Результаты прошедших тренинг

Москва

3 июля 2014

Это мой первый отзыв, ранее в мыслях не было, что буду писать о себе и своей семье вот так открыто. Девочки, мамочки милые, дочитайте до конца и не раздумывайте, бегите на тренинг. Моя история о том, как я от большой любви к сыну и желания вырастить из него красивого и душой и телом Человека, невольно сделала много ошибок.

Сейчас моему сыну 10 лет. До 4 лет он говорил простыми звуками: мама, баба, му, гав, ням и т.д. Конечно же отсутствие речи у ребенка вызывало тревогу. Когда сыну было два с половиной года я впервые обратилась к логопеду. Так как звуков проговаривал не много, а слов вообще не было, помочь нам не смогли. И вот в четыре «прорвало»… Ура! Заговорил. Но как-то несвязно, непонятно. Приходилось очень сильно сосредотачиваться, чтобы понять, о чём он говорит, что просит. Окружение вообще не понимало ни одного слова из его уст.

Из 33 звуков (букв) он не выговаривал 28!!! Череда логопедов, дефектологов, логопедический детский сад, а результатов нет, т.е. есть, но очень незначительные. На все мои вопросы, откуда и почему такие проблемы с речью, у всех врачей были одинаковые ответы: у него родовая травма или это плохая экология, или просто генетика (отец ребенка тоже заговорил поздно и с логопедом занимался до четырнадцати лет!!!). Вот вам и результат, вы же не можете изменить гены!!! Да и вообще с генофондом что-то происходит. Раньше логопедических проблем у детей практически не было, сегодня же очень много проблемных детей…

По совету логопеда школу отложили на год. В 2010 году пошли в класс по подготовке к школе, школьный логопед порекомендовал обратиться в Институт Возрастной Физиологии. Мы прошли ряд обследований, и на основании ЭЭГ я получила заключение на каком-то непонятном мне языке, состоящее из одних медицинских терминов… А проще говоря, мне сообщили, что «у вашего ребенка заторможенная деятельность головного мозга».

Назначили курс лечения препаратами, рассчитанный на 10 месяцев. Я отказалась от «медикаментозного образования». Около года меня уверяли, что лекарства это единственная верная помощь, что ему станет легче учиться. Моим решением была частная школа, где, я верила, отнесутся с пониманием к нашей проблеме, где будет индивидуальный подход к обучению. Были усиленные занятия с логопедом, а результаты плачевные: с первых уроков отставание в развитии речи, отставание в письме, чтении. На стихи из двух четверостиший уходили целые выходные. Целый ком проблем и вопросов, который нарастал и нарастал.

Я очень переживала, мельтешила, повышала на сына голос, думала, смогу докричаться до него. В итоге во втором классе он стал заикаться. Педагог стала обращать внимание, что он плохо слышит. С каждым днем это становилось всё очевиднее, и я стала замечать, что-то со слухом. Но сурдолог не выявила никаких слуховых нарушений.

Второй класс мы закончили удовлетворительно на тройки, два по русскому языку в уме. С каждым днём я наблюдала, как угасает мой ребёнок. Я пишу эти строки и плачу… всем сердцем… Я была абсолютно уверена, что я взрослая тетенька, мне виднее! Я лучше знаю, как жить. Что надо быстро одеваться, собираться, двигаться, говорить и делать всё и сразу. Каждый раз перебивала его, не давая договорить и… требовала соображать быстрее, быстрее… Тормоз, думала я, весь в отца… Я кричала каждый день, как ненормальная, и не могла остановиться…

Этим летом в ванной комнате сын написал на запотевшем зеркале: Зачем мне жить?

Шок. Ему же только 10 лет! Откуда такие мысли, ведь он такой маленький. Какие у него могут быть нехватки? Всё же есть, ну почти всё, что необходимо для жизни. Это мои страхи, комплексы, неврозы, суицидальные мысли. Около трех лет искала ответы в психологии, а их там не было, и как же мыслить позивно, когда кругом сплошной ад… Сама того не понимая, за собой в омут бессмысленной жизни моей жизни я тянула сына. Так было ДО…

…К системно-векторной психологии Юрия Бурлана я пришла четыре месяца назад, а именно в середине августа 2013 года. После прохождения тренинга у меня невероятные результаты. Я и не предполагала, что жизнь меняется легко и просто с первых лекций. Без всяких усилий. Подтверждаю на 100%. Моё состояние изменилось!

У меня больше нет страхов, фобий и прочих негативных состояний и больше не будет никогда. Я больше вообще не кричу, не дергаю, я внимательно слушаю и наслаждаюсь общением с сыном. На сегодняшний день проблем с речью нет, в логопеде нет необходимости, заикания не слышу, его нет!!!

И с учебой наладилось, идём на результаты четыре в четверти по русскому языку, остальные предметы на пять!!! Ну а в школе, видя изменения, говорят, просто подрос. Нет, не просто подрос! Просто — системная мама. Сегодня я понимаю свои ошибки и знаю, как их избежать, знаю, что так необходимо моему ребенку для нормального развития. И это только начало.

Как вырастить гения? Да просто здорового телом и психикой человека, счастливого человека. Пройти тренинг по системно-векторной психологии. Спасибо, Юрий Бурлан, спасибо всей команде за спасение наших детей.

Алматы, Казахстан

9 августа 2015

Результат 2. Одно из главных моих достижений после прохождения тренинга по Системно-векторной психологии Юрия Бурлана – это улучшение отношений с дочкой. Когда она родилась, я часто смотрела на нее и искала в себе то самое чувство, о которой говорили другие матери, и не находила. Тогда я думала, что мне нужно просто время и все наладится само собой. Но день за днем ситуация лишь осложнялась.

В тот период я осталась одна с дочкой. Была погружена в свои мысли и только в свои переживания. И все, что отвлекало меня от моих мыслей, сильно раздражало. Не было желания куда то выходить, с кем-то общаться. Понимала, что своим состоянием ухудшала жизнь дочки, которая зависит от меня.

Могла прикрикнуть на нее. Самые частые фразы, которые она от меня слышала это «нет» и «нельзя». На этом наше общение в основном и заканчивалось. Порой, когда не получалось ее успокоить, замечала за собой, что не смогу взять ее на руки, и уходила в другую комнату.

Со временем у нее появилась привычка плеваться, намеренно пускать слюну и мазать вокруг. Начала часто плакать по поводу и без, требуя внимания и закатывая истерику. Порой, становилась неугомонной. Пытаясь успокоить ее, начинала злиться сама, что лишь ухудшало ситуацию. Понимая, что это ненормально, пыталась что-то изменить, но результатов не было. Чувство вины перед дочкой не проходило и угнетало.

Устраиваясь на работу, до конца не осознавала того, что я там долго не задержусь. Шум, суета, недовольные клиенты, которых нужно по максимуму доброжелательно обслужить ухудшали мое состояние. Доброжелательно обслуживать их у меня не получалось, даже просто натянуть улыбку не было желания. Пусть снаружи я просто молча выполняла свои обязанности, внутри испытывала сильную неприязнь к каждому клиенту, который подходил ко мне.

Приходила домой с одним желанием, быстрее уснуть, а утром не просыпаться. Хотелось просто исчезнуть. По утрам, идя по дороге на работу, не замечала ничего вокруг, была сосредоточена на одной мысли и думала лишь о том, что необходимо сделать, чтобы это все прекратилось. Ведь это не впервые. Этому не было конца, а мысли о том, что придется всю жизнь прожить в таком полусне, совсем не радовало.

Познакомившись с системно-векторной психологией, ночами засиживалась на сайте, читая статьи. И когда появилась возможность пройти полный тренинг, воспользовалась ею, не задумываясь.

Постепенно начала замечать, что меньше погружаюсь и акцентирую внимание на своих переживаниях и начала больше обращать внимания на то, что происходило вокруг. Ловила себя на том, что наслаждаюсь пением птиц и тем, что меня окружает. У меня появилось желание больше зарабатывать. Хотя до этого думала лишь о тишине на работе. Замечая изменения в себе, знаю, что на новой работе не будет предыдущего сценария. Так как понимание себя и других, знание того, к чему теперь стремиться и лучшее понимание как этого достичь, сделало меня стресоустойчивее, чем раньше.

Отношения с дочкой наладились не сразу. Порой думала, что я что-то упустила, раз нет изменений. А они были. Просто я их не замечала. Когда мое состояние начало меняться, дочка стала спокойнее. Начала замечать, что наблюдая за ней, уже не могу мыслить, как раньше. Хочется понять ее не через себя, свои хотения и желания, а что движет именно ею.

Уменьшились истерики, а в те моменты, когда она начинает плакать или чего-то бояться, я лучше понимаю, как следует действовать. В результате она успокаивается быстрее, чем раньше. Чаще начала меня обнимать, целовать и брать за руку. Прекратилось намеренное пускание слюны.

Теперь я лучше понимаю причины своего поведения и состояния, а главное, начинаю лучше понимать других людей и поведение дочки. Знаю, в каком направлении нужно двигаться, чтобы правильно ее воспитать и развить.

Когда бывает, чувствую себя не хорошо, замечаю различия, между тем, как это было раньше и тем, как сейчас. Разницу в мыслях. Быстрее прихожу в равновесие.

Системно-векторная психология дает возможность получить знание и понимание самого себя, других людей, причины тех или иных событий, которые происходят как в узком кругу, так и в широком. Дает понимание, как правильно воспитывать и направлять детей. А не приводить их в плохое состояние и прививать негативный сценарий на дальнейшую жизнь

Санкт-Петербург

7 февраля 2016

Материнство

К системно-векторной психологии Юрия Бурлана меня привело материнство. Я стала мамой три года назад, мне было 24 года. Ребенок был запланированный и желанный обоими родителями. Роды мы обе перенесли тяжело. Обе — это я и моя дочь. Панические атаки не отпускали меня очень долго после. В первый год они были несколько раз в день, и вызывали их любые ассоциации с произошедшим — вид беременной женщины, предмет цвета хирургического халата, любые даже косвенные упоминания о беременности и родах…

Я безумно боялась уничтожить своими руками эту хрупкую жизнь. Первые мои слова после — к акушерке: «Помогите! Я ее сейчас уроню!» Преследовало чувство, что мне дали то, чего я не достойна, то, что я не могу сохранить, что роль матери не по мне.

У дочери были неврологические нарушения (к году нам удалось их устранить, но некоторые навыки она до сих пор осваивает дольше своих сверстников), из-за чего она постоянно кричала и практически не могла есть. И я все время держала ее на руках и кормила, кормила, кормила… Кормления были болезненными очень долго, месяцев до восьми. Стоило мне отвлечься на минуту — из комнаты доносилось «АаАаАаА!!!»

Ни одно действие я не могла сделать полностью от начала до конца. Каждый раз нужно было бросать на середине и бежать. Иногда я так старалась спрятаться от этого всего, что от внезапного крика появлялись странные мысли: «Так, я же одна дома! Кто кричит? Вроде ребенок? А, точно, это же мой ребенок!!!»

Что я чувствовала к ребенку? Никакие «сладкие булочки», «маленькие ручки» и «беззубая улыбка» меня не умиляли. Я чувствовала только жалость к ней, за то, что я не могу дать ей ту любовь, которая положена ей по праву рождения. Что она не получает того, что должен иметь каждый младенец. Я ухаживала за ней очень ответственно, выполняла все предписания врачей, делала гимнастику, не спускала с рук, кормила по требованию… И чувствовала только эту ответственность. Непосильную ответственность.

Я чувствовала себя, как в тюрьме. Прикидывала, когда это закончится. Когда я смогу вернуть себе свою прежнюю жизнь. Через 10 лет? 15? Моей мечтой стали хотя бы полчаса в одиночестве. А лучше полгода. Или год. Когда никто не будет меня дергать, никто не будет меня трогать. Однажды дочка задела тяжелые часы с полки над кроватью, и они упали мне на голову. У меня потемнело в глазах, и пронеслась радостная, полная надежды мысль — неужели это ВСЁ? Сейчас всё закончится? К сожалению, для тогдашней меня, ничего не закончилось, но потом был момент осознания — то, что со мной происходит — ненормально.

К психо — специалистам я не обращалась. Мне было очень стыдно признаться кому-то в своих чувствах. В том, что я не могу ни родить, ни вырастить ребенка. Я всегда считала себя сильной, но оказалось, что я слабая, что я не справляюсь с задачей, с которой справляются все женщины во всем мире. В интернет-сообществах матерей я почти не находила поддержки, меня обвиняли. Но в этом не было необходимости, я достаточно обвиняла себя сама. Некоторые ставили молчаливые «лайки», и это меня поддерживало, я понимала, что я не одна такая.

Мне казалось, что большинство матерей просто врут о своих чувствах, из страха перед осуждением общества, что никакого «счастья материнства» не существует. С другой стороны, было ощущение, что мир не может быть устроен вот так. Что это всё-таки я аутсайдер на этом празднике жизни.

Дочка росла, иногда мне казалось, что вот-вот все наладится, но тема «почему я не такая» не отпускала меня. И тогда в интернете мне попалась системная статья о матерях. О том, что некоторым (многим, в масштабах планеты) женщинам материнство приносит не радость, а страдания. И я зацепилась за это единственное объяснение. Стала запоем читать статьи, ночи напролет сидела с телефоном и читала, читала. Слушала бесплатные лекции. В какой-то момент у меня появилось ощущение, что от статей и форума я получила все, что могла получить, но обрывки информации не складываются у меня в голове в стройную систему, и тогда я приняла решение пройти первый уровень тренинга Юрия Бурлана. Сейчас я его уже заканчиваю, и за это время многое изменилось.

