Каждая простуда заканчивалась двухмесячным кашлем. Это повторялось 4 раза в год
Надежда Соколоваустный и письменный переводчик
Санкт-Петербург14 марта 2021
Одним из самых неожиданных для меня результатов стало то, что я перестала болеть. Совсем.
И этот результат, что называется, прошел проверку временем. Отследила я его еще полтора года назад, когда в очередную осень не подхватила простуду и поняла, что на дворе октябрь, а у меня нет привычно мучавшего меня кашля.
До тренинга «Системно-векторная психология Юрия Бурлана» я болела по 4 раза в год, а начиналось всё осенью. Простуда всегда выбивала меня из колеи – раскалывается голова, жуткий насморк с горами использованных салфеток, но дальше наступало самое неприятное: на излете болезни я начинала “дохать”, подкашливать. Это был для меня самый плохой знак – скоро разовьется кашель, который будет со мной еще месяца два. Этот кашель докучал ежедневно – от него не можешь заснуть, не можешь даже поговорить по телефону, возникает приступ кашля (на это у меня была своя мера борьбы – я отключала звук на телефоне, чтобы прокашляться).
Но самый большой дискомфорт я испытывала в общественных местах. На мой грудной, тяжелый кашель оборачивались люди, с таким выражением лица будто спрашивали: “А не туберкулез ли это?”. Нет, не туберкулез, обычный бронхит, который уже начал перерастать в хронический и который слабо поддавался лечению. Я неохотно шла с друзьями в кино или театр, потому что знала – наступит тишина, повиснет пауза, и меня начнет душить кашель. Я сдерживала его как могла, выбирала самые громкие моменты в фильме или постановке, чтобы чуть-чуть откашляться. Можете представить, какое удовольствие я испытывала при просмотре.
Дома у меня скопился целый стратегический запас таблеток от всех видов простуд и от всех видов кашля. Я начала действовать на опережение – чуть почувствую недомогание, в ход идут сиропы, таблетки, настои. Это помогало до следующей простуды.
Я только более-менее восстановлюсь в декабре, как перед Новым годом всё начинается по новой, и так до лета. Были рационализации, целый ворох на любой вкус – в детстве два воспаления легких, ну, видимо, легкие слабые. Или – ну, конечно, Петербург – столица чахотки, тут такие ветра, немудрено кашлять. Легкие я проверяла неоднократно, они в отличном состоянии. Ну а северный климат тут при чем? В Петербурге живет почти 5 мл человек, не все ведь кашляют круглый год.
Я четко видела, что болезнь приходит с определенной регулярностью и развивается по одному и тому же сценарию. Первые числа октября для меня стали синонимом “начало девятимесячной простуды”.
Незадолго до плотного прохождения тренинга мне удалось попасть на прием к светиле пульмонологии. Он сообщил мне, что в моем случае кашель тесно связан с аллергическими реакциями. Какой-то раздражитель оказывает влияние на слизистую, она воспаляется и начинает выделять избыточное количество слизи, который мне и приходится постоянно откашливать. Состояние грозит перерасти в хроническое, а это фактически означает диагноз – астма. Тут я ахнула. Какая астма? Я все детство и юность занималась спортом, зимой были длительные походы на лыжах, и что я получаю? Астму? Но ингалятор я все-таки купила…
Так бы я и осталась со своими таблетками и ингаляторами, если бы не тренинг. После плотного прохождения занятий с выписыванием многостраничных конспектов как-то незаметно наступил октябрь, ноябрь, а затем и декабрь, а я всё не болею и не болею… Я сама себе не поверила, настолько привычным был для меня маршрут болезни. Ну, думаю, осень выдалась теплой, может, весной меня простуда догонит?.. Не догнала и весной. И кашель меня не догнал. И твердо знаю, что уже не догонит.
На месте слабости и изнуренности от простуды возникло совсем другое состояние – бодрости и энергичности. Оно как щит отбивает все вирусы и микробы.
