леонидом Лоэнгринычем!
Встать бы здесь
гремящим скандалистом:
— Не позволю
мямлить стих
и мять!
Оглушить бы
их
трехпалым свистом
в бабушку
и в бога душу мать!
Чтобы разнеслась
бездарнейшая погань,
раздувая
темь
пиджачных парусов,
чтобы
врассыпную
разбежался Коган,
встреченных
увеча
пиками усов.
Дрянь
пока что
мало поредела.
Дела много —
только поспевать.
Надо
жизнь
сначала переделать,
переделав —
можно воспевать.
Это время —
трудновато для пера,
но скажите
вы,
калеки и калекши,
где,
когда,
какой великий выбирал
путь,
чтобы протоптанней
и легше?
Слово —
полководец
человечьей силы.
Марш!
Чтоб время
сзади
ядрами рвалось.
К старым дням
чтоб ветром
относило
только
путаницу волос.
Для веселия
планета наша
мало оборудована.
Надо
вырвать
радость
у грядущих дней.
В этой жизни
помереть
не трудно.
Сделать жизнь
значительно трудней.
1926

[Дарья]

Уретарльно-звуковая Цветаева уретрально-звуковому "брату по песенной беде" Есенину....

«Брат по песенной беде…»/ Марина Цветаева

Брат по песенной беде —
Я завидую тебе.
Пусть хоть так она исполнится
— Помереть в отдельной комнате! —
Скольких лет моих? лет ста?
Каждодневная мечта.

И не жалость: мало жил,
И не горечь: мало дал.
Много жил — кто в наши жил
Дни: всё дал, — кто песню дал.

Жить (конечно не новей
Смерти!) жилам вопреки.
Для чего-нибудь да есть —
Потолочные крюки.