Я прекратила себя обвинять, поняла, почему я так поступала, отследила, какие моменты вызывают у меня ярость, негодование, отчаяние. Основных момента два: необходимость постоянно отвлекаться и долгий громкий крик. И я стала относиться к этому по-другому. Научилась действительно сразу переключать внимание на ребенка, не цепляясь мыслями за незаконченное.

Научилась просто выдыхать и ждать, когда ей надо посмотреть с железнодорожного моста, на то, как идет поезд. И второй поезд. И третий. Или надо 10 раз забежать на горку и обратно по пути из садика. Я чувствую, как день ото дня мне становится все легче и легче спокойно реагировать и даже поддерживать некоторые желания моего ребенка. Даже специально отмечаю про себя: в один день сто метров прошли без моего раздражения, второй день четыреста, третий — восемьсот, четвертый — Да, времени это занимает не 30 минут, а 60. Ну и что? Зато все довольны, и дорога — не мучение, а дополнительная возможность интересно провести время.

Дети так устроены, что они кричат. Так они привлекают внимание, чтобы им помогли прямо в этот момент, не откладывая. Если у мамы это вызывает ярость, это трагедия для всех. Потому что дети чувствуют плохое состояние мамы, перенимают его, и от этого кричат еще больше. Получается замкнутый круг. Первый шаг к благополучному выходу — осознание.

До тренинга у меня этого осознания не было, мне казалось, что эти чувства вызывает само присутствие ребенка, и конечно это сразу вызывало и отчаяние, и самообвинение. Сейчас я разделила свои чувства к детскому крику, и чувства к ребенку. Это бы невероятно помогло мне в период новорожденности, жаль, что тогда я не понимала. Но помогает и сейчас. Я вижу перед собой просто расстроенного плачущего ребенка. Может быть, немного перевозбужденного, которого уже тяжело успокоить. Но я не взрываюсь от этого.

Из постоянно плачущего младенца моя дочка выросла в постоянно бегающего и кричащего ребенка. Она почти не ходит, она все время бежит. И любое желание выражает громким криком. Мне казалось, что прекратится это только тогда, когда она дорастет до занятий спортом, и всю свою энергию будет отдавать там. Но, тем не менее, она стала гораздо спокойнее за время, пока я прохожу тренинг. Ее беготня уже не носит такой хаотичный характер. Она всегда бежит в определенном направлении с определенной целью, не просто носится.

И мне стало гораздо приятнее с ней играть. Я с удовольствием кидаю мячик, помогаю одеть куклу, оценю собранный конструктор… Потому что действия ребенка теперь носят какую-то осмысленность и игры занимают хотя бы несколько минут, а не секунд. Дочка стала более собранной, более организованной, более сконцентрированной. Я думаю, ей просто не мешает больше жить то внутреннее напряжение, которое было во мне и появлялось из-за меня в ней. Поэтому у нее появился внутренний ресурс к развитию.

Утренние сборы у нас стали взаимно приятными. Дочка с утра уже знает, что надо одевать, в каком порядке, сама выбирает, какую игрушку с собой взять, показывает мне, что надо выключить свет, компьютер, берет меня за руку, ведет к остановке. Показывает мне, когда видит автобус, на котором мы с утра едем. Я понимаю, что я описываю обычную, хорошую жизнь с ребенком, и для многих в этом нет ничего удивительного, но для меня — это счастье, потому что раньше у нас были крики, слезы, беготня, хаос…

Дочка стала гораздо лучше разговаривать. Наконец-то наступил тот этап развития, когда общение идет преимущественно словами, жесты и крики постепенно уходят из постоянного общения.

Отношения с мужем

Мои отношения с мужем после рождения ребенка стали очень напряженными. Он ушел спать и практически жить в другую комнату, вечером приходил, запирался, играл на компьютере пол ночи и ложился спать. Сейчас я поняла, что изначально наши отношения были построены не на настоящей духовной и эмоциональной близости, а скорее на общих интересах. Мы были вместе, но каждый сам по себе, и страдали каждый сам по себе, хотя нам было все дано, чтобы понимать друг друга.

Во время прохождения тренинга я стала именно глубоко понимать своего мужа, понимать какие мысли (и смыслы) кроются за его словами. Мне даже не нужно ничего отвечать, я просто подхожу и обнимаю его. Кстати, два года назад я участвовала в семинарах по отношениям в паре, и там рекомендовали именно такую форму поддержки своего мужчины. Подойти и обнять. Но, когда нет внутреннего содержания, это не работает, и в тот момент мы оба решили что эти советы — ерунда.

Зато сейчас у меня это получается не задумываясь, мне не надо специально прикладывать усилия. Я сама с удивлением обнаружила, что стала делать именно так, как советовали на тех курсах. Ведущая, видимо, сама не понимала, о чем говорила, а я теперь поняла!

Мне казалось, что муж недостаточно эмоционально вовлечен в мои проблемы, не поддерживает меня, из этого я делала вывод, что я для него не важна. Теперь я знаю, что он в принципе не может так выражать эмоции, как я от него ожидала, и, скорее всего, он даже не понимал все это время, чего именно я от него хочу. И меня просто перестало это волновать и задевать.

Как следствие, в муже стало все меньше раздражения. Раньше я наблюдала у него такое выражение лица, как будто кто-то при нем провел ногтем по стеклу, каждый раз, когда он замечал, что не один в доме. Уже давно я этого выражения лица у него вообще не видела. Все чаще я вижу ответную улыбку. Мне стало легко жить в семье. Я больше не мечтаю вернуть время на 5 лет назад и остаться одной навсегда.

Мужененавистничество

Другой моей мечтой было, чтобы наука дала возможность двум женщинам иметь общего ребенка, и мужской род окончательно вымер на нашей планете. «Они не понимают нас, они никогда не пройдут через то, через что проходим мы, им достается все самое лучшее в жизни, мы страдаем, а они наслаждаются. Лучше бы их не было, тогда мы бы были счастливы!»

После того, как мои материнские и семейные проблемы стали постепенно уменьшаться в размерах, начала снижаться и моя ненависть к мужскому полу. Конечно, я до сих пор предпочитаю женское общество. Но сейчас я уже готова дать мужчинам шанс! Я на себе очень хорошо почувствовала, что означает эта «защищенность и безопасность». Когда мне случилось попасть в не очень приятную ситуацию, я просто позвонила своему мужу, и он приехал сразу же и забрал меня и ребенка. И вот в этот момент я поняла, что все мелкие семейные конфликты не имеют никакого значения, когда глобально ты можешь доверить человеку свою жизнь.

И я все чаще думаю — как же я люблю своего мужа! А ведь я была уверена, что наша семья не продержится долго. Мои любимый вопрос: «какой смысл в браке, в отношениях, в семье? зачем это нужно?» перестал возникать. Вот сейчас, когда пишу этот текст, вспомнила, что давно не задавала себе этот вопрос. Зачем искать смысл там, где мне просто хорошо?

Страхи

Всю жизнь у меня было много страхов. В первую очередь страх темноты, так же страх зеркал, страх собак (да и других животных тоже). В зеркало в темноте вообще никогда не смотрела и, если нужно было пройти мимо, старалась как можно быстрее, но лучше конечно включить свет. У меня было убеждение, внушенное, как я думаю, в детстве передачами с участием экстрасенсов, что зеркало — портал для потусторонних сил, и через него они могут прийти в дом, а если я туда смотрю, то я их как бы призываю.

Свет в моем доме горел всю ночь во всех комнатах, так мне было спокойнее. Мало ли, кто может ходить в темноте, а так я в любой момент вижу, что здесь никого нет. Тем более, почему-то считается, что темнота благоприятствует появлению сущностей. Видимо, потому, что в темноте больше пространства для зрительного воображения.

Иногда ночами накатывал настолько сильный страх, что я понимала — уснуть уже точно не получится, и старалась просто как-то себя отвлекать до рассвета. Опытным путем я выяснила, что чтение и просмотр мистики и триллеров, и недостаток сна увеличивает мои иррациональные страхи, постаралась исключить эти факторы. Уровень страха снизился с паники до острого дискомфорта, и я решила, что это максимум из того, что я могу сделать, готовилась прожить так до конца своих дней.

Но после тренинга по системно-векторной психологии Юрия Бурлана все мои страхи стали постепенно уходить. Я начала выключать свет. Сначала только в самых дальних комнатах, куда точно не зайду. Потом просто во всех, кроме той, где я нахожусь. И в итоге начала выключать на ночь свет во всем доме. Мне перестали приходить в голову мысли о том, что «здесь может находиться кто-то еще». Я нажимала на выключатель с мыслью «здесь свет не нужен». Теперь я даже не всегда включаю свет в той комнате, где мне что-то нужно, с целью, например, взять какой-то предмет, если знаю, где он лежит, захожу и беру, без света. Когда по телефону говорю, иногда выключаю свет, опять же — «не нужен». Мне и без света хорошо слышно.

Уличная собака теперь не является для меня поводом развернуться и пойти по другой улице, как было раньше. И даже несколько собак. И они тоже перестали на меня обращать внимание (а раньше всегда облаивали, не пропускали, еще муж удивлялся, что он ходит по тем же улицам и никаких проблем с собаками не имеет). Теперь нет такой проблемы, там, где можно пройти за двадцать минут, я больше не вынуждена обходить час, потому что на середине дороге села собака, лает на меня и всем своим видом показывает, что для меня тут ход закрыт. Теперь все дороги для меня свободны.

Новая жизнь

Глобально тренинг дает совсем другое ощущение жизни, более приятное, более свободное. Я была склонна к унынию и апатии. В состоянии уныния не могла себе представить такую ситуацию, которая бы порадовала, ради которой бы захотелось шевелиться. Пляж у моря? Роллерские покатушки? Поход в горы? Ужин в суши-баре? Танцы? Йога? Все, что когда-то привлекало, казалось мне серым и далеким.

Единственное желание — тихо раствориться, как будто меня и не было никогда. В голове была полная каша. Собраться, самоорганизоваться, выбрать цель и идти к ней — не ощущалось возможным. Конечно, какие-то события, люди, выводили меня из этого состояния, заставляли действовать, но при любой возможности я снова в него проваливалась. Так вот, с момента начала тренинга по системно-векторной психологии Юрия Бурлана, со мной такого не было ни разу.

В те моменты, когда я все-таки держалась и собиралась, я была постоянно напряжена. Я не видела ничего вокруг себя, обычные бытовые действия, которые другие делают, не замечая, отнимали все мои силы. Даже те действия, которые позиционируются как «отдых» (чтение, поездки и т.д.) я делала с невероятным усилием и в итоге они не были для меня отдыхом. Я спрашивала у друзей и близких: «Как вы отдыхаете? Я от всего устаю, отдыхаю только во сне, и то не очень». Но никто не придавал вообще этому вопросу значения. Уже с начала тренинга посистемно-векторной психологии Юрия Бурлана я заметила, что это напряжение стало исчезать.

Первое наблюдение было — когда я заметила, как же вокруг красиво! Мне хотелось сфотографировать каждый листочек, каждую ягодку. Это же такая красота. Второе — что мне стало легко с моим ребенком. Третье — возвращение давно забытого желания к творчеству. Профессиональных навыков у меня нет, поэтому я его проявляю в основном с дочерью: пою ей песни, от души, какие самой нравятся, леплю из пластилина, рисую, сделала им в садик комплект зимней одежды на куклу. Вроде бы надо развивать ребенка, но причина другая — мне просто этого хочется, это я получаю удовольствие от этих действий. С каждым днем у меня становится все больше сил и энергии, все меньше требуется отдыха. С каждым днем я оживаю.

На меня перестала действовать «магия дивана» и «магия интернета». Многим известно явление — когда нужно что-то сделать, а отложить телефон и встать с дивана невозможно. Обязательно нужно просмотреть еще парочку пабликов. Да и вообще — не могу!!! И у меня так было. Теперь нет. Более того, я и ложиться на диван стала только тогда, когда чувствую, что мне нужен отдых. То есть, теперь отдых стал для меня действительно отдыхом, теперь я чувствую что мои потраченные силы во время него восстанавливаются, и возвращаюсь я к делам бодрой и снова активной.

Я еще в самом начале пути. В предвкушении многих системных открытий и озарений. Я чувствую, что моя жизнь только начинается.

Павлоград, Украина

20 декабря 2013

Саша родился раньше срока, с маленьким весом, не успев тихонько запищать, тут же посинел… остановка дыхания. Итог моей тяжелейшей беременности… через три дня, проведенных в реанимации, у него остановилось сердце — клиническая смерть. Чудо-доктор вернул в его крохотное тельце жизнь массажем сердца, но мне сказали – шансов нет. Гипоксическое поражение центральной нервной системы с отказом всех органов… Потом был бесконечно длинный месяц, наполненный страданиями неизвестности для нас, родителей, и Сашиной борьбой за жизнь… Низкий поклон и глубокая благодарность всему медицинскому персоналу Днепропетровской детской городской клинической больницы №3 им. Руднева. Через месяц я впервые смогла взять своего сыночка на руки, и моему счастью не было предела. Тогда я тихонько пообещала ему, что он больше никогда не будет плакать — я приложу для этого все свои силы.

Несмотря на очень тяжелое время младенчества, я вспоминаю его как период необыкновенной тишины и света… Наверное, мне надо было много выстрадать, чтобы каждый раз, беря его на руки, я испытывала невыразимое блаженство. Я спала с ним, я носила его целый день на себе в слинге… Я выполняла свое обещание не допускать его плача… Связь с ним была просто необыкновенная. Я чувствовала его абсолютно не так, как своих старших детей. Разговаривала я с ним мало, очень тихо… Это было понимание без слов…

Саша отставал в развитии, плохо ел, с введением прикорма меня стало беспокоить то, что он отказывался кушать пюре, куда я добавляла мясо или рыбу. Меня беспокоило и его умственное развитие… Уже и годик исполнился, а повторять за мной даже коротенькие слоги сынок не мог.

