Напоминание о лекции
Напомнить вам о следующей бесплатной лекции?
 

Страшно красивая жизнь одного кожно-зрительного мужчины

Кожно-зрительный мальчик — удивительное творение природы, на первый взгляд, противоречащее здравому смыслу. Существо мужского пола практически полностью лишённое мужественности в традиционном её понимании: слабый, уязвимый, пугливый, беззащитный, в общем, ни то ни сё.

 …Она стояла у зеркала и завязывала бант на своей лиловой шёлковой блузе.

— Чем будешь заниматься сегодня, котик?

Из постели нехотя высунулась изящная белокожая рука, потом голова с длинными, как у девушки, волосами. Мужчина по-кошачьи потянулся и зевнул, сверкнув в лучах утреннего солнца белозубым ртом:

 — Ну, для начала высплюсь. Ведь это просто пытка так рано вставать…

Он вылез из постели, подошёл к зеркалу и обнял её сзади, умудрившись почти одновременно поцеловать её и в тщательно затоналенную щёку, и в мочку уха, в котором мерцала замысловатая бриллиантовая серьга. Если бы он не был совершенно голым, они могли бы показаться матерью и сыном.

— Я бы ещё повалялась с тобой, Владик, но сегодня мне надо присутствовать на заседании правительства… От такого мероприятия не отмажешься.

Она бросила в зеркало критический взгляд. Зеркало отразило статную женщину за пятьдесят в дорогом строгом костюме, с суровым взглядом и умелым макияжем. Откуда-то из-за пышной причёски выглядывала смазливая мордочка 20-летнего красавца, который любовался её отражением в зеркале сонными глазами.

— Закрой глаза, — сказала она тоном человека, привыкшего отдавать команды.

Он послушно опустил длинные ресницы, положив свою хорошенькую голову на её плечо, смягчённое овальным подплечником чиновничьего пиджака. Она встряхнула баллончик с фиксирующим лаком для волос и побрызгала сверху свою причёску, заставив его поморщиться от резкого запаха. Он не разомкнул объятия, только крепче зажмурился. Ужасно хотелось спать, но она была сентиментальна и любила, когда её провожают до дверей, и потому он терпел: всего пара минут и можно будет снова нырнуть в мир мягких подушек и душистых шёлковых простыней…

Кожно-зрительный мальчик — удивительное творение природы, на первый взгляд, противоречащее здравому смыслу. Существо мужского пола практически полностью лишённое мужественности в традиционном её понимании: слабый, уязвимый, пугливый, беззащитный, в общем, ни то ни сё. Ходить ему в мальчиках до самой старости, ведь вряд ли у кого язык повернётся назвать его мужчиной. Какой же это мужчина, раз у него отсутствует свойственный мужскому роду инстинкт продолжения рода, раз не заложено в нём стремление к размножению и передаче своего генофонда будущим поколениям...

В первобытном обществе кожно-зрительные мальчики появлялись не часто — по-видимому, как сбои в программе эволюции или как преждевременное явление природы — а выживали и того реже, тогда их время ещё не пришло. Однако именно этот — по большому счёту, преждевременный — опыт жизни среди пышущих грубой силой соплеменников оказался очень эмоционально насыщенным. И устрашающим. Страхи и ненаработанный жизненный сценарий толкают кожно-зрительных мальчиков на социальные крайности, например,  такие как гомосексуализм или трансвестизм… Но об этом позже.

Массовое появление на свет кожно-зрительных мальчиков и массовое их выживание началось лишь с середины прошлого века — из случайного «сбоя» они превращаются в закономерность. Города заполонили субтильные экзальтированные юноши с длинными или крашеными волосами, с серьгами и пирсингом, с модными татуировками на теле, наманикюренные и нарядные, как девочки. Для окружающих девушек они чаще становятся подружками, чем возлюбленными, и вообще  ведут себя, мягко говоря, не по-мужски.

Однако у каждой медали две стороны, и отсутствие подсознательного стремления к размножению даёт кожно-зрительному мальчику удивительную свободу в выборе сексуального партнёра. В нём нет обусловленности, свойственной остальному человечеству мужского пола, которое в большинстве своём реагирует на феромоны партнёрши, подсознательно дифференцируя женщин (а то и мужчин) по простому принципу «хочу — не хочу». Кожно-зрительный мальчик не хочет никого. В смысле — никого конкретно. А когда кожно-зрительный самец не хочет никого конкретно, это означает, что он может заниматься сексом с кем угодно, без каких-либо ограничений.

