До тренинга я около 4-х лет страдала депрессией. Сначала это было лишь постоянно фонящее ощущение бессмысленности, утрата интереса к чему-либо. Но, чем дальше, тем становилось хуже: я ненавидела весь мир, желала людям смерти, воспринимала всё человечество как биомусор. Было невыносимо учиться, быть среди людей, даже с родителями разговаривать, поэтому практически весь день ходила в наушниках на полную громкость с тяжёлым роком или депрессивными по смыслу песнями. Мои контакты с людьми постепенно сужались, а круг общения уменьшался по моей инициативе. Далее появились навязчивые суицидальные мысли: как я прыгаю с крыши, как меня сбивает машина или трамвай, как я засовываю шею в петлю и прочие вариации смерти. Параллельно с этим хотелось прийти в лицей и поубивать как можно больше ненавистных людей, а потом и себя. Либо чтобы сбросили атомную бомбу на наш город.

Одновременно с депрессией началась бессонница: я лежала в кровати и не могла уснуть часами, потому что в голове работала мыслемешалка, которую невозможно было остановить. Порой ходила учиться после ночи без сна. Постоянно чувствовала себя уставшей, сонной, без сил. Не могла заставить себя даже раздеться, а потом и сделать уроки. Зачем, если всё равно умрём?

Ни родители, ни остальные родственники не понимали, что со мной происходит и как в данной ситуации нужно действовать. Все удивлялись тому, как из активного, открытого и общительного ребёнка я превратилась в молчаливого, замкнутого и безжизненного подростка, и задавались вопросами: «В кого ты такая пошла? Что тебе ещё надо? Живи, как все!». Мама через себя думала, что это истерики и подростковое желание получить внимание, поэтому ждала, пока перебешусь. А я ненавидела семью за непонимание, примитивность с моей точки зрения. Но мать была на особом счету – на неё была обида за то, что родила, ведь я не выбирала появляться в этом мире и мучиться. А каждый день становился всё мучительнее и тяжелее: попытки уйти от проблем в корейскую поп-культуру, аниме и игры привели только к разочарованию. Ничто не могло удовлетворить внутренний поиск. Желчи и суицидальных шуток становилось всё больше. Иногда даже могла сказать кому-то из одноклассников: «Сдохни». Меня не трогали новости о чьей-либо смерти, при просмотре фильмов даже злорадно смеялась и радовалась, когда кто-то умирал.

В 10-м классе нас отправили на карантин из-за распространявшегося ковида. Я утратила контакт с единственным человеком, с которым общалась – соседкой по парте. Потом сошло на нет общение с человеком по интернету, который, как казалось, меня понимал. Режим сна сбился окончательно, засыпала только утром, сутками играла в игры, аппетита практически не было. Месяц я готовилась к суициду: искала информацию, как это сделать дома, училась завязывать морской узел, разрезала шарф, чтобы из него сделать верёвку. Моя попытка закончилась неудачно – успели спасти. Далее были мало что изменившие хождения к психологу, а потом и к психиатру, курс таблеток, от которых хочется только спать.

О системно-векторной психологии узнала случайно ещё в 8-м или 9-м классе. Тогда я пыталась найти ответы на свои вопросы в психологии, различных типологиях, тестах. И наткнулась на тест, который якобы определяет векторы. Но было не понятно, что это за векторы, поэтому продолжила искать информацию дальше – и уже наткнулась на портал Системно-векторной психологии Юрия Бурлана. Было мгновенное узнавание себя после статьи о звуковом векторе. После чего какое-то время с жадностью поглощала статьи в библиотеке портала, а также время от времени посещала бесплатные лекции. Я тогда подумала, что, может, здесь найду ответы на свои вопросы, но на тот момент пройти тренинг не могла – и со временем мысли об этом отошли на второй план.

В следующий раз вспомнила о тренинге уже в 17 лет. До этого я отказалась от препаратов, так как никакого эффекта не было и чёрную дыру бессмысленности они не затыкали. Ещё и выпускной класс, а я совсем не знала, куда идти, кем быть, зачем вообще быть. Может, стать наркоманкой или ещё раз попробовать покончить со всем, но уже наверняка и получше всё спланировав. Системно-векторная психология была последним спасательным кругом: всё или ничего, пан или пропал. Тогда было только одно желание – избавиться от депрессии, мыслей о суициде и захотеть жить. И понять, для чего я живу, для чего существует этот мир, что я должна делать. Папа в качестве подарка на выпускной оплатил тренинг в 85-й группе.

Депрессия отступала уже с первых занятий, к середине тренинга суицидальные мысли полностью сошли на нет. По информации на занятиях мгновенно узнавала себя, родственников, знакомых – и от этих открытий было радостно. Также с удивлением отметила про себя, что режим наладился: стала засыпать вечером или ночью, а не под утро, и довольно-таки быстро. Прошли постоянные головные боли и головокружения, из-за которых порой не могла стоять на ногах. Появилась энергия, интерес к жизни, к людям. Очень быстро выбрала будущую профессию и место, где буду учиться.