Время шло быстро, но развитие речи запаздывало. Постепенно он научился тихонько говорить со мной, только со мной, несколько слов за день. Потом с братьями и папой, тоже тихо и очень мало. Но даже с бабушками он был крайне насторожен, а во дворе и подавно – никаких контактов с малышами в песочнице и близко быть не могло – я его «отцепить» от себя не могла… Улица оглушала его, я видела, что он испытывает страдания, поэтому мы гуляли по безлюдным аллейкам. Вскоре среди мамочек во дворе сложилось мнение, что ребенок у меня с патологией, смотрели на нас косо. Да и я «ушла в себя», ни с кем на контакт не шла…

Постепенно я стала понимать, что ребенку необходимо для развития общение со сверстниками, и как невыносимо тяжело не было – отдала его в садик. Этакая шоковая терапия для нас обоих. Он даже не плакал сначала. Просто сидел на стуле, пока я его не забирала. Не ел, не играл, не говорил… Где-то через неделю, когда мы приходили в садик, в раздевалку стала выходить красивая высокая девчушка, блондинка с большими голубыми глазами. Она стояла на входе в группу и терпеливо ждала, пока я переодену его, потом подходила и за руку вела Сашу в группу. До моего прихода Алена всегда была рядом с ним…

На тренинге по зрительному вектору, я вспомнила это. Именно развитая кожно-зрительная женщина спасла когда-то кожно-зрительных мальчиков от ритуального съедения стаей, создав культурные ограничения. Как в общем коллективном, психическом, так и в конкретной младшей группе детского сада.

Эта девочка очень помогла адаптации моего ребенка в детском коллективе, его никто не обижал. Дети привыкли к моему странному мальчику, который просто сидел молча. К концу второго года воспитатели стали окончательно считать моего ребенка отсталым, ведь он не мог говорить, только начинал тихо плакать, если ему что-то было нужно.

В садик мы ходили мало, Саша постоянно болел, поэтому прогресса в его коммуникации с окружающим миром не происходило. Я переживала, конечно. Ведь Саше было уже 4 года, а разговаривал он только внутри семьи. За пределами дома он превращался в дикого испуганного человечка.

Надо заметить, что этот период был периодом и моей замкнутости. Я практически перестала общаться с людьми, они мне были глубоко не интересны, а я им… Все стало меняться, когда я сама вышла «наружу». Мы с Сашей начали ходить на детскую площадку, я познакомилась с мамами, у которых дети – ровесники моего сына. Сначала просто сидели на лавочке, я ему комментировала игры детей, пытаясь заинтересовать. Детки подбегали к своим мамам, мы общались. Саша слушал, я видела его интерес. Однажды я сидела с ним возле песочницы, и к нам подошел мальчик. Я вложила машинку в руку Саши и, поддерживая ее своей рукой так, чтобы он мог дать игрушку, прошептала ему на ухо: «Скажи – на»… Видно желание моего сына приобщиться к игре со сверстниками за несколько дней выросло настолько, что он смог! Его почти беззвучное «НА» до сих пор эхом в моих ушах. Стена была сломана! В тот же день он сказал еще несколько слов мальчикам, а уже через неделю он играл с ними, веселый и возбужденный.

«Ты, наверное, так хотела дочку, что сынок получился как девочка» — это утверждение я неоднократно слышала по поводу сына. И не столько внешность, сколько его нежность, чувственность, впечатлительность заставляли окружающих говорить это. Я переживала, что это моя вина – своей чрезмерной любовью и гиперопекой я сделала его таким…

Вопросов по воспитанию ребенка было очень много. Я давала ему безграничную любовь и ласку, но опасалась, что он не вырастет сильным… Свекровь упрекала меня, что так мальчиков воспитывать нельзя. Она была повергнута в шок, когда увидела, как Саша увлеченно играет в куклы своей старшей двоюродной сестры. Разговоров и тревог об этом случае было много. Плюс ко всему, он растет худеньким – ведь по-прежнему не ест мясо, рыбу и яйца. Когда подрос и узнал о происхождении этих продуктов, то сказал: «Я не ем то, что жило»…

Как вовремя я попала на тренинг по системно-векторной психологии! Прослушав лекцию Юрия Бурлана про кожно-зрительных мальчиков, я поняла, что это о моем сыне. Он очень впечатлительный, глубоко чувствующий, часто плачущий мальчик. Иногда даже истерики бывают.

У меня больше нет опасений, что я своей лаской превращаю его в неженку. Наоборот, я поняла, что интуитивно многое делала правильно. Для него очень важна наша эмоциональная связь, его уверенность в том, что родители его любят. Теперь и папа не ограничивает себя, может обнять, поцеловать… А раньше так сдерживал себя, боясь вырастить из сына «бабу». А ведь многие отцы, не зная особенностей своего ребенка, видя, что тот слишком чувствительный, робкий, стараются воспитать обратные качества, «закалить» его, принимая чуткость зрительного вектора за слабость, чем естественно, наносят непоправимый вред развитию ребенка.

Пытаясь из зрительного мальчика вырастить настоящего мужика (в их понимании), они загоняют его в состояние страха, не давая развиться зрительному вектору. А тут требуется совсем иной подход. Зрительному ребенку нужно развивать эмоциональную сферу, научить его сопереживать другим, выносить свой страх наружу. Научившись любить, он сможет полностью освободиться от страха и перестанет отказываться от мяса, ведь вегетарианство это одно из проявлений страха в зрительном векторе…

На тренинге Юрия Бурлана я получила для себя бесценную информацию, я поняла все особенности моего сына, которые раньше вызывали много вопросов, поняла, что и как развивать в нем. Например, записала его в секцию Ушу. Там занимаются мальчики и девочки. Красивые яркие костюмы, плавные движения, в которых надо чувствовать и соблюдать особый ритм, дисциплина, частые соревнования и выступления на праздниках… Как раз то, что надо, чтобы развивать кожный вектор и помогать наполнять зрительный!

С довольно раннего возраста Саша иногда задает «недетские вопросы», которые касаются попыток разобраться в себе и окружающем его мире, вопросы о жизни и смерти, зачем люди живут, почему убивают друг друга… и т.п. И чем сын старше, тем они сложнее… Иногда он прибегает с улицы, закрывается в комнате и лежит… И ничего не хочет, жалуется на головную боль.

- Обидели?
- Нет, надоели. Бегают, орут…

То, что я считала перепадами настроения, оказывается, имеет очень глубокую природу. Сопоставив вышесказанное и его трудности с коммуникацией в раннем возрасте, я пришла к выводу, что у него есть звуковой вектор. Спасибо Юрию Бурлану, сегодня я знаю, что таким детям нужен особый подход, ведь им очень трудно выходить «наружу», контактировать с окружающими. Это открытие было особенно ценным для меня потому, что тогда мы шли в 1 класс. И я очень переживала по поводу адаптации сына в школе. И знания СВП мне очень пригодились.

Я выбрала для него подходящую программу обучения и объяснила учительнице, как ей взаимодействовать с ним. И конечно, я стараюсь находить ответы на его вопросы так, чтобы они развивали его и рождали новые. Самой большой трудностью для меня на сегодня является «вытаскивать» его из компьютерной игры. Виртуальный мир поглотил моего звуко-зрительного сына целиком и полностью. Он вообще очень любит современные фильмы-фэнтези, долго увлекался Гарри Поттером. Сегодня мне выдал: «У меня идея – я хочу стать самым крутым игроком в мире! А знаешь, сколько денег я заработаю?» Его практически невозможно переубедить словами, ведь я понимаю, как наполняются его желания в ярком красочном виртуальном мире. Поэтому разрешаю, оговаривая время игры с условием, что потом пойдет гулять на улицу.

Уже сейчас я рассказываю ему азы Системно-векторной психологии. Он живо интересуется, уже разобрали с ним по векторам нескольких его близких друзей. Не просто ради интереса. Ведь его попытки разобраться в себе и окружающих – это желание в звуковом векторе, вечный вопрос «Кто Я?». Чем глубже будет ответ, тем легче ребенку понимать свое место в мире и строить отношения с окружающими. А понимая свойства окружающих, он избавляется и от страха.

Например, на его вопрос: «Почему Вова такой плохой, нас всех закидывает камнями и мучает котят», я не отвечаю: «Вова плохой мальчик, невоспитанный, держись от него подальше, а то мало ли что»… Я объясняю ему системно, почему мальчик так себя ведет, что может быть причиной такого поведения. И он уже не боится Вову, вместо неприязни к нему возникает сочувствие и желание помочь.

Зачем я это все пишу… Хочу показать, что несмотря на самую глубокую любовь, можно допустить много ошибок в воспитании. Мы, мамы, интуитивно многое делаем правильно, но как часто мы растеряны и как нам необходимо ясное понимание, что будет лучше нашим детям и почему, как помочь им в трудных ситуациях, как направить… Порой сердце кровью обливается, а как помочь не знаешь… А страх какой за ребенка, что не развиваешь его правильно! Современные дети особенные… Они не такие как мы! Они действительно другие – более развитые, имеющие другие желания… Они уже почти не играют с игрушками.

Какой самый желанный подарок? Айпад, планшет, ноутбук… И снежной зимой, и жарким летом дворы пустуют… Сегодняшние дети мало общаются вживую, больше перепиской в социальных сетях. С ранних лет имеют доступ к порнографии… Детский суицид, наркотики и алкоголь, сексуальная распущенность. Виноваты мы – родители! Как найти с ними общий язык? Как их понять и развивать в этой новой реальности? Современным родителям необходимо учиться, «дедовские» методы воспитания порождают огромную пропасть между родителями и детьми. Страшно думать к каким последствиям это уже привело. Надо искать новый подход, основанный на глубоком знании особенностей своего ребенка, ведь мы видим других через себя, и даже собственных детей мы точно также видим через себя и можем нанести непоправимый вред, даже не заметив этого.

Сколько поломанных судеб было из-за ошибок родителей в воспитании, когда стараясь сделать как лучше своему ребенку, они лишь портили ему судьбу. Единственная возможность не совершать таких ошибок — это реальное понимание своего ребенка, способность видеть мир его глазами. Знание Системно-Векторной Психологии Юрия Бурлана дало мне такое понимание, я научилась чувствовать своего сына как никогда раньше. Определив вектора своего ребенка, я теперь могу дать ему именно, то, что нужно, развить в нем именно те качества, которые заложены природой, ведь каждый ребенок в чем-то талантлив, нужно всего лишь уметь найти этот талант и дать ему возможность реализоваться!

Санкт-Петербург

15 августа 2016

Нормальный ненормальный ребенок

Начну с того, что Лёва был очень долгожданным и желанным ребенком в нашей семье. То счастье, с которым мы встретили его в нашем мире, окрылило меня, я даже начала писать стихи… Он для меня был всем! Он хорошо развивался, я искала самых лучших врачей для его ежемесячных осмотров, и они говорили, что у нас все отлично. Я считала, как и любая мама, что мой сын – самый лучший на свете – вырастет, непременно, отличником, спортсменом и талантливым специалистом.

Однажды на детской площадке одна из мам, с которыми мы часто вместе гуляли, меня спросила: «А Ваш ребенок вообще умеет улыбаться?». Этот вопрос меня просто громом поразил. Я, конечно же, ответила, что умеет, ведь он и смеется дома… Но сам факт того, что люди со стороны видят в моем ребенке странности, меня насторожил.

Согласитесь, ведь это ненормально, если ребенок не улыбается. Нет, я-то, конечно, видела его улыбки, мне казалось, что у него достаточно интересный юмор, но, видимо, для «стандартного» ребенка этого мало.

Дальше больше

Мой ребенок рос, стал серьезно увлекаться космосом, уже к 5 годам он знал о создании вселенной и о космических телах больше, чем я и муж. Он с увлечением смотрел документальные фильмы про метеориты, галактики и звезды. В мечтах появилась будущая профессия, конечно же, связанная с космосом. «Я изобрету электрическую ракету, она сама будет вырабатывать электричество и сможет лететь очень далеко», – такие высказывания маленького гения, конечно же, не могли не радовать всю семью!

Однако, была и другая сторона этой увлеченности: мой сын никого не слышал! Или не хотел слышать! Он жил в своих мыслях и мечтах! Первый звоночек поступил от тренера по плаванию: «У вас талантливый ребенок, но он неуправляем, он живет в своем мире». Позже подобное я услышала и от других педагогов… Пульсирующая мысль: «Что же делать?!» – поселилась в моей голове. Твердое убеждение, что с ребенком что-то не так, не давало мне жить.

Как докричаться или достучаться?

Итак, я решила перевоспитать своего ребенка в «слышащего»! На то был веский аргумент: через год нам в школу! К тому времени Лёву перестали брать в садике в сценки на утренники, не смотря на хорошую память и четкую артикуляцию, ему было скучно, уже после 3-х репетиций он знал все роли и «улетал» в свой мир, из-за чего постоянно пропускал свой выход на сцену.

Воспитательница в садике нам попалась более чем спокойная, она никогда не кричала на детей, муж даже «клушей» ее прозвал, да и меня она раздражала тем, что не воспитывала детей, однако, мой сын к ней тянулся! Да и вообще, она была с большим опытом, поэтому я все же спросила у нее совета, как мне воспитывать своего ребенка, чтобы он, наконец-то, вернулся в наш мир и стал как все дети!