Его либидо может выбрать абсолютно любой объект. И выбор это зависит совсем не от сексуальной привлекательности этого объекта, а от массы других факторов, напрямую не связанных с сексом. Такая «рациональная сексуальность» с трудом поддаётся пониманию, ибо это — нечто совершенно противоположное животному типу влечения, свойственному остальному человечеству. Затащить кожно-зрительного мальчика в постель может что угодно, только не сексуальное желание — любопытство, эмоциональная привязанность, страх, поиск защиты, желание новизны, престиж...

Ну и конечно, расчёт, куда ж без него.

 

Любовник

Наверняка кое-кто презрительно назвал бы нашего героя «жиголо» или содержанцем. Но сам Владик был далёк от того чтобы мыслить такими категориями. Ему было просто спокойно, сытно и комфортно со своей покровительницей, которую он в шутку называл «женщина-танк». Прямо так и говорил, когда она приходила в снятую для него квартиру, скидывала прямо на пол дорогую шубу и без сил обрушивалась на большой кожаный диван: «Видел тебя сегодня в новостях, Маруся, ты просто женщина-танк! Как ты этого репортёра отбрила! Ты прямо моя железная леди!»

Владик массировал её холёные ноги нежными длинными пальцами, едва прикасаясь мягкими губами к её икрам, коленям, бёдрам, и «железная Маруся» расслаблялась и таяла, превращаясь из «женщины-танк» в просто женщину.

Именно это её и подкупило, когда она встретила Владика. То, что с ним так легко и приятно чувствовать себя женщиной. Не начальницей, не солидной дамой, не чиновницей, перед которой открываются все двери, а просто женщиной, которая, как и любая другая хочет нежности, ласки и… простого человеческого общения. С каким неподдельным интересом он её слушал! Как он сопереживал! Как он умел успокаивать! Каким был ласковым и внимательным! И это была только часть его талантов…

Их пути пересеклись в ВИП-зале одного Московского вокзала. Мадам депутат встречала неофициальную иностранную делегацию, руководитель которой категорически не переносил самолёты. Эта милая фобия стала косвенной причиной приятных перемен в её личной жизни, и она не раз потом вспоминала боязливого европейца добрым словом.

Водитель привёз её слишком рано, и они с помощником зашли скоротать время в бар ВИП-зала. Смазливый улыбчивый официант с элегантным шейным платком и блестящим камушком в мочке уха сразу привлёк её внимание. Кофе, который он сварил, был невероятно вкусным, и она сделала ему комплимент. Он сделал ответный комплимент её причёске и элегантному наряду. Слово за слово, завязалась беседа, в ходе которой он поразил её своей удивительной осведомлённостью о модных тенденциях в причёсках и одежде и даже о том, какие силуэты наиболее выигрышно способны обыграть её весьма корпускулярную фигуру.

Мария оставила ему свою визитку, сопроводив её просьбой-приказом позвонить. Он оказался послушным мальчиком и позвонил. И уже через неделю стал её любовником и по совместительству персональным… стилистом.

 

Стилист

Владик обожал всё красивое. Его восхищали модели на подиуме, он обожал рассматривать глянцевые журналы, он мог часами торчать перед зеркалом, разглядывая собственное лицо и выщипывая выбивающиеся из идеального рисунка бровей волоски. Его влиятельная покровительница смотрела на эти слабости сквозь пальцы, ведь у Владика действительно был хороший вкус. С его чуткой руки она изменила причёску, форму бровей, макияж и стала выглядеть лет на десять моложе. Во всяком случае, так ей говорили услужливые заместители и помощники. Она пару раз брала его с собой в Европу, доверяя выбрать для неё новинки от модных домов. Его выбор её неизменно радовал, хотя иногда и удивлял.

В её властных и заботливых руках преобразился и сам Владик, превратившись из смазливого бармена в ухоженного и стильного светского красавчика. Несколько раз на него покушались солидные тётки из окружения мадам чиновницы, но она умела отстаивать своё и «добычу» из своих коготков не выпустила.

Хуже было, когда она замечала, как в его сторону стреляют глазками молоденькие симпатичные девочки — тогда её сердце начинала покалывать настоящая ревность. Однако несмотря на то, что Владик открыто восхищался чужими красотками и часто провожал длинноногих выскочек взглядом, сексуального интереса они у него не вызывали. Мария ощущала это каким-то внутренним бабьим чутьём, и это усыпляло её бдительность, хоть и казалось несколько странным.