Устойчивость организма к вирусам и микробам я связываю с возникшей после тренинга психологической стрессоустойчивостью. Её (психологическую стрессоустойчивость) мне довелось проверить не раз. Была и защита диплома в то время, когда Университет закрылся на карантин, и сдача государственных экзаменов, и поиски работы, и прохождение крайней насыщенного испытательного срока, где на меня специально давили, чтобы посмотреть, как человек действует в условиях стресса.
Здесь оговорюсь – работа связана с осуществлением устного перевода на совещаниях работников и глав строительных компаний. Нервы там нужны железные, вот меня и тестировали. По результатам сказали (дословно): “Такой непрошибаемости можно только позавидовать”. Я про себя подумала: “Завидовать не надо. Надо пройти тренинг «Системно-векторная психология Юрия Бурлана» и вы тоже обретете такую сумасшедшую стрессоустойчивость”.
Есть еще один результат, видимо, связанный со стрессоустойчивостью. Хоть и родилась я на севере, но всю жизнь была мерзлячкой. Всегда в носочках-шарфах и в шапке, натянутой по самые плечи. Минус десять и выход на улицу – это смерти подобно. Идешь, скрючившись, втянув голову в плечи, вся дрожишь на семи петербургских ветрах. Иногда от холода буквально трясло, била дрожь. Прошлая зима в самом деле выдалась теплой, поэтому я этот момент не отследила. А в этом году стою я на остановке, жду трамвая уже минут 15 на морозе. Ну как на морозе… Такая свежая погода, бодрит. После трамвая еще минут 15 быстрым шагом до работы.
Прихожу, вижу своих коллег, а они все раскрасневшиеся, чертыхаются, какой на улице мороз. Я не поверила, смотрю в интернете температуру, а там -24. У меня аж глаза от удивления округлились. Мне казалось, что там ну -5 максимум, хорошая зимняя погода. И потом я отследила, что вообще не реагирую на мороз, не горблюсь и не скрючиваюсь при порывах ветра. Внутри тепло и вечное лето.
И этот результат, что называется, прошел проверку временем. Отследила я его еще полтора года назад, когда в очередную осень не подхватила простуду и поняла, что на дворе октябрь, а у меня нет привычно мучавшего меня кашля.
До тренинга «Системно-векторная психология Юрия Бурлана» я болела по 4 раза в год, а начиналось всё осенью. Простуда всегда выбивала меня из колеи – раскалывается голова, жуткий насморк с горами использованных салфеток, но дальше наступало самое неприятное: на излете болезни я начинала “дохать”, подкашливать. Это был для меня самый плохой знак – скоро разовьется кашель, который будет со мной еще месяца два. Этот кашель докучал ежедневно – от него не можешь заснуть, не можешь даже поговорить по телефону, возникает приступ кашля (на это у меня была своя мера борьбы – я отключала звук на телефоне, чтобы прокашляться).
Но самый большой дискомфорт я испытывала в общественных местах. На мой грудной, тяжелый кашель оборачивались люди, с таким выражением лица будто спрашивали: “А не туберкулез ли это?”. Нет, не туберкулез, обычный бронхит, который уже начал перерастать в хронический и который слабо поддавался лечению. Я неохотно шла с друзьями в кино или театр, потому что знала – наступит тишина, повиснет пауза, и меня начнет душить кашель. Я сдерживала его как могла, выбирала самые громкие моменты в фильме или постановке, чтобы чуть-чуть откашляться. Можете представить, какое удовольствие я испытывала при просмотре.
Дома у меня скопился целый стратегический запас таблеток от всех видов простуд и от всех видов кашля. Я начала действовать на опережение – чуть почувствую недомогание, в ход идут сиропы, таблетки, настои. Это помогало до следующей простуды.