Ответ меня несколько не устроил: «Ничего не делайте, он у вас такой интересный, у него на все свое индивидуальное мнение, и это прекрасно!» Ну как же прекрасно, когда на задание слепить птичку мой сын лепит кота и считает это забавным! Я ему говорю: «Джинсы надевай!» А он футболку снимает… Ну как не кричать на него? Как достучаться, чтобы он меня услышал?

Конечно, громкий крик его возвращает в нашу реальность, поэтому этим методом и приходилось действовать, но дело дошло до того, что общение вообще перешло только на крик... Мне его даже и похвалить уже не за что стало, только ругать да кричать… Мое состояние уже настолько до отчаяния дошло, что детский невролог, осматривая моих детей, заключила: у детей все хорошо, а вот вам бы не помешало нервы подлечить…

Через тернии к звездам

В поисках «подлечить нервы», по совету невролога, я, конечно же, перепробовала много что: медикаменты, гомеопатию, остеопатию и т.д. Все это хорошо, но эффект временный!

Подруга настоятельно убедила меня пройти тренинг по Системно-векторной психологии Юрия Бурлана (www.yburlan.ru). Поскольку я была уже в отчаянии, я согласилась посмотреть бесплатные лекции в интернете! На лекциях нас было порядка 5 000 человек! Я почитала отзывы людей и решилась пройти весь тренинг!

На тренинге я узнала, что все люди, согласно заложенным у них желаниям и способностям, делятся на 8 векторов! Это, так сказать, их взгляды на мир, их возможности к самореализации, их потенциал и способности быть счастливыми! Т.е. у нас у всех счастье разное, цели разные, мы вообще по-разному видим одно и то же!

Мой сын относится к звуковому вектору. Это люди с постоянным поиском смысла жизни. Они все время ищут ответ на вопросы: кто мы, зачем мы, откуда мы? Они умеют концентрироваться на интересных задачах и поглощены ими настолько, что кажется уходят в себя, в свои мысли.

Оказывается, нет ничего более тягостного, чем поиск этих важных ответов, но они для звуковиков очень нужны, только эти ответы приносят им счастье! Конечно же, для всех звуковики выглядят рассеянными, не от мира сего и даже сумасшедшими… Но они – самые талантливые люди на земле! Точнее гениальные, но только в потенциале, если не мешать, а помогать им развиваться.

Именно из звуковиков вырастают великие ученые, композиторы, величайшие изобретатели – все это результат благополучного развития событий, в том числе, правильного воспитания!

А бывает и неблагоприятный исход: шизофрения, аутизм и даже суицидальные мысли. Именно люди со звуковым вектором прыгают с подоконников, таким образом избавляясь от мыслей и вопросов в голове. А нам со стороны даже и не представить, что с ними происходит, о чем они думают, что затевают, и вообще, где они сейчас, в каких параллелях, когда мы просим их «надеть джинсы»…

Но о плохом не будем! Будем рассматривать благоприятный сценарий: как вырастить из нашего скрытного и молчаливого интроверта социального, открытого и доброго гражданина нашего общества!

Когда шепот громче крика

Во-первых, поймем, что название «звуковой» уже само по себе говорящее! Именно звуки, их вибрации и колебания доносят информацию нашему «инопланетному» ребенку. Классическая музыка станет отдыхом для такого ребенка. Мой сын с первого раза полюбил «Одинокого пастуха» и даже злостно ущипнул младшего брата, который попытался помешать наслаждаться этой музыкой.

Но самое главное — это голос мамы! Мама ни в коем случае не должна кричать или, что еще хуже, унижать такого ребенка. Да и все остальные тоже должны разговаривать с ним тихим, спокойным, уважительным голосом – тогда он услышит! Порой фраза, сказанная шепотом, имеет больший результат! Именно поэтому мой сын уважал свою воспитательницу и совершенно не слышал тренера, отдающего приказы командным голосом.

Да и вообще, связь с мамой настолько велика у ребенка до пубертата (15-16 лет), что от состояния мамы и от отношений с мамой, да и с остальными близкими, зависит и вообще психическое состояние ребенка.

Оказывается, моему звуковому сыну важно концентрироваться в тишине, чтобы говорили с ним тихо и ласково, а где-то и помолчали вместе, разделили с ним его увлечение компьютерной игрой (а ведь это для звуковиков тоже свой мир), чтобы мама просто искренне сказала, что его понимает.

После того, как я поняла, как обращаться с сыном, мой ребенок изменился! Мы с ним вместе изменились! Самое главное, что никаких усилий над собой я не делала, все происходит на тренинге само собой.

Уже ближе к концу моего обучения тренер по каратэ стал хвалить моего сына, и мы прошли экзамен на «11 Кю». Слезы полились у меня, когда я услышала от воспитательницы, как хорошо Лёва играет свою роль, что он лучший! Я думаю, все мамы согласятся, что услышать такое – это счастье. А мой ребенок еще больше счастлив, видя мою улыбку.

Чтобы лучше понять своего ребенка, познать его переживания, его внутренний мир и сделать его счастливым, приходите на бесплатные онлайн-лекции по системно-векторной психологии Юрия Бурлана.

Санкт-Петербург

27 марта 2014

С наступлением первой беременности у меня было четкое понимание, что это серьезно, что это не игрушка, что ребенку нужно будет посвятить много времени, душевных и физических сил в дополнение ко всем личным желаниям и хотениям. В процессе воспитания выявились пробелы, поняла, что многого не знаю. Как-то естественным путем стала учиться, развиваться вместе с первым, а затем и вторым ребенком.

Все было параллельно. Хотелось понимать детей, что бы и им, и нам было комфортно жить в гармонии, мире и любви. Наверное, всем родителям этого хочется в душе! Очень хотелось естественного развития детей, природного такого, а не из-под палки: «Вот сиди, сынок, и зубри, а то в институт не возьмут без взяток и денег, не сможешь заработать на билет до Сейшел», к примеру. Первенец рос, появилась потребность в развивающих занятиях, так как сама не могу дать всю многообразную палитру, не умею.

В свое время, как очень правильная мама, я перечитала море литературы по воспитанию детей, по общению с ними: Януша Корчака, Ю.Б. Гиппенрейтер, Масару Ибука, М.В. Осориной, Джона Грея, Генри Клауд, Джон Таунсенд, Лиз Бурро, Кволс Кэтрин Бонни Харис, Алис Миллер, Чопра Дипак, В.Д.Еремеева, Т.П.Хризман, Жан Ледлофф. Все это я прочла, «переварила» через себя. Результаты были, и очень даже положительные. Бабушки и дедушки радовались, как растут и развиваются наши дети. Казалось бы, ну чего еще тебе нужно? Хотелось дать все самое лучшее детям!

Стала глубоко изучать систему Монтессори, очень увлеклась ей и почти полностью погрузилась в нее. Я прониклась именно этой методикой как самой оптимальной и желанной для будущего обучения детей. Действительно, очень много полезного и ценного вынесла из этих знаний. До сих пор нахожу такой подход к ребенку наиболее приемлемым. Очень радовал смысл Монтессори, что ты ребенку, как цветочку в горшочке, создаешь благоприятные условия для развития и роста, а дальше он все сделает сам, а ты только наблюдай и радуйся, что из твоего семечка вырастет яркая роза или могучая и колючая сосна, или же нежный полевой горох.

В процессе изучения пришло понимание, что не всем эта методика подходит. Обосновать это логично, с примерами и доводами я для себя не могла. Я просто констатировала это как факт.

Родители, видя или интуитивно чувствуя, что ребенку там хорошо или же не совсем комфортно, что нет полного выхода энергии и достаточной реализации, выбирают из массы вариантов разные школы, сады, методы воспитания: Ибука, Лупан, Монтессори, Вальдорфскую школу или же обычный государственный детский сад. С навыками Системно-векторной психологии Юрия Бурлана каждая системно мыслящая мама абсолютно просто, безошибочно и правильно определит подходящую методику и место обучения именно для ее ребенка! И будет четко знать, почему Монтессори не может из каждого ребенка развить гения своего дела!

С момента рождения первого сына я научилась принимать детей такими, какие они есть, старалась душой прочувствовать их поведение, поступки и желания. Я понимала только одно: да, мы разные; да, они такие, а я другая; да, к ним нужен особый подход. Не получается так — попробуй по-другому, ведь выход / решение есть всегда. Подходы так или иначе всегда находились, но зачастую интуитивно, как в рулетке — а вдруг сработает. Понимания, почему же мы такие разные не было! Попытки понять, классифицировать характер, ментальные надстройки, семейные традиции, психологические особенности с выделением типов – все это не давало мне нужных ответов.

Понимание многих прописных истин, будь я хоть «трижды золотая мама», давало сбои, особенно с взрослением старшего сына и скорым появлением дочки. Не часто, но я срывалась на сына, а в последствии и на дочь. Хоть раз в месяц, да бывало. Особенно когда не достигший еще 3-х лет сын, ненароком причинял физическую боль еще не ходящей малышке. «Крышу сносило» – становилась львицей, готовой разорвать все в клочья, ради спасения грудничка. Благо, все очень быстро гасло еще внутри меня, наружу выливался только крик: «ДА КАК ТАК МОЖНО? Ты же пришибешь ее ненароком!» или «Ты задушишь ее от любви!» (от непонимания своей силы). Было и такое: «Она не сумочка, ее не нужно таскать по полу». Да много чего еще можно вспомнить. Сейчас смешно, а тогда???? Собирала в «кучку», все свои резервы и бывало даже, спокойного разруливала ситуации, понимая, что они маленькие дети и все это не со зла.

Кстати, со стороны люди всегда говорили: да ты вообще на детей не кричишь, делать этого не умеешь. А я срывалась. Что же тогда творится в душе у мам, не умеющих себя сдерживать, гиперэмоциональных и т.д.? Фантазия с легкостью рисует разные душераздирающие картины.

В голове периодически роились мысли: ну как же так можно поступать, он же не зверь какой-то, он же человек, и судя по написанному в книгах, должен смотреть на нас и копировать наши движения. Многие знают или просто слышали о «впитывающем» разуме ребенка. Почему же они так долго не могут впитать в себя нежное и бережное отношение к своим сестренкам и братикам, почему порой кажется, что они готовы съесть друг друга? И снова повисающие в воздухе вопросы.

Эти вопросы возникали и отходили в сторону не получая ответов. Меня это не мучило, так как жизнь естественным образом всегда была очень насыщенная и не было заданного творцом естественного желания к постижению смыслов жизни и особых причинно-следственных связей.

Как-то лет 5 назад мы с будущим мужем были в гостях у знакомых, в Калининграде. Всего было вдоволь: наши русские застолья, совместные прогулки с изучением местных достопримечательностей, общение на всевозможные темы. В одной из бесед друзья упомянули о Системно-Векторной психологии Виктора Толкачева. Затем еще раз услышали о Толкачеве с его системным мышлением уже от других людей через некоторое время. Так вот, брошенное много лет назад зерно наконец-то проросло.

Мы ознакомились с лекциями Толкачева, с его рукописными трудами. Заинтересованные еще детищем Виктора, мы с удовольствием окунулись в расширенный, глубокий материал на лекций тренинга Юрия Бурлана. Как же было приятно начать получать ответы на подвисшие в воздухе вопросы!

Каждый день я общаюсь со своими двумя детками и еще с двумя группами малышей из детского сада, с которыми мы вместе специально гуляем. Я веду свои наблюдения за тем, как развиваются дети, общаясь естественным образом. Все они разные и только теперь, со знаниями СВП, приходит полное понимание, почему они такие, почему один лезет на крышу и ведет за собой всю ораву мальчишек, другой сидит серой мышкой в сторонке и за всем наблюдает, а третий всю прогулку в песочнице строит замки.

Раньше я бы ответила на этот вопрос примерно так: да просто они разные, разные характеры. А сейчас все понимается намного глубже и многограннее, в определенных ситуациях поведение деток предугадывается с точностью до 100. Понимаешь, почему одни дети истерят, а другие просто орут, добиваясь, в принципе, одних и тех же вещей. Понимаешь, почему они делали и будут делать это так, а не иначе. Понимаешь, какому ребенку можно доверить сходить в магазин за покупками, какому — организовать группу мальчишек, а кого нужно просто оставить в тишине и спокойствии.

Только прохождение тренинга по Системно-векторной психологии Юрия Бурлана дало мне внутреннее понимание, ответы на все мои вопросы. Ко мне пришло осознание истоков, корней поведения детей. Теперь абсолютно понятно, что рожденные «дикими зверенышами», они развиваются и эволюционируют от своей дикой природы к противоположности человека мыслящего, человека разумного. От влияния родителей и социума зависит, кем они вырастут: трусами или отважными летчиками, шизофрениками или гениальными учеными, увальнями с пивом на диване или мастерам своего дела!

Очень радует пришедшее приятие гиперактивных деток. Раньше просила в саду повести беседу с родителями, направить деток к психологам — что делала, сама не ведала. Теперь я ни одной мамаше не посоветую вести такого ребенка к психиатру или пить успокоительные таблетки!

Сейчас при наблюдении всех таких разных детей, возникает радость, естественная улыбка, любовь и понимание их всех вместе взятых, со всеми их дикими, а порой грубыми и жестокими повадками.

P.S. А еще хотела поделится такой новостью. Недавно подошел ко мне директор частного сада, в который ходит мой сын, и говорит: «А у вас в семье, дома ничего случайно не произошло кардинального?» Я ему отвечаю: «Нет, а что?» Интересно же, к чему ведется разговор. В ответ получаю: «Просто у вашего ребенка за очень короткое время – всего за две недели произошли сильные изменения в положительную сторону».

