Тревожный ранний звонок вырывает из сна. «Срочно приезжайте, с отцом беда! Упал, всю ночь пролежал в сенцах, замерз, не разговаривает».

Так в ноябре 2013 года начался новый этап нашей жизни. Мы привезли папу к нам домой. У него уже был инсульт в 96-м году, полупарализована правая сторона. Сейчас – проведенная ночь на полу в холодном коридоре, сломаны ребра, почти нет речи, верхнее давление 230, испуганные глаза и постоянное «Таня, Таня, Таня». Что с отцом, врачи не говорят, только спрашивают, он у вас пьющий? Нет, он не пьющий. Делают уколы и уезжают. А папа боится, что его заберут в больницу, я это по его глазам вижу.

Страшные дни

Каждые 10-15 минут папа зовет, чтобы его подтянули на подушки выше, и тут же сползает с них. Он очень тяжелый, у меня начинает болеть все, моральные и физические силы быстро уходят. Но основной травмирующий всю нашу зрительную семью фактор – запахи. Подгузники через час разрываются и выбрасываются, приходится по пять раз в день менять и стирать постельное белье.

Напряжение растет с каждым днем, отношения в семье ухудшаются. Мы перестаем собираться в кухне за нашим круглым столом – папа лежит в соседней комнате и не позволяет закрыть у себя двери, а я ничего не могу сделать с этими запахами, которые становятся все сильнее и заполняют уже весь дом. Накрывает тяжелейшее подавленное состояние, нежелание возвращаться с работы домой, жгучее желание разбить себе голову об стенку при виде сорванного подгузника, лужицы на полу, испачканных простыней, полов, туалета…

В этот первый месяц я поняла, как люди с анальным вектором получают инфаркты, когда их дергают – сердце начало болеть не только за папу, но и само по себе. И приходила злость, отчаяние, недоумение, как с этим справиться? Беспокойство за состояние родного человека, стыд за злость на него, конфликты в семье, постоянная моральная и физическая боль.

Только подлечила папу, начал вставать, и вдруг падение, компрессионный перелом позвоночника. И снова постель, сорванные подгузники, белье, белье, белье… Психическое беспокойство у папы никуда не уходит, врачи советуют валерьянку, пустырник, а они не действуют, папа с переломом в корсете постоянно пытается встать. Приходится перейти с офисной работы на домашнюю.

Я – полный инвалид

Почему Я, полная сил и планов, вдруг теряю все, недавно обретенное мной после тренинга по системно-векторной психологии Юрия Бурлана? Я только-только открыла новую реальность после звуковых и зрительных тяжелых состояний, я только начала разворачиваться, понимать людей, получать удовольствие от полета по жизни! И в работе у меня, что ни собеседование, то новое постижение, понимание нового знакомого буквально с первых слов: «Я такой человек… « - и я готова уже рассказывать о нем больше, чем он сам о себе знает. Или фраза «Человек ищет, где лучше» дает мне полную картину о его желаниях, устремлениях и сценарии поведения.

И тут падение, психологически я не справляюсь, я снова не понимаю, не могу прорваться сквозь глухую, неправильную, нервную стену папиных состояний. А физически не могу отлучиться из дома более, чем на час, все на бегу, впопыхах, сто дел одновременно и каждое возвращение – к еще более разбитому корыту. Усталость, безвыходность, почти отчаяние. Поддерживают только лекции Юрия Бурлана, работа в команде. Теперь это моя настоящая большая семья – те, кто пришел на тренинг, и кто еще даже не пришел. Идет постоянная борьба с собой из-за позорной злости на больного человека. Боюсь сосредоточиться на нем, его состояния меня пугают. Анализирую нашу жизнь.

Бозон Хиггса у меня дома?

Отец по жизни был добродушный, никогда не ругал, не морализировал, читал детям книжки за столом, чтобы кушали. Учил кататься на коньках, плавать, любил устраивать нам с братом смешную такую возню. На все выходные и в отпуск ездил в деревню за 100 километров к родителям, а когда пришла пора, сам стал жить в деревне с весны до поздней осени. Веселый был до первого инсульта.

Одно из главных открытий – это осознание, что отец у меня мышечный, без каких-либо других векторов. И тут происходит переосмысление всей жизни, понимание наших взаимоотношений, отношений мамы и папы. Ощущение неправильно прожитой судьбы родителями, огромное сожаление, понимание, почему мама так рано ушла.

Одно из наблюдений

Психотропные препараты и снотворное на папу практически не действуют. Видимо, они оказывают влияние на участки мозга людей с семью векторами, обладающими дополнительными желаниями. Мышечный вектор – это желания базовые: есть, пить, дышать, спать. Сила жизни толкает человека к движению. Лег – встал, пошел, лег – встал, пошел. Когда-нибудь системные врачи разберутся и с подсознанием, и с лечением мозговых нарушений, и профилактикой заболеваний. Природную мощь, которая руководит мышечным вектором, сложно остановить. Если случается катастрофа, остаются именно мышечники, они и продолжают жить дальше, не смотря ни на что.

