Обиды. Избавление.

До:

Обида – очень коварная субстанция. Тем, что до конца не осознается.
Можно сказать: «Я обиделась», то есть понимать, что вот это наше состояние называется таким словом. Но что это за собой влечет, трудно понять, пока не избавишься.

Юрий Ильич говорит на тренинге, что обида – это полное торможение, неспособность достигать ничего вообще.
Могу добавить, что обида еще и вызывает страх. Начинаешь ее бояться.

Обида бежит впереди тебя, как и любое состояние чувств, руководит действиями и бездействием, поступками и их отсутствием. Можешь ведь в любой момент обидеться – и все себе испортить, любые отношения, даже те, которыми очень дорожишь. Сделаешь что-то от обиды, а только себе же и хуже.
Обидчивость очень мешает жить нормальной жизнью. Не дает сближаться с людьми, как стена из колючего кустарника. И со стороны я это наблюдала достаточно часто.

У меня была обида в крайней форме.
Даже помню момент, после которого решительно и окончательно обиделась на Бога.
Когда я молилась, молилась ребенком лет 9-10 каждый вечер перед сном об одном очень важном для всей семьи деле – из-за него тревога у всей семьи не проходила просто месяцами – а все равно ни до чего не домолилась )

Тогда и обиделась. Потом мое внимание обращал один умный человек, что я удивительным образом вроде к людям никаких претензий и не имею, зато они все у меня сразу прямо к Богу )
Конечно, то, что это называется обидой, я и подумать не могла.
Если я правильно помню с тренинга, то обида на Бога – это обида на самого себя, и это уже все. Что ты можешь делать в этой жизни, когда сам на себя обижен? Самозамкнутый полный деструктив.

Но надо отметить, что и на людей я вполне себе обижалась. Просто, как мне казалось, не так уж часто и сильно )

Обида на Бога прошла достаточно быстро. С одной фразы Юрия: «Не там ищете Бога».
Хотя в чате от меня про Бога ничего и в помине не было. Да и вообще не особенно религиозна.
Но он знал, что происходит на самом деле ) И точно сказал. Помню, так меня это пробило, что разрыдалась.

Начинается любая обида всегда с обиды на мать. И у меня она тоже была.
И с обидой на маму так просто не получилось.

Отпускать ее начало на тех занятиях, на которых Юрий Ильич рассказывает притчи.
Мне неожиданно помогла притча вторая. Когда Юрий сказал: «Ух, она была эгоцентричка!», в меня это просто впечаталось! Это же я! Потом еще была фраза: «Она, чтобы ответить на вопрос, будто с небес спускалась». И это же тоже я! И будто начал разворачиваться фокус камеры со статичной картинки в панорамный вид.
Вот и каково с таким эгоцентриком родителям?)

Постепенно начало отщелкивать что-то. Сразу то самое ощущение, что гора с плеч. Осанка начала распрямляться.

Процесс освобождения от обид шел и шел, но до конца что-то не проходило – я это чувствовала. Если спросить, как на духу, у меня претензий еще бы немало набралось.
И если состояние благодарности полностью отменяет чувство обиды, то об абсолютной благодарности в отношениях с мамой говорить было еще нельзя.

Но очень помогало на этом пути то, что Юрий Ильич потрясающе раскрывает на тренинге тему про отношения с родителями. Что это не наши с ними отношения, в этом нечто гораздо большее. И показывает, какой обратная связь от детей родителям на самом деле должна быть.

Это помогает точно действовать, понимать, где в отношениях все здоровое, а где начинается что-то не то, и распутывать клубочки взаимных деструктивностей. И сразу чувствуется, что все делаешь правильно. И именно то, что надо. И вот это чувство собственной правоты помогает все остальное тоже расставить по местам.

В какой-то момент попалась на глаза системная статья, в которой тоже про избавление от обид, но только со стороны родителей. Когда родители были обижены на своих детей. И вдруг поняла, что мама ведь на меня тоже, скорее всего, обижается. Вот так открытие!
Не потому что дело во мне, хотя ей, возможно, и кажется по-другому, а потому, что просто состояние обиды само по себе есть, а потом уже обижаешься на кого угодно.

И вот как ей с этим? И как мне тут быть? Все в круге взаимных обид. И по-прежнему сжимается что-то все время в животе…

Среди этих осознаний и движений был один очень эмоциональный момент, очень плотный, неоднородный, одно заряженное обсуждение, и Юрий Ильич дал такой ясный, четкий комментарий, что обида никогда не дает что-то созидать, она отнимает всю энергию.
И как-то получилось это взять. И увидеть.

