Что такое война и жизнь в военном городе, насколько это страшно, сможет понять до конца только тот, кто сам пережил войну. Звуки прилетов, глухие, если далеко, и оглушительные, если близко.Ты не знаешь куда и когда прилетит. Ощущение боли людской словно зависло в воздухе. За каждым звуком прилетов чья-та боль, смерть, увечья, разрушенный дом, сломанная жизнь...

Не где-то на экране телевизора, а рядом с тобой, в твоем городе. районе... Таксист рассказывает тебе, как кричала мать, у которой на ее глазах сыну оторвало голову... К сотруднику в дом прилетело, а дома были жена и маленькая дочка... Дедушку одноклассника моего сына убило... И так везде, отовсюду... Люди ходят на работу, собирают гуманитарку, помогают друг другу, слегка вздрагивают от звуков взрывов, в глазах застыло какое-то упрямое решение жить и боль.

Донецк живет в каком-то сюрреалистичном сне. В центре, если абстрагироваться от звуков взрывов, вроде как нормальная мирная жизнь. А вокруг бои и разрушения. Дома, в которых зияют дыры от снарядов. стекол или нет или торчат осколки, обвисшие провода, пустые. разбитые магазины и киоски, ямы и выбоины на асфальте... Там, где ты еще недавно ходила и все было совсем по-другому...

Панические атаки... Что это такое, я узнала с войной. От каждого взрыва я просыпалась в панике. Нервы, как натянутая струна. Живешь просто из упрямства.

Домашние как спички, все проблемы в семье, которые вроде и были, но как-то все уже к ним привыкли, вдруг взорвались и стали невыносимыми. Постоянная ругань. Казалось выхода нет.

Потом подруга рассказала о тренинге. Ночами сидеть на тренинге? А что я теряю? Хуже не будет. Не верилось особо, что будут какие-то там прям результаты. А оказалось все совсем по-другому. Я очень благодарна Юрию Бурлану и его команде.

Я снова сплю ночами, даже под звуки взрывов. Панических атак больше нет. а попутно со снятием стресса войны разрешились ситуации в семье, которые не получали разрешения годами. Потихоньку, шаг за шагом отношения в семье выправляются.

Я простила и снова полюбила своих родителей и детей. Ушли психологические последствия тяжелого брака, после которого у меня три шрама на голове и повреждение миниска на обеих коленях. С этими последствиями я не могла ничего существенного сделать на протяжении нескольких лет. Хотя пыталась. И к психологу ходила, и книги разные читала. А на тренинге это стало постепенно уходить.

В моих руках теперь удивительный инструмент для построения собственной жизни. Теперь тренинг прошла моя мама. Заинтересовался старший сын. Я люблю тебя, жизнь!