Что лежит на чашах весов

Тихо-мирно выздоравливать нам с папой не пришлось: было долгое и мучительное лечение и удаление зубов, постановки протезов, которые в итоге папа не смог использовать, периодические травмы от падений и большие проблемы с туалетом. Через полгода обострилась аденома простаты, операцию не стали делать по медицинским показаниям и поставили катетер Фолея. И это особенный этап нашей жизни. Катетер папе мешает, и когда он впервые вытащил его из себя, я думала, что умру на месте. Кровь на полу, на стенах, дорожкой ведет из туалета в комнату, красная лужа в кровати. Но я почему-то не умерла, вызвала скорую.

С тех пор такую травму папа наносит себе почти каждый месяц, приходится научиться самой справляться с этим. Без катетера состояние быстро ухудшается, врач не всегда может приехать быстро, а поездка на скорой еще больше усугубляет состояние папы. Первые разы, прежде чем решиться поставить катетер, я отчаянно переживала, ругалась, плакала, умирала от стыда за свои неприязненные чувства. Приводила сама себя в боевое состояние.

Каждый раз, когда помощи от врачей ждать не приходилось, я вспоминала истории Юрия о его девочках, о том, как брать ответственность на себя, сосредотачивалась и делала необходимое. Много слез, почти каждый день в течение трех лет. Много размышлений, и шаг за шагом осознание. Без системного знания я бы не справилась, к тому же, папа не единственный тяжелый больной у нас в семье.

Как-то часа в три ночи, зарёванная, совершенно обессиленная, в полном отчаянии после очередного папиного членовредительства я зашла на лекцию. Юрий будто бы для меня говорил о заповеди о родителях. Слова попадали прямо в сердце, принося облегчение и понимание происходящего. В зрелом возрасте мы существуем для своих родителей, бабушек и дедушек не для того, чтобы получать от них, а чтобы отдавать, беречь и заботиться. Только так выживает человечество, и это отношение с немощными, беспомощными, не управляющими собой стариками – это отношение с самой силой природы, с Творцом.

Зрительные страхи и желания

Сложнее всего для меня было осознать проявление своих зрительных желаний. Я жаждала хоть малейшей эмоциональной связи с родным отцом. Зрительник добивается эмоций любыми путями, вплоть до истерик, и когда я смогла осознать это, нарыв как будто лопнул. А я-то пыталась добиться от папы чувств, контакта, отклика! Так это же мой зрительный вектор психовал и надрывался, а папа не мог мне ответить ни по какой причине! Да ему и не нужна никакая эмоциональная связь! Ему необходимо мое спокойствие, внимание и уход, без каких-то дополнительных проявлений векторов, которых у него нет. И почему это было так сложно осознать сразу?

В семье нужно быть сильным

Шаг за шагом, осмысливая желания и эмоции окружающих близких людей, мы брали новые высоты. Мы переживали конфликты, свои эгоистические выплески. И мы по-прежнему все вместе и не разбрелись по своим углам, не ищем на стороне утешений. Мы одна семья без затаенных обид и неприязни друг к другу. Как раз в этой работе и находит реализацию ураганный зрительный вектор, а подняться над банальностью ситуации помогает звуковое намерение. А что было бы без системного знания?

Горькое-сладкое, правда-ложь

Пик кризиса пришелся на предновогодние дни ушедшего года. Утром 30 декабря папа упал, снова травмпункт и больничный комплекс, и только к вечеру, мы без гипса и фактически без медицинской помощи, вернулись домой. В операции на сломанном локте отказали, лечения не назначили. Это был огромный стресс, и на этом фоне за сутки 31 декабря папа удалил катетер три раза. Новый год мы встретили избитые, израненные, измотанные и с гриппом. Но именно после этих событий и наступил перелом в моем состоянии.

Неужели я снова живу?

Я никогда не смогу написать, что папа полностью выздоровел, и у нас все хорошо в обычном обывательском понимании. Есть сожаление, что ни я, ни наша семья не можем сделать папу счастливым или хотя бы порадовать. Не сможем снять это тревожное недоумение в глазах: «Таня, что со мной?» ни задушевным разговором, ни воспоминаниями, ни порадовать вкусной едой, ни чем-то красивым. Я знаю, мой Славик хотел бы уехать в свою деревню, откуда родом, да там и остаться со своими давно ушедшими предками. Вернуться к своему счастью мышечного вектора. Но мы пока идем своим путем. И на нем появляется что-то большое и настоящее.

Впервые с ноября уже далекого 2013 года я начала чувствовать радость жизни. Мы проснулись, и мы живы, и папа дышит! Я вдруг ощутила простую радость от падающего снега, искристого света в окне, от совместных посиделок с детьми и папой за столом, поездок по городу. Неужели начинается новая жизнь? Я понимаю, что будут новые трудности, и мне снова нужно будет адаптировать новый стресс, исправляя себя и меняя ситуацию. Но эта первая радость – такое новое потрясающее, удивительное чувство! Я даже начала смеяться.

Осознание того, что есть наполненность состояния, радость жизни независимо от негативных проявлений физического мира – это какой-то новый уровень. Звуковая иллюзорность восприятия перешла в более реальное разделение физических состояний и психических. Вдруг осозналось, что в моей жизни происходит гораздо больше, чем в жизни моих коллег по работе, путешествующих и развлекающихся. Что я использую свою энергию, свое время на вещи гораздо более важные, чем раньше, а мои цели – они стали просто другими.

Очень хочется, чтобы все люди осознали себя и стали счастливыми. Осталось только их привести на вводные лекции по системно-векторной психологии Юрия Бурлана. Так пошла я работать) :hai: До встречи на тренинге!