Заинтересованная мнением со стороны, я поговорила с ведущим нашу группу преподавателем сада и получила на почту ее резюме (лично, в присутствии ребенка, в нашем саду не принято обсуждать его нюансы). Итак, она резюмировала: «Про Диму – действительно, яркие перемены. Появилась смелость, умение высказывать свое желание и говорить «нет». Любое новое занятие, даже интересное, раньше он наблюдал издалека.

На этой неделе на театральном занятии (еще непривычном для детей), Дима по привычке отошел в сторону, но потом сказал, что не могу больше, пойду играть — решился. Его голос стал громче, учимся теперь регулировать процесс самовыражения приемлемыми способами». Я бы к этому добавила еще одно, замеченное мной – сын стал экспериментировать.

Видели бы вы, как у нас все начиналось в саду, какое неимоверное понимание и терпение приходилось проявлять к ребенку. Все дети бегают, играют, занимаются, а мой отойти от мамы не может, хотя видно, что хочется – глаза горят искорками! Все занимаются творчеством, а он робко стоит в сторонке и наблюдает. Была огромная зажатость в ребенке вне семьи, вне привычного круга общения. Ребенок практически полгода ходил в сад и единственное, что делал – это наблюдал. Он сидел все время на одном месте с максимальным обзором. Мое сердце разрывалось: так хотелось его толкнуть туда, к ним – «ну вот иди уже, поиграй с ними».

Сначала я безуспешно пыталась работать с ребенком и пришла к неутешительным выводам — результата нет! Затем стала работать с собой, со своими личными стереотипами поведений. Ушла от принятия детей и всего в этом мире через свою призму. Окончательно и бесповоротно приняла ребенка таким, какой он есть, со всеми его личными особенностями. Это была большая работа.

Я набиралась терпения и ждала, ждала везде. Ждала, пока он медленно, не торопясь покушает, в таком же темпе оденется. А у самой все горит, ноги уже сами собой бегут. Мне бы все быстренько, шустренько. Ждала, пока он сам спустится с лестницы и по пути рассмотрит всякую кажущуюся мне ерунду. Ждала пока он рассмотрит и изучит все у подъезда, прежде чем идти на детскую площадку, а у самой мысли были: «Ну сколько же тут можно торчать, тут все одно и то же, ничего интересного. Там хоть качели и детишки есть». Ждала, пока топает по лужам и рассматривает брызги воды, все там же, у подъезда. Бывало, что мы так и не доходили до детской площадки вообще. Все два-три часа прогулки частенько проходили у подъезда дома. И все мои личные планы, между делом сбегать в магазин, или по пути купить продукты, оставались несбывшимися.

После появления второго ребенка в семье понимание многих прописных истин давало сбои. В полное замешательство приводил выход агрессии и неконтролируемой детской силы наружу старшего ребенка. Было понятно, что появление второго ребенка в семье ведет зачастую к ревности, на фоне которой бывают различные последствия.

Теперь, со знаниями СВП мне очень просто понять эту ситуацию. Просто понять, почему они пытаются съесть друг друга. Все из саваны, из древних примитивных желаний: есть, пить, дышать, спать. Или ты съешь леопарда, или он тебя. От накопленной неприязни вполне естественное человеческое желание съесть друг друга.

Теперь понятно, что в рамках Анальности и Зрения моего сына, он имеет особо трепетные отношение ко мне, к маме. Вполне понятно, что недополученное мамино внимание, мамина ласка, мамина любовь именно у него выливалась в то, что было: в агрессию на малышку в форме удушья, кулачком так стукнуть ее. Все идет от нехваток. Моя суета, беготня, изменение планов на ходу, скоростные одевания, еда и сборы в гости, приводили ребенка в ступор и заторможенность. Не может его психика все это переварить, когда утро, целый день и вечер продолжается в таком ритме на скорость, «пока горит спичка».

Понимая его психику я изменяю ситуацию на корню, чтобы и волки были сыты, и зайцы целы. Я, как и раньше, все успеваю, только детям, семье, становится проще от моих действий и движений, т.к. я учитываю их интересы системно.

Все его ОРЫ, именно ОРЫ с большой буквы, про которые я еще не писала, идут от пустот по оральному вектору. Он не получал так ему необходимого говорения с мамой в некоторые моменты. Он не может молчать. На улице мороз в минус двадцать градусов, я ему: «Сынуля, давай до детского садика помолчим, ветер сильный дует в лицо». А он засыпает вопросами. Я ему снова: «Давай горлышко побережем, хоть пару минуток». А он снова о своем: «Мама, а почему еще темно?»

Теперь, понимая такие простые вещи, мы разговариваем с ним всегда, обо всем и везде! И если я и беру тайм-аут в говорении, то именно ему 100% расскажу то, что обещала, а не дочке. Ему жизненно необходим этот диалог для развития! Раньше он заедал эту нехватку в говорении на кухне за столом взрослыми порциями еды и ОРАМИ дома, когда Звуковому папе хочется тишины! Но это уже отдельная тема для разговора. Теперь же он ест, как и все, обычные детские порции.

То ли еще будет, это же только начало, результаты первого уровня. Уверена, второй уровень тренинга по системно-векторной психологии Юрия Бурлана позволит избежать нашей семье любых кризисов переходного возраста.

Уфа

6 ноября 2018

Истерики с «крокодиловыми» слезами по несколько раз в день? Ребенок настолько активен, что от его беготни начинает кружиться голова? При этом крайне медлителен во время сборов на улицу и часто буквально застревает в проеме дверей? Глубоко вдохните, выдохните — вы не одна.

В современном мире дети рождаются многовекторными. Ведь теперь вместо древней саванны нас окружают высотные дома, тысячи автомобилей и гигабайты информации в интернете. Для выживания нам, конечно, не требуется ходить на охоту убивать мамонта, заниматься собирательством. Мы должны адаптироваться к современным реалиям, когда ежесекундно наш мозг одновременно проводит сотни операций.

Наш мозг, а следовательно, и психика усложнились, усовершенствовались в соответствии с ландшафтом.

Так, если у древнего человека мозг в основном состоял из подкорковых образований (базовые животные инстинкты), то у современного есть потрясающая надстройка в виде коры головного мозга.

Пятьдесят тысяч лет назад люди в основной своей массе были одновекторными. Большего и не требовалось для выживания в саванне: обладатели кожного вектора были охотниками и алиментаторами древней стаи, анальники передавали накопленные знания и умения из поколения в поколение…

В современном мире информации нашей психике необходимо быть более «прокачанной» и более совершенной. Природа сделала «апгрейд» головного мозга человека, что выражается в появлении целых поколений детей, обладающих одновременно тремя-четырьмя, а то и шестью-семью векторами. И психика таких детей, соответственно, усложнилась, собрав в себе свойства всех имеющихся векторов.

У детей вектора проявляются в их архетипе. Так, кожный ребенок сызмальства тяготеет к постоянному физическому контакту с матерью: ему нравится касаться кожи мамы, нравятся поглаживания мамы. По мере своего развития он развивает «хаптильный» талант: познает мир через осязание кожей, через касания, а интересующие его предметы, игрушки он прежде всего хватает ручками и тащит в рот. Когда такой ребенок научается ходить, то становится буквально неуловимым: выявляется любовь к бегу и подвижным играм.

Когда кожный ребенок начинает говорить, то часто будете слышать от него: «Я первый! Давай наперегонки! Поиграем в догонялки!».

Дети с анальным вектором медлительны, усидчивы. Им нравится долго сидеть на горшке, они могут часами собирать пазлы, слушать чтение книг. Они очень любознательны, отличаются хорошей памятью, обстоятельны, им важно доводить начатое до конца. А также они очень привязаны к маме.

Зрительный вектор у детей. Такие дети очень эмоциональны. Практически одновременно ребенок может рассердиться, заплакать и рассмеяться! Они замечают в окружающем их мире детали, которые проходят мимо взгляда остальных детей, не обладающих зрительным вектором. У них очень подвижная мимика, по выражению на лице можно без труда прочесть любую эмоцию. Они впечатлительны, часто восхищаются природой, красками, формами: «Смотри, как красиво! Какое солнышко, мама! Ой, а здесь листочки красные! Мама, это снег!» Зрительные дети могут привязаться к неодушевленному предмету, они восторгаются птичками, кошечками и собачками при встрече на улице.

Моя дочь появилась на свет со всеми тремя векторами. Любимыми увлечениями моего чада являются активные игры (бег, прыжки на батуте, танцы под музыку), сбор пазлов и конструкторов (от блочных до магнитных), рисование, чтение и лепка, пение и пересказ стихов, кукольный театр. Всё в соответствии с природными талантами, с заданными природой свойствами векторов. До «кризиса трех лет» — как говорят, проблем не было: послушная (анальный вектор), с ней всегда можно договориться (кожный), ласковая и улыбчивая (зрительный).

Что случилось в три года, спросите вы? Психологи говорят об этом возрасте как об очень важном периоде в жизни ребенка, когда у него появляется осознание себя «как отделенного от внешнего мира, от других людей». Характерно, что в такой период ребенок все чаще называет себя не по имени, а использует в речи местоимение «я». Ребенок начинает понимать: есть «Я» и есть другие люди, и я могу делать, что хочу я, а не то, что хотят другие люди (мама, папа и пр.)

На деле, моя дочь периодами стала превращаться в капризного, упрямого, способного на демонстративные истерики ребенка. Что делать? Следовать наставлениям бабушек и «показать, кто в доме хозяин», применяя физическое или вербальное насилие? Шлепать по месту ниже спины или обидно обзывать ребенка, всячески запугивая милиционерами, волками?

Системно-векторная психология Юрия Бурлана дает ответы на эти вопросы и освещает результаты привычного подхода к воспитанию. Любое насилие над детской неокрепшей психикой будет иметь свои последствия. Об этом на нашем портале написано много статей. В этой я хочу поделиться, как знания, полученные на полном тренинге, помогают справиться с кризисом трех лет.

Кожные капризы с манипулированием мы преодолеваем мини-договорами, в которых есть полезные и выгодные действия для обеих — и для меня, и для неё. Например, не хочет одеваться на улицу. А нам очень важно быть ко времени у врача, ехать к нему около часа. Я ей как бы невзначай предлагаю сходить на ее любимый мультсеанс в кино в выходные и уточняю, что для этого сейчас надо быстро-быстро одеться и выйти из дома. Она, немного подумав, с радостью соглашается. Довольны все: я успеваю к врачу, дочка идет в кино. НО! Тут надо знать меру: ни в коем случае не переходить на денежный эквивалент! Так как может сформироваться представление, что в этом мире всё можно обменять на деньги.

Анальное упрямство предотвращается тем, что даю доделать начатое до конца. Или доделать какой-либо этап. Важно ДАТЬ ЗАВЕРШИТЬ. Также, после моих системных наблюдений, я перестала торопить дочь при сборах в детский сад. Я просто бужу ее пораньше на 30-40 минут, чтобы она успела «раскачаться» и собраться в садик вовремя.

С демонстративными капризами и истериками, случающимися, как правило, в присутствии бабушек-дедушек, продавщиц, медсестер, дворников или просто прохожих, мы тоже научились справляться.

Признаюсь, что родителям со зрительным вектором придется сначала самим научиться преодолевать свои эмоциональные раскачки. Ведь в момент детской истерики самой хочется плакать. Однако в такой ситуации важно быть спокойной и, не повышая голоса (а лучше шепотом), удерживать свою позицию, не поддаваться на эмоциональные провокации ребенка (типа: «плохая мамка!», «ты меня не любишь!», «не люблю тебя!»), цель которых — вывести взрослого из себя, из психологического равновесия.

Здесь, конечно, на руку непосредственность и ситуативность внимания малыша, которое можно отвлечь, чтобы переключить ребенка на другую эмоцию. Например, из последнего: не хотела уходить из частной клиники, потому что не дали желаемое. Истерика была очень зрелищной: рыдала в коридоре, сидя на коленях, обливаясь выдавливаемыми «крокодиловыми» слезами, размазывая слюни и сопли по лицу и футболке. «Добрые» медсестры и санитарочки буквально плясали вокруг нее с конфетками, с разного рода «плюшками». А моя дочь, видя «благодарного зрителя», распалялась при появлении каждого нового доброжелателя. Так продолжалось, пока мы с ней наедине не остались в кабинете врача (тот после осмотра быстро ретировался, дабы не слышать театральные рыдания малышки).

Что сделала я? Села на корточки рядом с ней, спокойно заговорила о ситуации, выяснила причины ее слез, предложила варианты выхода (тут пришли на помощь кожные уловки). В итоге мы вышли из кабинета совершенно спокойные, быстро оделись и поехали домой, заехав по дороге в ее любимый ресторан (это было частью нашего договора).

Благодаря знаниям, полученным на полном тренинге «Системно-векторная психология» Юрия Бурлана, я понимаю свойства психики своего ребенка. Я знаю, почему моя дочь ведет себя так или иначе в каждой конкретной ситуации. Системные знания дают мощную поддержку в воспитании современных многовекторных детей.

Владивосток

28 сентября 2019

В этой статье хочу поделиться своим опытом, как растить маленького звуковика, как замечать его плохие состояния и справляться с ними.

В 2017 году я прошла тренинг «Системно-векторная психология» Юрия Бурлана, моему старшему ребенку на тот момент было почти шесть лет.

Как мы поняли, что у него есть звуковой вектор?

Он с рождения очень боялся громких звуков. Когда ему было три года, мы пошли на салют. При первых залпах он начал плакать, просить уйти, пришлось срочно бежать через дорогу в более тихое место. Первая попытка сходить в цирк тоже примерно в три года привела почти к истерике от шума, громкого голоса ведущего.