Ни один кожно-зрительный мальчик не может пройти мимо того, что можно описать всего одним словом — кра-со-та. Развитая личность будет в первую очередь восхищаться произведениями искусства, сочетанием цветов на полотнах гениев полотна и кисти, мелодичной музыкой и высокой поэзией. Менее развитая — глянцевыми журналами, выхолощенной красотой девушек с обложек и их вызывающе модными продуманными нарядами. Возможно, первый будет любоваться балеринами и актрисами, а второй — моделями и поп-дивами, но суть их интереса будет единой — и тот, и другой подсознательно завидуют красивым девочкам, которыми все восхищаются, наряжают в красивые одёжки, холят и лелеют. И так хочется кожно-зрительному мальчику быть таким же красивым, таким же ухоженным, таким же холёным и всеми желанным… И не так важно, через какие тернии лежит путь ко всему этому, ведь чем больше вокруг кожно-зрительного мальчика красоты, тем ближе он к своей мечте.

 

Лицедей

Иногда Владик забавлял свою влиятельную любовницу, встречая её наряженным в один из её туалетов. Дурачился, смеялся и втягивал её в эти домашние мини-вечеринки, хотя его переодевания вызывали у неё смешанные чувства. Когда она впервые увидела его в своём вечернем красном платье, перетянутом в узкой талии сверкающим поясом, в туфлях на шпильках, с искусным макияжем и взбитыми светлыми локонами, она в первую минуту растерялась, не узнав в высокой шикарной блондинке своего любовника. Она уже было набрала воздуха в лёгкие, чтобы поразить «соперницу» мощной звуковой волной, но остановилась, сражённая фразой, произнесённой знакомым фальцетом с хрипотцой: «Маруся, кошечка моя, не узнаёшь меня в этом прикиде, подружка?»

Розыгрыш удался на славу, они долго смеялись, потом пили шампанское, потом занимались восхитительным сексом… Мария поначалу отнесла эту историю к категории уникальных эротических приключений, которые так приятно хранить в шкатулке воспоминаний и перебирать ближе к старости. Однако история стала повторяться — и «розыгрыш» превратился из забавной шутки в целый сериал с переодеваниями. В сценарии сериала прослеживалась едва уловимая закономерность: чаще всего Владик «прикидывался женщиной», когда испытывал какой-то стресс. Мадам чиновница сначала смеялась, потом ругалась, потом махнула рукой и сделала вывод, что для Владика это, наверное, не самый худший способ борьбы со стрессом, в отличие от «заедания» и «запивания».

Разгадка тяги к переодеваниям, свойственной очень многим кожно-зрительным мальчикам, кроется в печальном опыте самых первых поколений кожно-зрительных самцов. Будучи нежизнеспособными, слабыми и беспомощными, кожно-зрительные особи были обузой для первобытной стаи. Мамонты приводят их в ужас, женщины не привлекают, к труду и обороне не приспособлены… Единственным амплуа, в котором они реально приносили племени пользу, было амплуа продовольственного НЗ. Другими словами, когда охота была неудачной, их использовали в качестве пищи. Как не ужасно это звучит, но на этапе первобытного общества наши предки были людоедами и ели себе подобных. Что поделаешь, голод страшная штука, особенно когда в одной из пещер сидит нежное юное существо, не способное ни на какую полезную деятельность.

Увы, первые кожно-зрительные самцы пали жертвами обычного голода. Ну, вернее не совсем конечно обычного, скорее зверского. Но не в этом суть. Суть в том, что их «зеркальное» отражение другого пола — кожно-зрительные девочки — гораздо реже становились жертвами людоедства.  У них была своя видовая роль – дневные охранницы стаи. Кроме того, они часто оказывались под покровительством вождя, который испытывал особое влечение в отношении  кожно-зрительных самок. И единственным шансом избежать ужасной участи не быть съеденным, для кожно-зрительного мальчика было…притвориться девочкой. «Девочку не тронут», «если я девочка, меня не съедят», «я спрячусь в платье, и людоеды меня не найдут», — примерно такие странные посылы нашёптывает кожно-зрительному самцу его самый древний страх, ворочаясь в его подсознании, и заставляя его в минуты нервного напряжения примерять на себя женские образы. Не миновала эта участь и Владика: и хотя его увлечение дамской одеждой не переросло в социальное поведение, застопорившись на уровне интимной привычки надевать время от времени женское бельё или расхаживать по дому в платьицах, тем не менее, иногда он совершенно искренне горевал из-за того, что не родился девочкой.