Помню, с какого-то момента мама стала на Прощенное воскресенье звонить всем и просить прощения. Это длилось несколько лет. Я знаю, что для нее это был очень большой шаг. Я всегда в ответ просила прощения тоже. А в этом году она не позвонила, позвонила я, и первая начала этот разговор – поддержать традицию. Она почти сразу перебила меня, и очень тепло сказала: «Ну ты что, дочь, нам не за что тебя прощать. Ты для нас (с тетей) столько делаешь…»

Я эмоциональный троглодит, мне всегда тепла не хватало ) Но понимание, что оно внутри мамы появилось, что-то в ней отогрелось, согрелось, потеплело – Боже, насколько же дорогого это стоит!

Так постепенно протекал шаг за шагом процесс избавления от обид. Очень порой раздражало, что у него все никак не видно конца.

Потом еще немного окарябало, когда в одном из результатов прочитала, что девушка разобралась с отношениями с мамой – и получила важный результат совсем в другой сфере жизни. Подумала, что ведь это мне не зря запомнилось, это ведь, значит, и меня еще касается.
Но только сколько же можно, ну за что еще ухватиться, чтобы это раскопать?!!

По некоторым признакам замечала нарастающее напряжение у себя, и все больше и больше упрека.

Я все еще боялась этого чувства, сжимающего все в животе, если вдруг мама выскажется как-то обидно и несправедливо, возможно, упрекнет. И в какой-то момент решила просто сформулировать, за что, собственно, обижаюсь. Не цепляться за ту большую работу, что уже была проделана, не делать вид, что обид и обидок вроде уже не должно быть, а вот именно здесь и сейчас написать, какие я испытываю обиды? Не что у других, а что, собственно, у меня?
Список на удивление получился внушительный и местами неприятный, даже злой.
Но благодаря, в том числе, и этому «писательскому» труду, получилось то, о чем будет ниже.

После:

Тут будет ода. Женщинам моей семьи.
Только благодарность. Ода, любовь и благодарность.

Юрий Ильич, в какой-то момент, стараясь показать жизнь родителей, чтобы все, кто обижается, посмотрели взрослыми, а не детскими инфантильными глазами, добавил что-то вроде, что вот еще и в детях им в итоге не получается найти успокоения. И это было то, что надо!
Я и так вроде понимала, смутно - даже с детства, а благодаря тренингу вполне отчетливо, что если человек ведет себя вот так, то у самого у него боль в душе и страдание. И задержки были, и травмы, и своего счастья тоже не было и нет. Да еще и Системно-векторной психологии Юрия Бурлана не было – кто и каким чудом нашим родителям мог помочь? Понимала, но только все же было это как-то пространно, бесформенно.

А после слов Юрия, когда у родителей все надежды на счастье рухнули, и что жизнь была не сладкой, а даже наоборот, полна собственных глубоких разочарований, неудач и несбывшихся надежд, а теперь, в завершении - «И даже дети!...» , вот это: «И даже дети!..» все перевернуло. Все окончательно поставило на место, подвело нужную черту, дало контраст и форму. Как будто перезагрузили засбоившую программу, и все обновления встали на места.

От меня то, что родителям положено природой от детей. А от них – наконец-то принимать и чувствовать, что жизнь прошла не зря. Мне и так не было нужно ничего. Только раньше за это была обида. А теперь – благодарность.
Нет ничего, чего нам от родителей не хватило. Есть только то, что мы должны от себя отдать.

Рухнул последний барьер перед расставанием с обидами.
И оказывается, что много им совсем и не надо. Ни внимания особенно много, да ничего. Нужно – как и всем нам – просто то, что нужно.

Наконец-то осталась только благодарность. Можно было ведь у других людей родиться, и своих никогда не узнать. И не досталось бы им почитания и того, что могу дать я, потому что я человек системный. И думаешь, что вот хоть сейчас им хоть немного повезло, что есть кто-то, кто прибавит осмысленности бытия.

Сейчас поставила себя в очень стрессовую ситуацию.
И еще глубже поняла. Как тяжело одной женщине, а когда еще и с тремя детьми? Когда кромешный мрак, а тут еще дети.
Когда через столько в жизни пришлось пройти. Когда полная растерянность, «кругом 500», и ни одного человека, на которого можно опереться. Без чувства защищенности и безопасности вообще. Мать, дети и беспросвет.
И сохранила, защитила, как буйволица, готовая любого поднять на рога за своих детенышей.

Только благодарность.

За то, что хотя бы иногда, но очень точно понимала свою звуковую эгоцентричную дочь, обожающую отца, с которым она в разводе.
За то, что практически все, что я считаю в себе правильным – это от нее.