С шести лет он начал задавать неожиданные вопросы. Например, просто сидим рядом, и вдруг: «Мама, а в чем смысл жизни? А зачем мы все здесь живем? Зачем я живу?»

Он немного увлекается книгами о космосе, любит полистать картинки о планетах, кометах, космических кораблях, задает вопросы о вселенной.

Прекрасный музыкальный слух.

Когда я прошла тренинг и смогла увидеть, что же я натворила в воспитании сына, я ужаснулась. Дело в том, что для звукового ребенка, как ни для какого другого, важна звуковая атмосфера. Тишина или легкая музыка. Шум, крики бьют по его самой чувствительной зоне, снижают его возможности развития. Он, стремясь избежать травмирующего воздействия, замыкается внутри и как бы перестает сосредотачиваться на мире вокруг, изучать его, любопытствовать.

Дело в том, что несколько лет после рождения сына мы с мужем увлекались различными семинарами. Иногда брали ребенка с собой. Там было много эмоциональных практик, крики, плач, их необходимо было проживать в большой компании участников семинара, «отпуская страдания». Сын это видел, и, главное, он это слышал. Орущие мама и папа. Вряд ли он понимал, что это игра. Думаю, что это точно затормозило развитие его психики.

Что я увидела, какие проблемы в развитии его звукового вектора были обнаружены?

Сложности в сосредоточении. Если я ему читала, а читала до тренинга я редко, то он не мог выхватить смысл истории, сложно ему это было. Сам не желал читать совершенно.

Были часты состояния «зависания». Иногда он как будто улетал куда-то, мог не отвечать на вопрос, приходилось часто переспрашивать.

Слабое желание учиться, узнавать новое.

Почти не было каких-то своих желаний. Ни играть, ни гулять, ни общаться, ни заниматься каким-то спортом. «Родители ведут куда-то — иду туда».

Отсутствие друзей и приятелей. Только дети, которые есть в семьях, куда мы изредка ходили в гости. Дети в саду друзьями не стали. В гости мы никого не приглашали, он тоже не ходил.

Честно говоря, мне стало страшно, как запустила я ребенка и каких проблем в психике может стоить ему моя сосредоточенность на себе и маленькая вовлеченность в его воспитание. На моих глазах прекрасный мальчик с горящими глазами все больше интровертировался, замыкался в себе.

Пришлось, взяв все знания тренинга, начать «работу над ошибками». Забегая вперед, скажу, что не со всем еще я справилась, но лучше стало состояние сына раз в десять.

Не перестаю думать, какая это огромная удача, что я вовремя прошла тренинг и что просто развернулась к своему ребенку, его увидела. До этого я все время занималась собой, не углубляясь в его проблемы и состояния. Все время думала о себе.

Мы отремонтировали сыну южную комнату. Я ходила с ним по магазинам, мы выбирали фотообои, кровать-машинку, купили ученический стол. Детскую мебель, наставленную хаотично, продали. Он стал будущим школьником. У него появилось свое любимое пространство, которое он сам помогал создавать.

Мы стали больше читать. По вечерам или иногда днем мы берем книжку про путешествия, про космос или роботов, листаем, изучаем. Читаем классическую литературу: Гайдар, Короленко, Бианки… За эти два года прочитали уже достаточно много. Обсуждаем книги, становимся в эти минуты гораздо ближе.

В минуты «зависания», когда он не отвечает на вопросы, была привычка повышать голос, кричать и просить о чем-то, как правило, безрезультатно. Но — чудо! — если в этот момент сейчас подхожу и тихо прошу о чем-то, он слышит. Учусь разговаривать с ним тихо, без окриков и упреков в невнимательности.

Мы умышленно не покупаем ему смартфон, хотя почти у всех одноклассников есть. Я вижу, что ребята постоянно смотрят там агрессивные ролики, и понимаю, что мой сын пока к этому не готов, может вовлечься. При этом мы изучаем Инстаграм, показываю ему значимость соцсетей, интернета, хочу, чтобы он не выпал из современной жизни, конечно.

Мы стали ограничивать все подряд мультфильмы, смотрим советские детские фильмы или хорошие современные и обсуждаем их.

Очень много времени я уделила его общению со сверстниками. Стала ходить на площадку, знакомиться с соседками. Видела детей возраста сына и шла «приставать» к мамам, немного подталкивала его к общению. Все усилия окупились за год.

Теперь у нас есть чат родителей, чьи дети гуляют на площадке, мы провели два субботника, а мой сын может просто убежать гулять, у него всегда найдутся там приятели. Он стал частью детского коллектива, оказалось, что несколько ребят ходят в ту же музыкальную школу, что и он, там есть его одноклассники по обычной школе.

Когда он поступил в первый класс, на его день рождения мы позвали десять (!) человек из класса по его желанию. Было очень весело, они сдружились, ему стало легче в новом коллективе.

Самое главное и правильное мое решение — поступление в музыкальную школу. Вот уже год он учится играть на музыкальных инструментах, и уже есть первые успехи. Скажу честно, он не бежит туда сломя голову, дикого желания и горящих глаз не появилось. Но счастливые глаза после занятия почти всегда, а в середине года он вприпрыжку бухнулся на сидение машины и говорит: «Мой любимый предмет — сольфеджио!»

Такие счастливые глаза у него все чаще, и я уверена, с помощью знаний, полученных на тренинге «Системно-векторная психология», мы будем и дальше стремиться к его правильному развитию, душевному равновесию, счастью.

Иркутск

9 июля 2019

Моя дочь, как и миллионы других ребятишек, пошла в детский сад на рубеже трёхлетнего возраста.

Я понимала, что привыкание к дошкольному учреждению может быть непростым периодом для некоторых малышей. А то, что на самом деле будет происходить с нашей дочерью, не предполагала никогда…

Адаптация к садику стала не просто трудной, она была изнуряющей, потянувший за собой целую цепочку негативных событий.

Нервная система моей девочки оказалась абсолютно не готовой к ежедневным расставаниям. Её огромные глаза-смородины постоянно были на мокром месте. Самое большее, на что мы могли рассчитывать в то время, — привозить дочь буквально на час-два побыть в группе, и это стало расписанием не положенных двух недель, а нескольких затянувшихся месяцев.

Сборы в садик стали тяжёлым испытанием для всей семьи. Накануне дочь начинала спрашивать, идём ли мы завтра в детский сад. Конечно. Идём. Нам надо туда ходить. Потом начинались обильные слёзы, переходящие в тяжёлую истерику и тысячи повторяющихся вопросов, которые доводили до умопомрачения — я плакала вместе с ней. Ребёнок страдал! Да ещё как страдал. Ежедневное ритуальное приготовление одежды с перепроверкой носового платка. А лучше, если их будет два в арсенале! Слёзы в саду катятся неудержимо, их надо вытирать. В раздевалке группы я буквально отрывала дочь от себя, и она тут же своими маленькими ручонками обвивалась вокруг знакомого воспитателя. Дочь категорически отказывалась снимать тёплую кофту и колготки, хотя в саду было очень душно. Создавалось ощущение, что если она чуть-чуть оголится, то для неё это будет непоправимая беда.

Когда я приезжала вновь забрать своё чадо, измотанная после утренних прощаний, она сидела тихо и одиноко на стульчике, с потухшим взглядом и красным от слёз лицом. Завидя меня, срывалась с места с диким вскриком: «Мамочка!». Заново заливалась слезами. Нервно начиная говорить, захлёбывалась словами. Иногда, наоборот, не могла разговориться. Молчала и тяжело отвечала. Безмолвная кукла. Это было страшно наблюдать. Ночной сон дочери превратился в бессвязное бормотание, всхлипывания и нехорошие сны. Я понимала — моя дочь испытывает невообразимый, сильнейший по силе стресс и идёт настоящая угроза её психическому состоянию.

Кроме психоэмоционального страдания, начали присоединяться соматические заболевания. Девочка болела непрестанно: кроме множества ОРЗ, присоединялись заболевания другого характера, которым, по сути, неоткуда было взяться, но они возникали. Мы практически не выходили с больничного, пытаясь хоть как-то восстановить иммунитет ребёнка.

Это не могло продолжаться бесконечно и тем не менее продолжалось. Мучали безмолвные вопросы к себе: что я делаю не так? За что такие испытания моему ребёнку? Что я за мать, если дочь так страдает, и я не в силах ей помочь? Просто не знаю, как. Слёзы отчаяния не давали покоя и лишали сна. Наполненная страхами и тревожностью, я неосознанно транслировала эту патологическую программу собственному ребёнку. Дочка, будучи очень восприимчивой и привязанной ко мне, как губка, впитывала все мои отрицательные состояния.

Закончился первый год детского сада, закончилась вторая младшая группа. Впереди лето, отдых в другой стране и надежды на приемлемое будущее. Дочка постепенно стала приходить в себя, улыбаться и радоваться жизни. Незаметно пробежали две недели с последнего посещения садика. В один из дней я заметила, что левая ножка дочери в голеностопе опухла. Она жаловалась на боль. Я решила, что это ушиб — ребёнок много бегал по участку босиком — и не придала этому должного значения. Чемоданы в дорогу были собраны, надо было улетать в путешествие. На отдыхе нога дочери стала ещё больше опухать. Она быстро утомлялась, но новые впечатления, парное, как молоко, море и экзотическая пища отвлекали её. Смутное предчувствие гнало меня поскорее возвращаться домой.

Первым делом мы посетили хирурга, затем ревматолога. В кабинете врача нам вынесли предварительный диагноз и «приговор»: аутоиммунное заболевание — ювенильный ревматоидный артрит.

Нескончаемая череда диагностических процедур, профилактические мероприятия, лекарства, инъекции.

Детский сад нам заменили больницы. Внезапно заведующая детским ревматологическим отделением сообщила, чтобы я не рассчитывала и дальше посещать детсад и вообще готовилась к начальному школьному обучению на дому. У меня ушла почва из-под ног, это был удар. Мой ребёнок будет инвалидом?

И ещё кем?! Если не может обучаться в школе, развивать мозги, получать знания. А как же социализация?

Ребёнку нужны другие дети! «Не смешите меня, — ответила профессор, — детские сады по большому счёту нужны для того, чтобы собрать детей в кучу и освободить родителей для заработка!» Это было отвратительное высказывание для врача такой категории, но спорить с ней не было никаких сил, я хотела побыть одна. Хотела закрыться от всех, осмыслить и пережить своё горе.

Близкие и родственники поддерживали меня как могли, но изменить суть они были не в силах. Нам светили постановка на инвалидность и бесконечные инъекции метотрексата. А я пыталась найти выход из ситуации, искала альтернативное лечение и возможность быть в дошкольном учреждении, как будто свет клином на нём сошёлся. Звонила на горячие линии специалистам, мой вопрос был один-единственный — может ли ребёнок посещать детский сад? Все, как сговорившись, не советовали этого делать. Меня это не устраивало.

Да, у ребёнка артрит, но это моноартрит (поражение одного сустава), и клиническая картина болезни была неплохой. Вместе с тем мириться со всеобщим противостоянием уже не оставалось сил. Среднюю группу детского сада мы пропустили совсем, ежедневно борясь за здоровье дочери.

Такие вещи, о которых я сейчас расскажу, случаются внезапно, когда ты этого не ожидаешь и всё время ищешь способ, как помочь дорогим сердцу людям и себе. Не затем, чтобы справиться с навалившимся испытанием, а причинами, которые, как мне думалось, предшествовали заболеванию дочери. Много лет я страдала социофобией и страхами, связанными с людьми. Я и тянулась к ним, и жутко боялась в определенных ситуациях, выбирая одиночество. Позже мысли о взаимосвязи между моими психологическими состояниями и болезнью дочери стали осознанными и непоколебимыми. Сверхстресс в детском саду спровоцировал серьёзное заболевание, но причина прежде всего сидела во мне.

А пока, в непонятно какой уже раз, я набрала в поисковике: как бороться с фобиями и страхами? Пробегая глазами по ссылкам, не находила ничего нового для себя и внезапно увидела в ВК комментарий человека об этом «недуге» со ссылкой на портал СВП. Кто был этот человек, я не помню совсем, но то, что он и команда портала буквально вытащили меня и мою семью из «трясины», показав, как справиться с происходящим, — неоценимо и невозможно измерить человеческой мерой.

Тренинг «Системно-векторная психология» с Юрием Бурланом стал для меня откровением, точнее, ориентиром в жизни. Я запоем читала системные статьи, пытаясь определять собственные вектора психики и какие из них в ответе за то, что происходит со мной на протяжении всей моей жизни. С огромным воодушевлением слушала первые бесплатные лекции от Юрия Ильича, которые качественно меняли картину восприятия мира. До сих пор дороги те мгновения, когда я ехала в общественном транспорте и тихо улыбалась, наблюдая людей вокруг, их реакции, слова, жесты. Сколько новых смыслов и осознаний приходило по ночам в мою возбужденную горячую голову. Я самостоятельно складывала пазлы и делала интуитивные прорывы-инсайты в психическом человека.

А что с ревматоидным артритом? В случае с дочерью голеностоп визуально претерпел изменения, но понимание, что болезнь отступает, было непререкаемым. Диагностика показывала адекватное возрастное развитие, правильный рост костей и соединительных тканей. Постепенно мы отказались от врачебной помощи. Рецидивы ревматоидного артрита не преследуют нас — наступила спонтанная стойкая ремиссия.