Впрочем, в нём и так было много чего девчачьего. Например, часто по вечерам они любили смотреть вместе сентиментальные мелодрамы, которые Владик обожал и в самых душещипательных местах даже хлюпал носом. Суровая и решительная общественная деятельница рядом с ним расслаблялась и становилась пушистой кошечкой, а его она называла послушным котиком. Кстати, именно с этих, в общем-то, банальных словечек, которыми они называли друг друга, и открылась новая страница в жизни Владика.

 

Тусовщик

Однажды от нечего делать он сочинил простенькую песенку, которую спел ей, кривляясь и изображая поп-звезду. Песенка мадам чиновнице понравилась. Она подсуетилась, подёргала за нужные ниточки и уже через несколько недель песенку «Кошечка» исполнял с большой сцены один известный шансонье. На волне успеха песни Владик подружился с окружением певца и даже стал вхож в богемные круги шоубиза.

Широкой публике он не стал известен, ибо так и остался автором одной песни – ничего путного ему больше придумать не удалось. Да он и не стремился. Ему гораздо больше нравилась сама тусовка и клубная жизнь, чем муки творчества. Ну а самым приятным конечно, было чувствовать себя причастным к обществу успешных людей, законодателей мод, «селебритис», которые постоянно у всех на устах. Даже среди этого яркого светского ассорти он умудрялся оказаться в центре внимания, постепенно превращаясь в этакий модный приз, который хотят заполучить все.

Девчонки строили ему глазки, взрослые тётки откровенно флиртовали, и каждая вторая хотела взять под своё тёплое крылышко «милашку Владика». Он умел произвести впечатление даже на высокомерных снобок из высшего общества — целовал им ручки, с ходу определял марку парфюма, которым они пользовались, умел сделать тонкий комплимент, «по секрету» делился последними светскими сплетнями, по-щенячьи заглядывал в глазки.  Приложите всё это к его слащавой холёной внешности и дорогому прикиду, на который не скупилась мадам чиновница, и станет понятно, почему вокруг него постоянно клубились жаждущие его внимания и ласки дамы. Пару раз он нехотя переспал с особо назойливыми поклонницами, но никто из них не привлёк его в качестве постоянной подруги и продолжения не последовало.

И всё-таки настал день, когда он оставил свою покровительницу, вытащившую его из вокзального бара в поблёскивающий мир бомонда. Случилось это после одного неприятного инцидента в ночном клубе.

 

Жертва испуга

В тот вечер он был в клубе с новыми приятельницами — девушками из одной начинающей музыкальной группы. Они сидели за столиком и весело болтали, обсуждая концертную обувь. О женских туфельках Влад мог говорить часами — это была его слабость, его увлечение, его конёк. Разговор в шутку зашёл о том, с каким видом туфель ассоциируется у Влада каждая из девушек. Идея с ассоциациями ему понравилась, и он с удовольствием её подхватил, жеманно закатив глазки и интригующе улыбнувшись:

— Итак, начнём с Ларисы. Лариса у нас похожа на классические «лодочки» золотистого цвета, такая ладная, сдержанная, скромная; вне моды, но всегда стильная… Жанна — это агрессивные туфли-чулки в стиле милитари, на высоком каблуке и с толстой подошвой… Катя — это последний писк моды, к тому же любительница сердечек. А значит Катя — это Трибьют Мэри-Джейн от Ива Сен-Лорана, с 3-сантиметровой платформой и вырезом у пальцев в форме сердечка. Цвет, конечно же, красный! Юля… Юля — это хрустальные башмачки из сказки про Золушку…

Довольные девушки смеялись над его фантазиями, как вдруг к их столику подошёл какой-то пьяный небритый качок.

— Не слишком ли много красивых тёлок для одного дохлого сморчка? — парень угрожающе навис над Владиком, закрыв его от вспышек клубных огней.

— Ты кто? Что тебе нужно? — у Владика внезапно пересохло в горле и по-заячьи забилось сердце.