Я только более-менее восстановлюсь в декабре, как перед Новым годом всё начинается по новой, и так до лета. Были рационализации, целый ворох на любой вкус – в детстве два воспаления легких, ну, видимо, легкие слабые. Или – ну, конечно, Петербург – столица чахотки, тут такие ветра, немудрено кашлять. Легкие я проверяла неоднократно, они в отличном состоянии. Ну а северный климат тут при чем? В Петербурге живет почти 5 мл человек, не все ведь кашляют круглый год.
Я четко видела, что болезнь приходит с определенной регулярностью и развивается по одному и тому же сценарию. Первые числа октября для меня стали синонимом “начало девятимесячной простуды”.
Незадолго до плотного прохождения тренинга мне удалось попасть на прием к светиле пульмонологии. Он сообщил мне, что в моем случае кашель тесно связан с аллергическими реакциями. Какой-то раздражитель оказывает влияние на слизистую, она воспаляется и начинает выделять избыточное количество слизи, который мне и приходится постоянно откашливать. Состояние грозит перерасти в хроническое, а это фактически означает диагноз – астма. Тут я ахнула. Какая астма? Я все детство и юность занималась спортом, зимой были длительные походы на лыжах, и что я получаю? Астму? Но ингалятор я все-таки купила…
Так бы я и осталась со своими таблетками и ингаляторами, если бы не тренинг. После плотного прохождения занятий с выписыванием многостраничных конспектов как-то незаметно наступил октябрь, ноябрь, а затем и декабрь, а я всё не болею и не болею… Я сама себе не поверила, настолько привычным был для меня маршрут болезни. Ну, думаю, осень выдалась теплой, может, весной меня простуда догонит?.. Не догнала и весной. И кашель меня не догнал. И твердо знаю, что уже не догонит.
На месте слабости и изнуренности от простуды возникло совсем другое состояние – бодрости и энергичности. Оно как щит отбивает все вирусы и микробы.
Устойчивость организма к вирусам и микробам я связываю с возникшей после тренинга психологической стрессоустойчивостью. Её (психологическую стрессоустойчивость) мне довелось проверить не раз. Была и защита диплома в то время, когда Университет закрылся на карантин, и сдача государственных экзаменов, и поиски работы, и прохождение крайней насыщенного испытательного срока, где на меня специально давили, чтобы посмотреть, как человек действует в условиях стресса.
Здесь оговорюсь – работа связана с осуществлением устного перевода на совещаниях работников и глав строительных компаний. Нервы там нужны железные, вот меня и тестировали. По результатам сказали (дословно): “Такой непрошибаемости можно только позавидовать”. Я про себя подумала: “Завидовать не надо. Надо пройти тренинг «Системно-векторная психология Юрия Бурлана» и вы тоже обретете такую сумасшедшую стрессоустойчивость”.
Есть еще один результат, видимо, связанный со стрессоустойчивостью. Хоть и родилась я на севере, но всю жизнь была мерзлячкой. Всегда в носочках-шарфах и в шапке, натянутой по самые плечи. Минус десять и выход на улицу – это смерти подобно. Идешь, скрючившись, втянув голову в плечи, вся дрожишь на семи петербургских ветрах. Иногда от холода буквально трясло, била дрожь. Прошлая зима в самом деле выдалась теплой, поэтому я этот момент не отследила. А в этом году стою я на остановке, жду трамвая уже минут 15 на морозе. Ну как на морозе… Такая свежая погода, бодрит. После трамвая еще минут 15 быстрым шагом до работы.
Прихожу, вижу своих коллег, а они все раскрасневшиеся, чертыхаются, какой на улице мороз. Я не поверила, смотрю в интернете температуру, а там -24. У меня аж глаза от удивления округлились. Мне казалось, что там ну -5 максимум, хорошая зимняя погода. И потом я отследила, что вообще не реагирую на мороз, не горблюсь и не скрючиваюсь при порывах ветра. Внутри тепло и вечное лето.
Психосоматика
