Как интересно, насколько мы можем заблуждаться. Я была уверена, что уход от душещипательных историй — это путь к миру и спокойствию в душе. А оказалось, что всё наоборот — это путь в обратную сторону, в мир постоянного страха, непрекращающихся болезней, черствости сердца. А ведь всё просто — достаточно обернутся на 180 градусов и пойти в сторону добра и любви.

Когда я прошла первый уровень тренинга по системно-векторной психологии Юрия Бурлана (www.yburlan.ru), то определила себя человеком с звуковым и зрительным векторами. Многое прояснилось для меня и очень многое стало понятно. В описании зрительного вектора в стрессе и страхе я полностью узнала себя. Все признаки были на лицо: и страх, и черствость, и отсутствие настоящих чувств (первая часть статьи).

Я очень хотела всё исправить, наполнить свой зрительный вектор. Но как? На одной из лекций Юрий Бурлан сказал «Не избегайте драм, не бойтесь слёз, это нестрашно». Я не поверила ему. Я точно помнила, что плакать над чужим горем, даже если оно выдумано и написано в книге, очень больно. И тем не менее, в его лекциях я не нашла больше никаких подсказок, что делать, кроме этого. Скажу честно, какое-то время я злилась на Юрия: почему он не даёт более внятного, чёткого рецепта, как мне вылечить своё несчастное зрение.

Только теперь я понимаю, что мне необходимо было время, чтобы принять и осмыслить этот шаг. Если бы лектор тогда навязывал мне своё мнение, как мне «лечиться» от моих страхов, вряд ли бы я его послушала. Вместо этого только проведя глубокую мыслительную доработку лекций по зрительному вектору, я смогла осмелиться, и без приказов, без предписания, САМОСТОЯТЕЛЬНО взять первую за многие годы книгу с плохим концом. Помню, как поздней ночью я сидела с томиком в руках и боялась его открыть. Я боялась чувствовать, я боялась эмоций. «Прими это, как горькое лекарство», — подумала я и отважно открыла первую страницу.

Моей первой зрительной книгой стал сборник рассказов Людмилы Улицкой. От первого её рассказа «И умерли в один день» я захлебнулась от слёз. Я рыдала и не могла остановиться. И странно: вместо отторжения, мне очень захотелось читать дальше. Вторым рассказом стал «Дед-шептун». Маленький текст, который я прочла за 10 минут, отобрал у меня дыхание и зрение. Я судорожно глотала воздух и заливалась слезами. И в то же время мне захотелось читать ещё и ещё, что я и продолжала делать. Я поглотила книги Людмилы Улицкой за несколько дней и ощутила в себе неведомое доселе чувство удовлетворённости.

В эти дни как будто произошло моё перерождение. Удивительное, неописуемое. Я выходила на улицу, и мир казался мне не таким серым, как раньше. Я хотела общаться с людьми, встречаться с друзьями, проводить время с любимым человеком. Комедии стали для меня пресными и неинтересными, а вот драмы я начала смотреть с удовольствием. Во время просмотра я плакала, но не чувствовала негативных эмоций к героям. Как-то случайно я наткнулась на старый советский фильм «Любовь и голуби». Раньше я всегда с умным видом рассуждала о том, что главный герой не должен был изменять своей деревенской жене — у него же трое детей, как он мог, в конце концов. Я осуждала героиню Людмилы Гурченко, которая увела чужого мужа и даже не чувствовала никакой вины. Теперь же я просто плакала во все драматические моменты фильма: когда Надька жестоко кричала на младшую дочку, что это она виновата, что «папка бросил их, когда дядя Митя рассказывал, что баба Шура померла, когда муж вернулся к жене. Я просто сострадала им, обычным людям со своими желаниями, эмоциями, которые выше их.

Вскоре мне захотелось большего. И я соорудила кормушку на окне, куда насыпала семечки для птичек. Я покупала сосиски бездомному коту, который живёт в подъезде нашего дома. Я отдавала все косточки дворовым собакам вместо того, чтобы выбрасывать их в полиэтиленовом пакете в мусорный бак.

Я продолжала читать книги. Смотреть фильмы. Но как-то всё равно мне было этого мало. Хотелось большего.
И я предприняла немыслимый для меня шаг. Я решила попробовать стать волонтёром. Изучив этот вопрос в Интернете, я узнала, что есть много категорий людей, которым требуется безвозмездная помощь. Это и бесприютные, и детдома, и старики. Сегодня для тех, кто хочет стать волонтёром, выбор предоставляется достаточно широкий. Тогда моё внимание привлекли детки-инвалиды с поражением мозга, которые занимаются по программе Гленна Домана. Мне посчастливилось в тот же день, когда я отважилась на такой шаг, найти семью, которой требовался волонтёр для реабилитационных занятий с ребёнком. И уже на следующий день я пришла к ним домой.

Стоит ли говорить, что до того момента я никогда не имела дела с маленькими детьми? А детей-инвалидов я вообще никогда не видела, даже издалека. По дороге к месту назначения меня смущали разные вопросы: «Как себя вести? Что делась? Что говорить? Как общаться с ребенком-инвалидом?» Но все они полностью рассеялись, когда я встретилась глазами с 8-летней девочкой Машей.

Может быть, тут следовало бы написать слова славы мне. Такой хорошей, которая пришла на помощь ребёнку-инвалиду. Но на самом деле — всё совсем наоборот. Тут место для слов благодарности Маше. Эта маленькая девочка спасла мой зрительный вектор. Она, ограниченная своим телом, подарила мне возможность любить, чувствовать, видеть мир таким, которым может видеть его развитый, наполненный зрительный человек. Она подарила мне возможность не испытывать больше страха, забыть обо всех своих болезнях и многом другом.

Потом я стала волонтёром-реабилитологом и в другой семье. Я не могу сказать, что это легко и просто.
Это тяжело.
Очень тяжело.
Очень-очень-очень тяжело.
Но сколько во мне будет сил, столько я буду этим заниматься.
И всем зрительным людям я искренне рекомендую стать волонтёрами. Помогать людям, которым меньше повезло в этой жизни, чем нам самим. Это позволить узнать такие грани мира, которые невозможно понять никогда ни от просмотра фильмов, даже очень сильных и эмоциональных, ни от прочтения книг, даже самых драматичных и оригинальных, ни от чего-либо другого.

Научиться сострадать другим людям, вывести свой страх наружу, научил меня прекрасный человек — Юрий Бурлан (ссылка www.yburlan.ru). Низкий поклон ему за это.


P.S. А ещё я больше никогда не смотрю комедии. Часто они мне просто неинтересны, но бывает так, что я специально избегаю юмор. Почему так желательно делать всем зрительным людям и обязательно — звуковым людям, рассказывает Юрий Бурлан на лекции по оральному вектору в системно-векторной психологии.