— Щас узнаешь, кто я такой, ну-ка иди сюда, если ты мужик, — парень схватил Влада за шиворот и потащил к выходу.  Девчонки подняли визг, а Влад так перепугался, что сил у него хватило только на то, чтобы вырываться и кричать: «Отпусти! Пусти! Помогите же кто-нибудь!»

Качок почти дотащил Влада до выхода, как вдруг ему наперерез бросился какой-то крупный мужчина в чёрном пиджаке. Завязалась потасовка, в ходе которой случайно попало и Владику. Он отлетел в сторону от чьёго-то удара локтем, забился под стол и с ужасом наблюдал, как эти незнакомые мужики молотят друг друга. От страха у него началась гипервентиляция лёгких, он дышал часто и быстро. Дерущихся в конце концов разняли охранники, «качка» вывели, а мужик в пиджаке осмотрел зал, заметил дрожащего Владика под столом, протянул ему руку и сказал: «Пойдём со мной». Заметив ужас в глазах парня, он добавил «Не бойся, не обижу».

Эту ночь Владик провёл у Якова — так звали его нового знакомого. После непродолжительной дискуссии они пришли к выводу, что напавший на Влада парень был ревнивым приятелем кого-то из его поклонниц, ибо добродушный эстетствующий красавчик был лишь безобидным тусовщиком и врагов нажить не успел. Тем не менее, на всякий случай решили, что ему безопасней «отсидеться» у Якова.

«Отсидка» кончилась тем, что через три дня Влад приехал в съёмную квартиру, забрал свои вещи и написал «женщине-танк» слёзную записку о том, что уходит, но умоляет простить и что всегда будет вспоминать её с любовью и теплом. Нежный «котик» выбрал себе нового покровителя, такого, который мог не только обеспечить, но и реально защитить.

Высокая эмоциональная амплитуда кожно-зрительных мальчиков обусловлена влиянием зрительного вектора, причём в широчайшем диапазоне эмоций, на которые способен  кожно-зрительный мальчик, совершенным особняком стоит страх. И по силе эмоционального накала, и по объёмности: нарастая, страх может вытеснить все другие эмоции, заполнив все эмоциональные пустоты и нехватки в душе кожно-зрительного мальчика. Именно страх зачастую становится движущей силой в его жизни, не имеющей заранее предопределённых сценариев.

Другой контрарной движущей силой является стремление убежать от страха. Оно приводит кожно-зрительного мальчика к искреннему желанию ограничить в человеке животное (дикое, кровожадное) начало. Он против насилия, он против войны, он против убийств и смертной казни; его пугают драки и неконтролируемая агрессия, даже если они не направлены на него лично. А уж если он сам становится объектом агрессии, и у него возникает ощущение опасности для своей жизни, тогда его страх достигает апогея, заставляя любыми средствами искать защиты и спасения.

Нередко защита и спасение приходят в лице большого мускулистого мужика, который берёт слабого и пугливого кожно-зрительного самца под свою защиту, давая ему чувство безопасности в обмен на плотскую любовь.

 

Мальчик-гей

После нападения в клубе Влад не сразу пришёл в норму. Он постоянно спрашивал себя: «За что?!» — и не находил ответа. Все размышления заканчивались абстрактным выводом о том, что в окружающем мире слишком много зла и жестокости. При такой перспективе отношения с Яковом казались ему идеальным выходом. Яков был крепким и спортивным, а значит, с ним рядом можно было не бояться физической агрессии. У Якова были хорошие связи, и он в два счёта пристроил Влада ассистентом режиссёра в одну модную телепередачу. Яков был грубоватым, но сентиментальным, он быстро привязался к Владу и заботился о нём как самый примерный семьянин, вплоть до того, что делал ему кофе по утрам. Владу льстила эта забота, и рядом с Яковом он чувствовал себя на миллион долларов.

Конечно, в первые дни их близости у него был определённый страх перед физической болью, но опытный Яков мягко и умело совратил своего милашку-приятеля, неизменно сопровождая свои действия анальными шуточками типа «сначала больно — потом прикольно». Через некоторое время новые отношения вошли для Влада в привычку и никакой боязни уже не вызывали. Он по-своему привязался к новому покровителю, который был умнее, сильнее и на порядок уверенней его самого, и шёл по жизни настоящим хозяином, повиноваться и угождать которому было вполне естественно.

Более того, рядом с Яковом Влад наконец-то раскрылся и стал в открытую носить дома женские вещи, что забавляло и возбуждало Якова, а потому всячески им поощрялось. В общем, «милашка Влад» был совершенно доволен своей новой жизнью.

