Наладила общение с отцом, с которым могла не общаться годами
Дина Сайфуллинажурналист
Уфа17 апреля 2019
"Сегодня я хочу рассказать о том как применяя знания, которые я получила на тренинге «Системно-векторная психология» Юрия Бурлана я наладила отношения со своим отцом. И как это помогло ему перестать употреблять алкоголь.
Так вышло, что мои родители развелись, когда я была еще совсем маленькой. С мамой они остались жить вместе. И в целом я не очень понимала происходящее. Тогда как мой старший брат, будучи более взрослым, не смог принять эту ситуацию. Его отношения с отцом совсем испортились. И в итоге я оказалась будто на поле молчаливой битвы. Не помню, чтобы кто-то ругался, просто в моей семье никто не разговаривал с папой. Он жил как призрак — утром тихо уходил на работу, а по вечерам готовил себе отдельно еду, уносил ее в отдельной тарелке с отдельной ложкой или вилкой к себе в комнату, включал телевизор и выпивал по паре рюмок водки. Он никогда не буянил, не закатывал скандалов, просто тихо ложился спать. И так было каждый день.
Ближе к старшим классам мы уже жили как обычные соседи. А вскоре после того как я поступила в университет, я вовсе съехала из дома.
Можно сказать, что всю мою сознательную жизнь я тоже не особо дружно общалась с отцом. Иногда он помогал мне делать уроки. Иногда мы пытались обсудить какие-то вопросы. Но порой он казался мне просто невыносимым. Если наши мысли расходились, то диалог заканчивался на повышенных тонах. Мы могли начать кричать, хлопать дверьми и снова не разговаривать. Годами.
Когда мне надо было к нему за чем-то обратиться я дико раздражалась от того, что он не мог даже на простые вопросы ответить нормально. Нормально для меня значило коротко и по делу. А он начинал растекаться по древу темы и пытался начать рассказывать с доисторических времен.
Разумеется, наши отношения особо не клеились. И когда я переехала обратно к родителям, то он хоть и встретил меня с удовольствием, мы были достаточно далекими людьми.
Именно в это время я начала проходить Первый уровень тренинга в 65й группе. Тогда я осознала психическую природу своего отца и прочувствовала все его обиды и страдания. Более того, тренинг помог мне найти в себе силы разделить его боль и изменения не заставили себя ждать.
Сначала я поняла как важно давать ему возможность высказать любую мысль, берущую начало чуть ли ни с основания пирамид. И не спорить просто для того, чтобы показать, что я придерживаюсь другого мнения.
Приходя домой, я начала готовить ему кушать и приносила всю еду в его комнату. Это стало ключевым моментом, который помог сделать наши отношения более теплыми. На лекциях по анальному вектору я раскрыла причину по которой мой отец натурально не мог взять даже помытый фрукт со стола пока его не нарежешь и напрямую не предложишь. Каждый раз для него брать еду самостоятельно было стрессом и ощущалось как несправедливость. Конечно, он этого не осознавал. Просто понимая его психику стало ясно, что даже такое простое действие сможет изменить его состояние. Поняв такое положение дел я сама перестала раздражаться на его поведение. И моя реакция естественным образом позволила ему снять с себя этот груз.
Далее за приемом пищи (что тоже имеет психоаналитический корень) я начала искренне интересоваться тем, чем он увлекается. И когда он увидел, что я расположена к нему, он изменился.
Все началось с обсуждения жизни в Советском союзе. Для нас это всегда была больная тема потому, что я была уверенна, что его привязанность к прошлому — это какое-то застревание. Раньше я пыталась доказать ему, что жизнь сегодня с открытыми границами, свободной информацией, отсутствием насаживаемой идеологии более счастливая. И конечно, он не мог с этим согласиться. Но после очередной лекции в которой Юрий Ильич показал как люди воспринимали жизнь в Советском союзе, что это для них значило и как они переживали распад, я просто забросала своего отца вопросами — как это было у него, застал ли он определенные явления, что он думал и чувствовал. Я просила рассказать все подробности и увлеченно с искренним восторгом слушала его. Я наслаждалась тем как он все помнит, особенно ярким деталям. Так я постепенно начала узнавать о его детстве и вообще жизни. Потом он начал делиться удивительными историями, которые происходили с ним на его работе. И постепенно я начала замечать, что он сам начал прислушиваться к тому, что я говорю. Стал менее конфликтным. И перестал пить по вечерам.
Конечно, это произошло не сразу. Просто со временем мы стали очень тепло общаться. Теперь он меня поддерживает и даже защищает. Он во многом мне помогает. И даже успел вовлечь в свои интересы. Мы вместе смотрим королевские гонки. А когда в сезонах происходит перерыв я нахожу фильмы или сериалы, которые были бы интересны нам обоим.
Каждый день мы делимся событиями, которые с нами происходят, обсуждаем всевозможные явления и новости. Он постоянно удивляет меня своими познаниями. Тогда как раньше мне казалось, что с ним невозможно просто поговорить.
Умение выстраивать эмоциональные связи и глубокое понимание психических свойств позволило сотворить маленькое чудо. Его действия просто изменились, тогда как сам он тренинг не приходил.
