Анестезиология-реаниматология. Сколько раз все говорят о том, что это не женская специальность, но всё же именно туда в последние годы приходит всё больше женщин. Анестезиологи обеспечивают общую или местную анестезию во время проведения оперативных вмешательств или других манипуляций, и они же работают в отделении реанимации, осуществляя интенсивную терапию пациентов в критических и тяжёлых состояниях.

Работа, требующая постоянного напряжения, быстрой реакции, способности держать в памяти огромные объёмы информации – борьба за жизни, борьба с болью – реанимация и анестезиология. Ночные дежурства, постоянно на ногах, высокий риск опасных инфекций, колоссальная ответственность, ежедневный стресс и пациенты, которых теряешь, чуть ли не каждый день.

Только теперь я понимаю, почему выбрала эту специальность. В реанимацию идут люди, стремящиеся познать суть жизни и механизм смерти, только здесь можно узнать, что значит спасти жизнь, остановить и заново заставить биться сердце, погрузить человека в кому и вернуть обратно, управлять всеми жизненно важными функциями организма и избавлять от боли. Только здесь можно наблюдать, как человек заново учится жить.

Казалось бы, как далека психология от реанимации? Большинство анестезиологов не считают актуальными для себя эти знания. И я так думала, пока училась… Но всё оказалось совсем не так.
Анестезиолог общается с пациентами, которые находятся в тяжёлом состоянии, часто разражённые, обозлённые, уставшие от своей болезни и от боли, иногда отчаявшиеся и смирившиеся со своей участью, перепуганные, издёрганные, плачущие – здесь можно столкнуться с любым психическим состоянием, в том числе и патологическим.

Родственники больных – отдельная категория пациентов. Да, я тоже считаю их пациентами, ведь именно от родственников можно ожидать чего угодно, любой, самой непредвиденной реакции – от вспышки гнева до потери сознания и даже остановки сердца. Общение с родственниками всегда интрига – либо слёзы, благодарности и подарки, либо тоже слёзы, но обвинения и даже проклятья.
Смерть пациента… тяжёлая тема. Как говорится, у каждого врача есть своё кладбище. Из всех врачебных специальностей самое большое кладбище у анестезиолога. Даже при самых безнадёжных состояниях и неизлечимых заболеваниях, когда уходят пациенты, всегда (!), всегда думаешь, что можно было сделать что-нибудь ещё, всегда чувствуешь свою вину, даже если сделано было всё возможное и невозможное. Любого пациента тяжело терять, и неправда, что к этому можно привыкнуть и не брать близко к сердцу. Можно научиться скрывать свои чувства, но привыкнуть – никогда. Любой анестезиолог готов отдежурить десять ночей, только бы кто-нибудь другой сообщил родственникам о смерти пациента.

Но самый трудный пациент для меня всегда была я сама. Разобраться в себе не под силу даже самым умным и образованным докторам. А точнее этим самым умным и труднее всех. Теперь я понимаю, что без знаний системно-векторной психологии понять, что на самом деле с тобой происходит, просто нереально. Апатия, депрессия или эйфория, энтузиазм, Обида и страхи или просто непонятное, необъяснимое состояние, когда внешнее благополучие скрывает совершенно отвратительное внутреннее состояние.

Системно-векторная психология раскрывает психические состояния как самого доктора, так и его пациентов, даёт возможность справиться с любой проблемой в собственной голове и быть заранее готовым к тому, что может произойти с пациентом перед тобой. Снижается процент непредвиденных ситуаций.
К примеру, передо мной внушительный мужчина, выглядит очень крепким, обстоятельно расспрашивает меня о предстоящей операции и анестезии, даже записывает, скрупулёзно выполняет все назначения и готов предоставить любые медицинские документы, вплоть до карты детских прививок. Казалось бы, прекрасно, идеальный пациент, опасаться нечего. Не тут-то было!

Именно такие люди переживают самый большой стресс уже от того, что находятся в незнакомом месте, спят на больничной кровати и ходят в общественный туалет. Именно эти пациенты могут постесняться рассказать о важных симптомах, если стыдятся их проявлений по разным причинам. И именно такой крепкий мужчина может перед операцией дать аритмию, гипертонический криз или другую неожиданность. Теперь я это знаю.

Благодаря Системно-векторной психологии я могу спрогнозировать, как человек отреагирует на ситуацию.
Мало того, понимая и наблюдая векторальный набор человека, я могу сориентироваться касательно скорости его метаболизма, от чего частично зависит длительность действия некоторых препаратов, а значит и дозировка.

Я понимаю, что Системно-векторная психология только начинает развиваться, что на данном этапе обозначены лишь направления, сказаны только «заголовки новостей», каждый из которых очень скоро будет развит в самостоятельную науку.
Бессонница, апатия, депрессия, алкоголизм, наркомания, истерики, фобии, панические атаки, заикание, аутизм, синдром раздражённого кишечника, почечные колики, ожирение, аритмия, инфаркт миокарда – это далеко не полный список проблем, которые можно решить или предотвратить, самостоятельно, пройдя тренинг.

Перспективы применения Системно-векторной психологии в медицине сложно переоценить. Это и решение массы психосоматических заболеваний, причины которых до этого времени так и не были определены, и выявление механизмов развития заболеваний, которые начинают формироваться ещё в детском возрасте, выливаясь в серьёзную проблему у взрослого человека.
Совмещая собственные знания и накопленный опыт с системным мышлением, полученным на тренинге Юрия Бурлана, каждый врач сможет заново открыть для себя науку медицину.