В течение лета пришло чёткое осознание, что мой ребёнок обязательно пойдёт в старшую группу детского сада. Я приложила для этого все усилия. И дочка пошла, сначала вполне себе сносно, а потом… долгая история повторяющихся тяжёлых эмоциональных состояний. Стабильность её поведения обещала желать лучшего. Слёзы при расставании, еле сдерживаемые слёзы в течение дня в детском саду. Когда я приводила её утром в группу, её мелко трясло, она рыдала и боялась непонятно чего. Те же проблемы с одеждой, если теряла вещи из дома (расчёску или платок), то невообразимое горевание было обеспечено. Воспитатели терпели, но и мириться с этим не особо могли, ситуация сильно усугублялась этими эмоционально-чувственными проявлениями дочери. Ребёнок продолжал страдать.

Все системные специалисты неукоснительно рекомендуют мамам пройти тренинг. В этом кроется глубокий психоаналитический эффект для подрастающих детей. На лекциях меняется психическое и психологическое состояние мамы, создаётся предпосылка, условие для того, чтобы обеспечить ребёнку жизненно необходимое чувство защищенности и безопасности. Трансформируется состояние мамы с негативного на положительное — уходят психотравмы у ребёнка. Становится возможным его адекватное психофизиологическое развитие. Представляете, что за этим стоит?

Признаюсь, я пессимистично думала, что ко мне это не относится. Слишком всё запущено, у меня запущено. Как я могу изменить то, что происходит с дочерью? Это невозможно… Говорим мы одно, а делаем совершенно другое. У меня не было никакой возможности пойти на полный тренинг, финансовая ситуация была плачевной. Из-за болезни дочери я не работала продолжительное время, а речи просить денег у супруга и не могло быть, мы и без того с трудом решали насущные денежные проблемы. К тому же он не видел гарантии в тренинге.

А я планомерно шла к своей цели и нелёгким физическим трудом заработала первые тысячи на лекции, организовав выращивание декоративно-лиственных саженцев и рассады на собственном участке с последующей реализацией. Летом 2018 г. начался старт занятий, осенью я закончила тренинг первого уровня, а позже дополнительно проходила тематические лекции по психологии пищи и воспитанию детей.

Лёд тронулся, господа! Да, да, он тронулся и пошли сильнейшие изменения вопреки моим внутренним переживаниям.

Первое, что я пыталась организовать после прохождения тренинга: чтобы дочка начала делиться съестным с детьми в саду. Просто так, по велению души. Дома она всегда отрывала лакомый кусочек от себя и с удовольствием угощала меня, папу и брата, но в детском саду с этим были пробелы. Я купила сладости по её просьбе, а она обещала всё раздать ребятам. Когда я пришла за ней в группу, кулёк с угощениями по-сиротски лежал в кабинке. Оказывается, воспитатель не разрешила ничего. Я настояла на своём и попросила позволить моей дочери угостить ребятишек. Мне казалось, что решается весь вопрос дальнейшего счастья мой девчушки в этом мешочке. А дальше? Теперь дочь без труда делится пищей с одногруппниками, подружками. Просто просит покупать что-то вкусное, и я не отказываю. С удовольствием носит раскраски, книги, карандаши, фломастеры, игрушки из дома, предлагая ребятам заняться творчеством и играми, на этой почве они очень объединились. Коммуникация стала естественной и здоровой. А девочки и мальчики в группе почему-то тянутся ко мне, хотят обняться и постоянно приглашают нас в гости.

Дочь совсем перестала плакать утром при расставании и хвататься за меня, как утопающий. Обязательный поцелуй в щёку и «пока-пока» с желанием идти в группу. Пропуски по болезни или просто потому, что не хотим сегодня идти в сад, практически исчезли из нашего обихода. Год пролетел на одном дыхании.

Большим сюрпризом однажды стал отказ собираться домой. Дочь не хотела уходить и обиделась, что я пришла рано. Пришла-то я как обычно. Порой доходило до того, что мой ребёнок умолял пойти в детский сад в тот день, когда учреждение заслуженно отдыхало. Я себя спрашивала: это вообще со мной, с нами происходит?

Изменения происходили поэтапно и постепенно. Это было удивительно — сомнений, что тренинг работает, не оставалось. Слой за слоем снимались поведенческие деструкции. Наконец-то дочка позволила себе снимать верхние кофточки, оставаясь в лёгкой одежде. Начала носить в группе носки вместо колготок. Мы отказались от постоянных ритуальных носовых платков и никчёмной расчёски. Очень долго не проходило вот что: дочка не позволяла оставлять сменную обувь в кабинке на ночь или выходные. Босоножки мы забирали домой, а воспитатель подтрунивала над нами: как же мы будем ходить в школу с таким отношением к вещам? Я внутренне спокойно реагировала на эту особенность дочери, и вдруг она отказалась от такой привычки, мы больше не делаем так.

Многие поступки, сложенные в непростые душевные состояния, ушли. Просто испарились. Всё хорошее, что я мысленно лелеяла и желала, чтобы произошло с моей дочерью, случилось, и даже значительно больше. Нет места тревожным состояниям, истерикам, навязчивым действиям и страхам. Тренинг «Системно-векторная психология» — это Волшебство? Да. Так и есть. Волшебство, с которым ты неустанно работаешь и меняешь самостоятельно жизнь к лучшему.

Жизнь — цепь, а мелочи в ней — звенья, нельзя звену не придавать значения.

Помните об этом, «рисуя» свою картину мира.

Снежное

25 сентября 2019

Здравствуйте, я мама двоих детей. Хочу поделиться с вами очень сокровенным — моими взаимоотношениями с детьми.

Начну с того, что я, в отличие от многих моих сверстниц и подружек, никогда не мечтала выйти замуж. Не мечтала о белом платье принцессы и не планировала свою свадьбу еще с младшей группы садика. При этом я была совершенно счастливым ребенком, росла в полной семье и обожала своих родителей. А они обожали меня. Я единственный ребенок в семье и считаю, что росла достаточной эгоисткой. Лет так с десяти я уже говорила: «Не хочу замуж и не хочу детей». И все вокруг, особенно моя мама, охали: «Как ты можешь такое говорить?!» А я это говорила искренне и открыто. Как вы уже догадались, у меня кожно-зрительная связка векторов.

Но время шло, я влюбилась и вступила в отношения со своим любимым. В 29 лет я вполне осознанно и ответственно показала мужу две полоски на тесте для определения беременности. Для него это не было сюрпризом: мы были вместе уже семь лет и год в официальном браке, и после полугода планирования это было очевидным фактом. Замужество и беременность не были моими жгучими желаниями. Это была, скорее, дань социуму. «Тебе скоро 30, пора рожать», — говорили мне родственники. И я поддалась. К слову, у меня в это время была прекрасная высокооплачиваемая работа, которую я бросать не собиралась. Так девять месяцев я провела в прежнем ритме работы, затем родился мой сын. Через месяц я уже полностью вернулась в работу, но не в офис. А еще через три месяца со спокойной душой оставила новорожденного сына с папой и вышла на работу. Примерно так же родилась и моя дочь через два года. А еще через два года я развелась с мужем.

И тут началось самое интересное. Я осталась с детьми наедине! Простите меня, все мамы мира, но это было ужасно!

Люблю ли я своих детей? Да! Больше всего на свете! Но почему же, видя, как кто-то из них плачет, мне хочется его/ее придушить? Почему они ведут себя как пещерные люди, не слушаются, дерутся? Сын постоянно ноет, пронзительно, долго.

И еще вечно болеет. Дочка ведет себя как мальчик, дерется. Моя жизнь в первый год после развода была кошмаром. И дело было не в том, что дети переживали, что мы с папой больше не вместе, а в том, что я не могла адекватно с ними справиться. Я орала на них так, что могла конкурировать с сумасшедшими в период обострения. Сына била, когда он ныл. Била, орала, а потом рыдала от того, что сделала.

Сын был запуганный, дочка по-прежнему дралась. Несколько раз хотелось просто выйти в окно. И это не шутка! Стоит ли говорить, что времяпрепровождение с детьми меня просто выматывало. Проще было провести день на работе, чем утром собрать детей и отвести в садик. Конечно, я пишу ужасные вещи, но это правда. И мне от этого очень плохо. Мои взаимоотношения с детьми были хуже некуда.

Сейчас сыну шесть лет, дочке четыре года. На тренинг «Системно-векторная психология» Юрия Бурлана я пришла полгода назад. Не взаимоотношения с детьми были моим запросом, но то, что я услышала на тренинге, меня тронуло до глубины души. Я и ранее понимала, что калечу своих детей, но на лекциях Юрий Бурлан объяснил, как именно и к чему приведет такое отношение к себе и к детям.

Сначала я стала определять своих детей по векторам. Мой сын — кожный звуковик со зрением. Поняв это, я перестала «прессовать» его из-за страха темноты, а просто дала ему фонарик. Я перестала его бить и стала больше разговаривать с ним, давать право выбора. Стала объяснять, что маме нелегко, и бесконечно говорить, как я его люблю. Сын стал значительно спокойнее, ласковее ко мне и сестре. Стал меньше болеть.

А дочка превращается из разбойницы в принцессу! Большую роль играет совместное чтение книг на сострадание. Они запоминают очень хорошо яркие моменты, хотя еще не плачут над сюжетом. Сейчас меня уже совсем не пугает, а радует совместное времяпрепровождение. Мы можем вместе гулять, ездить на море, и мне не тяжело, хотя и не всегда бывает все гладко — мамы меня поймут. Я люблю и ПОНИМАЮ теперь своих детей. Меня больше не раздражает их поведение, потому что я ПОНИМАЮ, почему оно такое: в силу наличия у них определенного вектора.

Например, дочь — анально-кожно-зрительная. Понимая это, я всегда могу дать ей карандаши и лист бумаги, и она будет часами рисовать. Знаю, что она очень обидчивая, может надуться и не выходить на связь. Понимая, что это анальный вектор, я не злюсь и не говорю, как раньше: «Ишь ты, г…но малое». Не сдергиваю ее и не ругаю, а извиняюсь перед ней, обнимаю, затем проговариваю ситуацию, и зачастую она извиняется тоже.

А на сына я больше не ору: «Ты же мужик, сам включи свет и сходи в туалет!» — меня больше не раздражает его панический страх темноты. Теперь, после тренинга, я понимаю, что это его природный страх, и принимаю это. А это бесконечное его нытье — раньше мне хотелось побыстрее заткнуть его, назвать нытиком, шлепнуть, — теперь я смотрю в его глаза и вижу боль! Его боль, моего сына, и мне тоже тогда больно, и хочется обнять и успокоить! Теперь я понимаю причину постоянных отитов у сына: это результат моего крика на него! Нет криков — нет отита. Сейчас его слух в абсолютной норме, и я знаю, что только от меня зависит, будет ли так и далее.

А еще я перестала всем, а прежде всего детям, все время говорить «Нет». Детям я говорила: «Нет!», а они спрашивали: «А почему?» — «Потому что я так сказала!». Сейчас, понимая, почему я говорю «нет», разобрав свои векторы, я понимаю, что обесценила это слово. Сейчас я говорю его редко и по делу и стараюсь чаще говорить детям «да», а они в ответ улыбаются.

Недавно я была в гостях у своей подруги. Мы не виделись около семи месяцев, и она сказала, что мои дети очень изменились. Они стали спокойнее, и на них любо смотреть! Это взгляд со стороны. Да я и сама вижу изменения. Конечно, процесс восстановления долгий, но я знаю, как дальше жить, благодаря бесценным знаниям, которые мне дал тренинг «Системно-векторная психология» Юрия Бурлана.

Москва

2 июня 2013

Дайте подумать, дайте застыть на минуту и понять, что происходит, осознать. Прошла тренинг первого уровня по системно-векторной психологии Юрия Бурлана, и в моей голове случился переворот. Это мягко сказано. Все, что было до этого – это сон. Сон во всех смыслах страшный. Я спала ночью, а днем будто жила во сне. Как я докатилась до этого? Ведь у меня все было для счастливой жизни. Кроме одного.

Пишу что есть. Вопрос «для чего я живу?» возник впервые у меня в 5 лет. Я лежала ночью и размышляла. Пришла к выводу – жить, для того чтобы умереть. Умирать я не собиралась поспешно, жила, ела, пила. Как растение. А что еще надо? Голова у меня всегда была странная, вечно забитая не пойми чем. Свои странности я списывала на издержки воспитания. Думала: потерпеть придется до старости, а там посмотрим. Иногда случались проблески, казалось, что я могу ВСЕ понять. А что это все? Кто знает… Так и жила.

Ничто не предвещало беды в моем растительном существовании, как вдруг случился кризис! Рождение детей – это кризис для любого человека. Это существенные изменения не только в организме женщины, но и во всей системе ее отношений с миром. Это сумасшедшее погружение в другой мир. Как я решилась – не знаю, наверно пыталась что-то изменить. На фоне новой рожденной жизни и ответственности за нее я стала понимать, как же я влипла…

Если вы не готовы к счастью, оно вас раздавит… Это существо, которое должно приносить радость, взрывало мне мозг! Я не знала, что с ним делать. Зачем он мне и зачем он вообще! Опять возникал вопрос: а зачем я-то собственно вообще? Кризис – это когда рушится старая система отношений, а новой еще нет. Жила себе, никого не трогала, а тут БАЦ! и накрыло. Депрессия. Утро теперь встречала мыслю «только не это, опять жизнь, опять мучиться до следующего сна…». Просто ждать старости уже не было сил. Детский плач заставлял меня убегать подальше от источника крика, но в противовес этому было понимание, что так быть не должно. Мне хотелось избавиться от невыносимой боли – крик снаружи и крик изнутри!