За то, что когда в третьем классе единственный раз за всю школу получила двойку – нужно было побыть с бабушкой и пропустила тему скобок – на мои слезы мама спокойно сказала: «Ты что, из-за двойки плачешь?» Понятно, что не будет меня никто никогда ругать из-за оценок. И когда я еще продолжила зачем-то свои страдания, что у меня вот мало в тетради учительской ручки красного цвета, а у других больше, также спокойно сказала: «Но ты же ни одного примера правильно не решила. Какая тут может быть оценка?» Справедливость.

За то, что включалась в ситуации, и справедливо расставляла все по местам. Не прикручивая и не выгадывая.
За острый ум. За то, что может посмотреть горькой правде в глаза, не защищаясь фантазиями о лучшей реальности.
За то, что в возникающих конфликтных рабочих ситуациях иду навстречу и решаю их. Это от мамы.

За важнейший эпизод. Когда мы спускались однажды с поезда, а стоянка всего минуту, и поезд не ждет, а трогается прямо. И уже темно. Молодая семья с ребенком не успевает сесть в вагон. И мама повернулась и сказала: «Стоп-кран сорвите». И они спокойно, уже без этого стресса трогающегося поезда с сумками и ребенком погрузились. (Мама работала на ж/д и знала это хозяйство). И я только благодаря этому случаю что-то соображаю иногда в непростых ситуациях.

За то, что когда после ВУЗа решался вопрос с очень приличным для меня местом, на которое попасть можно было только чудом, она пошла поставить в церковь свечу и потом рассказала, что просила. Она просила, чтобы если только это мое место, то пусть мне достанется. А если чужое, то и не надо. Шансов больше особенно не видно, но все равно – чужого нам не надо. Благородство.

За то, что как бы ни было тяжело – книги и пианино переезжали с нами и сохранялись. Какие ценности были заданы моим правильным настоящим советским дедом, те она и сохраняла, чего бы это ни стоило.

За несколько классов музыкальной школы, ради которых приходилось ездить аж в райцентр, но хотя никогда ничего не было в эти лихие 90-ые, а договорилась на один день в неделю сразу на несколько занятий и отправила нас с братом.
За умение пойти и договориться о нестандартном. За необычность и неугомонность. За неравнодушие.

Как много в моей жизни – ее заслуга. И в способности встать и выйти – там, где никто не осмеливается, - она.
Принять кардинальное решение – хотя оно ни на секунду не удобно – она. Подняться и переехать – когда ничего для этого никогда нет – она.
Как много из того, что во мне – это ее пример.
Общительность, обаяние, о котором иногда слышу от окружающих – все от нее.

И теперь все, что в жизни получилось – и если еще получится – я хочу посвятить этой женщине. У которой у самой в жизни было так мало счастья и настоящей любви. У которой вышла настолько не счастливо прожитая жизнь. За все, что недочувствовала, чего была лишена (многого!). За то, что виноватилась и сама наказывала себя хуже всякого палача. Жила, как раненый, кровоточащий зверь. Обреченный на вечное страдание и одиночество.
За то, что все тянула из последних сил, порой чувствуя себя как выброшенная на берег рыба. За все испытания, которые мало кому на долю выпали, и с которыми многим людям никогда не пришлось справляться. За то, что как бы трудно ни было – никогда не потянулась за губительными пристрастиями – облегчать себе страдания. За то, что такая Мать, что и слов не подобрать. За всю ее вечную боль внутреннюю, и все равно защиту близких от опасного внешнего. Посвящаю все великой женщине – и по случайному счастливому стечению обстоятельств – моей маме. За все тебе моя признательность, благодарность и любовь, Мама.

Огромная радость чувствовать, что мама никогда больше не сможет обидеть. Теперь у меня есть не просто мама. У меня есть любимая мама. И мой любимый ангел-хранитель – тетя. Мои дорогие женщины. И светлая, вечная память о моей бабушке. Юрий подсказал, и теперь всегда в День ее рождения и День памяти зажигаю свечу. Спасибо!

И хотя я, конечно, огромный эгоцентрик, и непросто быть всегда мудрым и спокойным, но и бояться вдруг на что-то обидеться мне не надо. Нечего больше бояться.

Избавление от обид – это большущий результат, друзья.
Когда нет обид, нет зазора между нами и людьми вокруг. Они не могут обидеть. Они только рискуют быть поняты так, как их никто никогда не понимал. И это отличная новость.

Традиционно огромное спасибо всем, кто пишет статьи, заметки, делится результатами.
Порой одно слово способно удивительно повлиять на другого человека.

Спасибо, Юрий Ильич! Бесконечное спасибо...