Гомосексуальные отношения часто становятся панацеей для кожно-зрительного мальчика, терзаемого страхами и не умеющего самостоятельно найти своё место в жизни. Лишённый эволюцией права на поклёвку, рядом с анальным любовником он опосредованно приобщается к этому праву, получая свой «кусок пирога» из мускулистых рук своего партнёра. И его не терзают сомнения по поводу того, на правильном ли он пути и не совершает ли он чего-то противоестественного: до тех пор пока он чувствует себя защищённым, и жизнь его налажена и устаканена, всё что с ним происходит — правильно, без каких-либо условий и оговорок.

 

Эпилог

Несколько месяцев спустя где-то в бескрайних телевизионных коридорах Влад столкнулся со своей «бывшей» — с «женщиной-танк» Марусей. Она гордо несла себя по ковровой дорожке коридора, окружённая какими-то людьми, как всегда эффектная, в строгом костюме с элегантной брошью, с высокой причёской и искусным макияжем. Увидев Влада, она замедлила шаг и небрежным жестом показала свите, чтобы те шли дальше. Влад остановился, невольно залюбовавшись её продуманным образом а-ля «женщина-депутат».

— Я слышала ты пидорком стал, — бросила она презрительно, когда он поравнялся с ней. В её небрежном тоне слишком явно читалась обида брошенной женщины.

— Маруся, такой роскошной женщине как ты совсем не идёт грубость, — ответил Влад и нагнулся, чтобы поцеловать ей руку.

— Позвони мне, — еле слышно сказала она, наклонившись к его уху.

…Он и в этот раз оказался послушным мальчиком.

Автор публикации: Екатерина БУРДАЕВА, коммерческий директор.
Статья написана по материалам тренинга Системно-векторной психологии
Уже идут 35624 человек
16 октября
Уже идут 35624 человек
Записаться
 
Регистрируясь, вы соглашаетесь с офертой
Записаться
16 октября
Уже идут 35624человек

До начала тренинга осталось:

14 дн. 10 : 59 : 19
Комментарии 6 Отправить комментарий
Ivo Ilustrumm 17 марта 2016 в 04:03

Я тоже типичный зрительник, но тут возникает ощущение, что такие мужчины плывут по течению, им всё равно, с кем спать, о нравственных принципах вообще ни слова, а то, что женщины таких не любят, это правда, моё отличие только в том, что я вращаюсь не в бомонде, а на мясокомбинате, где меня почти никто не понимает, т.к. интеллигентности почти ни у кого нет. Соответственно её воспринимают, как слабость. А физически...работать, даже тяжело, я вполне способен, но драться с бугаём не вышло бы, сам мелкий, с очень тонкими костями, аристократичного типа, как сказала одна знакомая. В общем, нам не позавидовать, не поймут и не примут.

Аня Абрамова 06 февраля 2016 в 20:02

Феноменальная статья!

Кажется, я забыла дышать, когда читала. Настолько точно описаны переживания Владика, его состояния так ярко раскрыты, что читая статью, невольно начинаешь всё это чувствовать внутри себя, вживаться, пропуская через душу.

Это настоящее волшебство. Волшебство симбиоза психоанализа СВП и виртуозного владения словом автора. Спасибо большое за такие яркие переживания и впечатления, и за такой невероятный объём раскрытия в этой непростой теме.

Владика не тренинг!

Вера Тарасова 05 декабря 2013 в 17:12

Жалко мальчика.

Alex Gvardiyan 08 сентября 2013 в 02:09

Хм. А женщина что с КЗ-мужчиной - уретральная?

Майя К 21 июля 2013 в 11:07

Когда говорят о "сбое" природной программы в отношении кожно-зрительных мужчин, то забывают об одной вещи, которая тоже имела место в древности. Это матриархат. Не все человеческие стаи ходили под вождём. Были и женщины-зены. Иногда так случалось из-за того, что мужчины-воины были истреблены, иногда по другим причинам, но это было, и это подтверждается данными археологии. И кожно-зрительный юноша точно также становился самцом агрессивной лидерши (которой и рожать-то по сути было некогда), как кожно-зрительная женщина была самкой вождя.

Ксения Новикова 13 декабря 2015 в 05:12

Статья очень полезная для нашего общества, которому пока не свойственно понять таких мальчиков, а ведь будущее за ними. Спасибо Екатерина!