После тренинга ненависть к людям сошла на нет, как и обида на мир. С людьми общаться стало намного легче, не через «не хочу» и страх. Внутри возникло ощущение осмысленности жизни, понимание, как на самом деле прекрасен мир, приятны люди. Вообще только после тренинга обрела глаза и уши. До этого мира просто не существовало в моём восприятии: весеннее цветение деревьев, пение птиц, прохожие – этого всего я не замечала. Также поменялись музыкальные предпочтения: тяжёлый рок и песни с суицидальным подтекстом полностью ушли из плейлиста, а их место заняла классика. Я перестала ходить постоянно в наушниках. До этого они были обязательным атрибутом, без которого чувствовалась неосознаваемая тревога. Сейчас этого нет. Вдобавок вернулась способность воспринимать информацию на слух. До этого всё проходило мимо ушей что в школе, что во время разговора. И отношение людей ко мне поменялось: они потянулись ко мне, потому что приятно взаимодействовать.

Также есть результаты, за которыми непосредственно не шла на тренинг. Один из них и самый важный – это избавление от обиды на мать. Для него понадобилось определённое время, а также анализ мамы уже через призму системно-векторной психологии. Так уж вышло, что мы с ней не похожи: мама не задумывается о смысле жизни, а также более быстрая, чем я. В данном несходстве и лежали наши противоречия, которые укрепились потом депрессией. Я говорила себе, что никогда её не прощу, прокручивала каждую ситуацию, где она меня обидела. И всё же я смогла взглянуть на неё другими глазами, недовольство сменилось на благодарность за то, что она сделала всё, что могла и умела, чтобы меня вырастить. Теперь к ней испытываю только сострадание, а также полное оправдание всем сердцем. Теперь мы можем спокойно поговорить о чём-то, не собачиться. До тренинга я вообще не видела смысла с мамой разговаривать, смотрела на неё свысока, да и в целом она была мне неприятна. Сейчас легко находятся темы для непринуждённого разговора.

Ещё я перестала влюбляться в парней через жалость. Она являлась единственным триггером, который запускал чувства к человеку. Из раза в раз в общении с противоположным полом запускался определённый алгоритм: обычное общение, потом появляется повод пожалеть – и симпатия. Потом, если она взаимная, человек удобно устраивался и просто пользовался мной. Если нет, то долго страдала. После того как пришло понимание, что жалость нужно направлять на тех, кто в ней нуждается, а не обрезать ею крылья у мужчин, а также при распознании данной закономерности, триггер перестал срабатывать.

Это был не конец системного пути. После первого ПУ, когда плита депрессии спала, проявили себя другие желания, а также проблемы: как совмещать в себе столько желаний и вовремя переключаться между свойствами, что вообще делать с этими желаниями, ведь до этого до материального вообще не было дела; проявили себя и эмоциональные проблемы, такие как запрет на чувства, чередующиеся с эмоциональными качелями. Хотелось отношений, но построить их не получалось, потому что не было понимания, как это сделать, а также потому что вместо чувства любви возникала поверхностная влюблённость.

С учётом уже полученных результатов, захотелось поправить своё эмоциональное состояние. Также есть вторичный запрос, связанный с психосоматикой: с подросткового возраста кожа стала проблемной: себорейный дерматит, высыпания, которых особенно много на спине и предплечьях, время от времени проявляет себя дисгидротическая экзема.

На абонемент пришла после несложившихся отношений. Я настолько провалилась в страхи, что не могла даже спокойно находиться на улице: всех видела врагами, в голову приходили мысли, как со мной случается что-то плохое. Я попадала в не очень хорошие и порой опасные ситуации, так как притягивала их своими состояниями. Иногда возникало ощущение, что прямо на глазах у всех расплавлюсь от сверхстресса. Также не могла выбросить человека из головы: постоянно следила за его соцсетями, пыталась найти какие-то знаки, связь с собой по изменению аватарки, статуса. В голове всплывало произошедшее между нами и отзывалось сильной болью. Вместе с тем накапливались фрустрации, которые проявляли себя хроническим недовольством и замкнутостью.

Выбор пал на абонемент, так как хотелось глубже окунуться в системно-векторную психологию и окончательно разобраться с оставшимися и появившимися проблемами. Также функция просмотра в записи была нужна ввиду сильной занятости.

Так вышло, что сначала попала на тематическое занятие по женской сексуальности. На нём было открытие за открытием. Занятия ответили на все вопросы, связанные с несложившимися отношениями, а также дали понимание, почему ничего не могло у нас получиться, по каким принципам строятся отношения, что нужно делать в паре и что не рекомендуется. Рана на сердце практически перестала кровоточить. После 97-й группы прошло постоянное ощущение страха и беспокойства, со мной снова начали общаться люди даже те, кому в прошлом сделала больно, будущее вновь стало чётким и ясным, также вернулась ясность мыслей и сосредоточения. Я прекратила сталкерить человека. Также улучшилась способность отличать людей, которые могут быть на первый взгляд похожи по свойствам. Ещё перестали постоянно холодеть конечность. И я бы не обратила на это внимания, если бы вдруг папа не сказал: «У тебя руки больше не холодные». Во время прохождения тренинга в 98-й группе и вовсе прекратила мыслями возвращаться к человеку, с которым не удалось построить отношения. В целом, улучшилась стрессоустойчивость: намного легче и быстрее переношу кризисы, меньше нервничаю, быстро нахожу выход из положения. С углублением понимания других улучшилось и понимание себя.

Считаю главным отличием абонемента от ПУ тем, что информация воспринимается не фрагментарно отдельным куском, а полностью и более объёмно, ведь занятия от группы к группе ведутся по-разному, могут всплывать детали, которые не упоминались на других пройденных тренингах первого уровня или которые прошли в тот раз мимо ушей. Также режим нон-стоп позволяет не выходить из системной колеи – это даёт большую поддержку и вдохновение.