Я благодарна всей команде и Юрию Бурлану за изменения, которые стали для нас реальностью."
Так вышло, что мои родители развелись, когда я была еще совсем маленькой. С мамой они остались жить вместе. И в целом я не очень понимала происходящее. Тогда как мой старший брат, будучи более взрослым, не смог принять эту ситуацию. Его отношения с отцом совсем испортились. И в итоге я оказалась будто на поле молчаливой битвы. Не помню, чтобы кто-то ругался, просто в моей семье никто не разговаривал с папой. Он жил как призрак — утром тихо уходил на работу, а по вечерам готовил себе отдельно еду, уносил ее в отдельной тарелке с отдельной ложкой или вилкой к себе в комнату, включал телевизор и выпивал по паре рюмок водки. Он никогда не буянил, не закатывал скандалов, просто тихо ложился спать. И так было каждый день.
Ближе к старшим классам мы уже жили как обычные соседи. А вскоре после того как я поступила в университет, я вовсе съехала из дома.
Можно сказать, что всю мою сознательную жизнь я тоже не особо дружно общалась с отцом. Иногда он помогал мне делать уроки. Иногда мы пытались обсудить какие-то вопросы. Но порой он казался мне просто невыносимым. Если наши мысли расходились, то диалог заканчивался на повышенных тонах. Мы могли начать кричать, хлопать дверьми и снова не разговаривать. Годами.
Когда мне надо было к нему за чем-то обратиться я дико раздражалась от того, что он не мог даже на простые вопросы ответить нормально. Нормально для меня значило коротко и по делу. А он начинал растекаться по древу темы и пытался начать рассказывать с доисторических времен.
Разумеется, наши отношения особо не клеились. И когда я переехала обратно к родителям, то он хоть и встретил меня с удовольствием, мы были достаточно далекими людьми.
Именно в это время я начала проходить Первый уровень тренинга в 65й группе. Тогда я осознала психическую природу своего отца и прочувствовала все его обиды и страдания. Более того, тренинг помог мне найти в себе силы разделить его боль и изменения не заставили себя ждать.
Сначала я поняла как важно давать ему возможность высказать любую мысль, берущую начало чуть ли ни с основания пирамид. И не спорить просто для того, чтобы показать, что я придерживаюсь другого мнения.
Приходя домой, я начала готовить ему кушать и приносила всю еду в его комнату. Это стало ключевым моментом, который помог сделать наши отношения более теплыми. На лекциях по анальному вектору я раскрыла причину по которой мой отец натурально не мог взять даже помытый фрукт со стола пока его не нарежешь и напрямую не предложишь. Каждый раз для него брать еду самостоятельно было стрессом и ощущалось как несправедливость. Конечно, он этого не осознавал. Просто понимая его психику стало ясно, что даже такое простое действие сможет изменить его состояние. Поняв такое положение дел я сама перестала раздражаться на его поведение. И моя реакция естественным образом позволила ему снять с себя этот груз.
Далее за приемом пищи (что тоже имеет психоаналитический корень) я начала искренне интересоваться тем, чем он увлекается. И когда он увидел, что я расположена к нему, он изменился.
Все началось с обсуждения жизни в Советском союзе. Для нас это всегда была больная тема потому, что я была уверенна, что его привязанность к прошлому — это какое-то застревание. Раньше я пыталась доказать ему, что жизнь сегодня с открытыми границами, свободной информацией, отсутствием насаживаемой идеологии более счастливая. И конечно, он не мог с этим согласиться. Но после очередной лекции в которой Юрий Ильич показал как люди воспринимали жизнь в Советском союзе, что это для них значило и как они переживали распад, я просто забросала своего отца вопросами — как это было у него, застал ли он определенные явления, что он думал и чувствовал. Я просила рассказать все подробности и увлеченно с искренним восторгом слушала его. Я наслаждалась тем как он все помнит, особенно ярким деталям. Так я постепенно начала узнавать о его детстве и вообще жизни. Потом он начал делиться удивительными историями, которые происходили с ним на его работе. И постепенно я начала замечать, что он сам начал прислушиваться к тому, что я говорю. Стал менее конфликтным. И перестал пить по вечерам.
Конечно, это произошло не сразу. Просто со временем мы стали очень тепло общаться. Теперь он меня поддерживает и даже защищает. Он во многом мне помогает. И даже успел вовлечь в свои интересы. Мы вместе смотрим королевские гонки. А когда в сезонах происходит перерыв я нахожу фильмы или сериалы, которые были бы интересны нам обоим.
Каждый день мы делимся событиями, которые с нами происходят, обсуждаем всевозможные явления и новости. Он постоянно удивляет меня своими познаниями. Тогда как раньше мне казалось, что с ним невозможно просто поговорить.
Умение выстраивать эмоциональные связи и глубокое понимание психических свойств позволило сотворить маленькое чудо. Его действия просто изменились, тогда как сам он тренинг не приходил.
Я благодарна всей команде и Юрию Бурлану за изменения, которые стали для нас реальностью."
Отношения с родителями