От безответственных поступков меня спас хороший муж. Ребенок заставил меня думать. Я стала искать информацию. Что делать? Как выжить? Мне надо было как-то решать свое состояние, ведь состояние ребенка зависит от матери. Я стала искать ответы в психологии, она меня привлекала давно, да руки все не доходили. Как ненормальная впитывала в себя, заполняя нехватки, накопившиеся за всю жизнь. Узнала много интересного, через год уже спокойно могла умничать и давать советы, еще через год выражение «я здесь самая умная» не сходит с моего лица, а еще через год я понимаю, что мне мало, ответы находятся, но неполные, картинка не складывается.

В голове стали появляться страшные образы несчастных случаев с ребенком. Это пугало меня. Он рос, и я, как самая умная, использовала полученные из книг знания на нем. Я вроде как знала, как надо воспитывать детей. Могла рассказать много интересных методик, дать совет. А вот сама применить могла далеко не всегда. Почему-то в жизни все ситуации сложнее и непонятнее, где-то получалось, был эффект, но второй раз уже не работало. Почему? Почерпнув много информации по психологии, я поняла, что ничего не понимаю. Вижу ответы на самые простые вопросы, например, как не конфликтовать, но внутри конфликт остается.

От себя не убежишь. И в хорошем, и в плохом смысле. После недолгого облегчения у меня опять наступил кризис. Только теперь это было хуже, ведь я обладала отборными знаниями, а что делать с ними не знала, они не оправдали себя, не дали мне глобального понимания мира и себя. Как и прежде я погрузилась в полусон-полужизнь.

На тренинг по системно-векторной психологии Юрия Бурлана я решилась быстро. У меня были сомнения, но когда я стала читать статьи про воспитание, все решилось само собой. Наконец, стала подниматься эта завеса непонимания. Я впервые получила ответы на вопросы. Чем отличаются люди друг от друга? В чем именно мы разные? Почему от одних передергивает, а к другим тянешься? Как это устроено? Почему мне легко найти общий язык с чужим ребенком, дети меня любят, а к своему такое непонятное отношение? Что это за двуличность такая? Кто я вообще?

Применяя на практике полученное на тренинге знание, я тут же увидела результат. Поняла суть своего ребенка. Стали ясны причины его поведения. Это были уже не догадки, как раньше. Какие-то догадки оправдались, и нашелся ответ, как поступать в конкретной ситуации. Раньше я ставила опыты, не знала, подойдет ли это именно моему ребенку. Теперь я стала четко отделять его потребности и мне не надо калечить психику его психику, пытаясь подобрать к нему ключик. Малыш расцвел на глазах. Он перестал проситься к бабушке, теперь ему нет необходимости уходить от меня.

Раньше я страдала от того, что не хочу с ним быть, но и то, что он стремится уйти от меня к бабушкам, меня убивало. Эта беспомощность и нежелание ничего делать давили меня. Маленький человечек постоянно задавал вопрос: «Мам, а ты моя?». Как будто он сомневался во мне. Теперь я слышу это намного реже. И уже понимаю, что с ним происходит. Меры приняты. Сейчас я не провожу намного больше времени в играх с ним, но общение стало таким насыщенным, когда ребенок получает то, что ему необходимо получить за 2-3 часа. Ему нет необходимости шалить, привлекая внимание целый день. Когда он видит, что его понимают и принимают, он заглядывает мне в глаза, будто до сих пор не может поверить в это.

А тот неразрешимый вопрос – кто же я? Проходя тест на тип темперамента я недоумевала: всегда выходила ошибка, меланхолик и сангвиник примерно одинаковое количество баллов! Кто врет, я или тест? Ну как тут себя поймешь? После тренинга все противоречия, которые меня терзали, стали понятны, и это уже не проблема, а особенность. Никаких противоречий, ощущение того, что мир можно познать, было не обманчивым, и этот инструмент познания предоставлен нам! Теперь мне становится яснее с каждым днем, зачем все-таки жить.

Я не буду пытаться переделать себя, чтобы стать лучшей матерью на свете. Я постараюсь дать все то, что нужно именно такому ребенку, как мой, точно зная его желания. Опираясь на СВОИ способности и понимание сути дела, я уже иду к своей цели – постижению самого себя. Вопросов стало больше, но это вопросы другого уровня, а значит, я расту. Мне некогда сожалеть о жизни, и я больше не жду старости, как овощ, чтобы этот кошмар прекратился. Открылось понимание своих способностей. Оказалось, что я ходила вокруг да около долгое время, не зная в какую область себя подать, не понимая себя. Сегодня я еще конкретно не решила, чем буду заниматься, потому что вокруг столько возможностей, что выбрать что-то одно трудно.

Знания по психологии, бывшие у меня прежде, пригождаются сегодня, но они идут как вспомогательные к фундаменту Системно-Векторной Психологии Юрия Бурлана, без которой не было бы меня в том смысле, который я еще только приоткрываю.

Хабаровск

5 сентября 2015

Результат 3. Когда не можешь понять ребенка, то не получается с ним установить контакт, договорится о чем-либо сложно. Первые шаги, которые родитель предпринимает, это, конечно, наблюдение за поведением и поступками ребенка. Когда я думаю о своей дочери, приходит в голову мысль, что это – сложный ребенок, порой странный и непонятный.

С одной стороны – все любит делать правильно, исправно посещает все занятия обязательные и дополнительные, делает, все что задано, выполняет просьбы учителей, никогда не опаздывает на уроки. С другой стороны, может пренебречь правилами, придумать какой-нибудь изворотливый выход из сложной ситуации, быть быстрой, максимально собранной. Зачастую проявляет себя как инициатор и организатор мероприятий в школе.

С одной стороны – аккуратно одета, полный комплект учебников и тетрадей лежит на правильных местах в рюкзаке. С другой стороны – творческий беспорядок в комнате: на кровати гитара, на гитаре сумка, под кроватью учебник, на столе телефон, на телефоне тетрадь, одна кружка на столе с чаем, другая кружка на тумбочке с компотом, тут же вышивка и альбом для рисования, валяется футболка, под футболкой — флейта…

Она бывает эмоциональной, впечатлительной, замечает и любит все красивое, любит общаться, и наоборот — бывает замкнутой, погруженной в себя, ведет какие-то странные разговоры, произносит короткие фразы с глобальными смыслами и потом молчит. При этом молчит как-то наполненно, это видно по ее состоянию, что она в чем-то важном для нее.

Проявление ребенка в творчестве – ключ к разгадке внутреннего мира
Наши дети зачастую чем-то увлечены: чтение книг, рисование, музыка, игры, спорт, написание стихов и рассказов. Это их проба себя, детские увлечения дают представление родителям о внутреннем мире ребенка. Есть подростки, которые слушают классическую музыку и джаз, а иные – рэп с нецензурными словами. Все эти увлечения сигналы для родителей о том, как там в душе ребенка, что с ним происходит.

Особенности дочери проявляются в творчестве, бывает на рисунке глаза, красивые, выразительные, или лицо человека, посмотришь на него – на портрете человек с необычной прической, странным выражением лица, безумными глазами, еще она пишет стихи, в них виден ее душевный настрой.

Ее творения, особенно стихи и рассказы как ключик к ее внутреннему миру. Так, в поездке, в Японии, в 11 лет, пока шли экскурсии, ею было написано несколько текстов, в том числе в стихотворной форме.

Выдержка из текста «Разговор с врачом в психбольнице»:
«Как я понял, Федор к вам пришел нормальным мальчиком, почему же он стал психически больным и на каком основании вы его взяли в вашу больницу?
Психиатр Сидоров рассказывает про пациента Федора Боброго:
- Ну понимаете, в те времена пациентов было мало, Эхуд вот и я, так и сяк его уговаривал, а он значит хочу, мол, да хочу к вам жить, не тужить… А так особо записей о состоянии пациентов не ведется, но, по-моему, ему вкололи что-то не то, когда он в 98-м простудой у Петькина заразился… Ну вот так…»

Чем больше она взрослела, тем меньше делилась своим сокровенным, лишь однажды рассказала о том, что пишет рассказ о девочке которую считали сумасшедшей. Причем у героини рассказа были такие странные умозаключения, что мне становилось не по себе. Когда я прочла эти тексты и узнала о сюжетах ее рассказов, первое, что я подумала: «Как такое могло прийти в голову?» Все это странно, не сразу понятно в чем смысл, но мне захотелось снова прочитать эти строчки, а потом еще раз.

Почему дети такие странные, почему они не умеют просто скакать и прыгать, не говорят тебе все, что у них на душе. Что это за тайна такая там, в душе, такой взгляд порой совсем не детский? Почему иногда они простые и общительные, а иногда совсем непонятные, потерянные в своих мыслях и, как будто, совершенно не здесь, не с тобой.

Странный ребенок, сложный подросток.. Кто ты будешь такой?
Сложное сочетание свойств характера в ребенке, подростке объясняется набором нескольких векторов и особенным проявлением их в разных ситуациях. В системно-векторной психологии Юрия Бурлана природа человека рассмотрена через векторы, которые по–разному себя проявляют в человеке.

Анальный вектор отвечает за накопление и передачу информации, знаний, опыта, традиций. Носители анального вектора природные всезнайки, для них важно быть лучшими, аккуратными, хорошо учиться. К тому же проявлению анальности способствует окружение или «ландшафт». Так, традиции школы, задания и поучения учителей, делают свое дело.

Ребенок с анальным вектором и представить себе не может, как можно ослушаться учителя, или не сделать уроки. Например, на пропуск урока в школе, даже если нужно к врачу, дочери сложно решиться. Ребенок с анальным вектором привык ходить на все уроки в школе, потому что так надо, он комфортно себя чувствует, когда исполняет все задания и любит это делать лучше всех.

А вот тягу к лидерству, превосходству над другими задает кожный вектор. Кожники — поклонники строгих правил, в то же время, они гибче, склонны к изменениям, движению. Так, беспорядок в комнате вполне возможен у ребенка с кожным вектором. К тому же давление родителей не столь строгое как правила в школе. Так, кожа о себе дает знать, когда дочь экономит, причем все: деньги, время. Бывало даже, что предстоит получасовая дорога в машине, она берет с собой учебник и читает, чтобы не тратить зря время. О как! Здесь два вектора проявляются и анальный – урок, который нужно выучить (мотив анальника), кожные проявления – чтобы не тратить время попусту, буду учить уроки.

Зрительный вектор дает своему обладателю понятия о красоте, добре и зле. Зрительный вектор к тому же отвечает за интеллект, при этом интеллект, образный – основной процесс познания у зрительника происходит визуально. Так, если цветная карта мира висит на стене в комнате у зрительного ребенка, он будет знать расположение всех стран. При этом воспоминание будет происходит в зрительном ряду примерно так: «Америка, желтого цвета, расположена посередине западного полушария». Зрительники способны подмечать детали, у них хорошо развито воображение, фантазия.

Так, можно заметить зрительные ряды в стихотворении дочери:

Мечтатели — пусть одиноки,
Но бесконечны и далеки,
Ведь мир фантазии глубокой
Доступен далеко не всем.

Рисунок с красивыми, выразительными глазами тоже будет характерным для проявления зрительного вектора.

После участия в детском хоре на Олимпиаде в Сочи в 2014 году на своей страничке «ВКонтакте» она написала свои впечатления:
«Вы когда нибудь влюблялись в жизнь? Ощущали ли вы это чувство, что должны выжить все соки из оставшегося времени? Вы когда нибудь плакали из-за счастья сильнее, чем из за горя? Я помню, как выходила на сцену. Я помню, как люди махали с трибун, я помню огненные искры, стремящиеся вверх. Я помню фейерверки над стадионом, пробудившие слезы, которые были на подходе уже который день. Я помню улыбки актеров, танцоров, идущих на встречу, дававших пять. Я помню волонтеров, хвалящих и смеющихся, таких простых, добрых. Знаете главный минус счастья? С ним сложно прощаться. Сложнее этого вспоминать его, понимая, что время не повернуть вспять. Невозможно ощутить то, что чувствовал тогда. Слезы наворачиваются, когда осознаешь это до конца. Я была там, я буду там, я сейчас там. Я обнимаю каждого человека из самого лучшего хора на земле.
Есть на свете простор. Это хор, это хор. Хор. Хороший.Я горда за свою страну, я благодарна ей. Мы победили, мы – герои!»

В этом отрывке ярко выражены эмоции, чувства дочки, четко описаны образы («огненные искры», «фейерверки»), и еще характерные и важные для зрительника контакты с другими людьми – улыбки танцоров, рукопожатия, проявления доброты других людей.

Звуковой вектор. Именно звуковые проявления в ребенке, подростке чаще всего пугают родителей: ребенок замыкается, ведет странные разговоры. А как только дочь или сын говорит маме, что не видит смысла в жизни, мама впадает в истерику или в ступор, может начать ругаться или причитать. Вот еще один повод у ребенка уйти в себя – его не понимают близкие люди. Он ищет чего-то и чувствует: что-то есть, что-то высшее, непостижимое и не может найти, а зачастую и не знает, что именно он ищет.

Человек со звуковым вектором часто в состоянии «в себе», потому что нацелен на поиск духовного, познания души своей, высшего смысла существования. Такие звуковики в поиска смысла жизни зачастую встречаются в сектах, в церкви среди фанатично верующих. Духовная ненаполненность, бесполезные поиски смысла, порой, приводят их к «плохим увлечениям» — игромания, наркотики, «тяжелая музыка».

Звук — это еще и особый интеллект, внутренний, постижение знаний, информации происходит за счет звуковых волн, смыслов, которые способны улавливать только звуковики. У них очень чуткий слух, поэтому они плохо переносят резкие, громкие или пронзительные звуки.

Так, звуковик, не имея музыкального образования, может услышать какой именно музыкальный инструмент в оркестре фальшивит. Звуковик в поиске смысла жизни, при этом может не отдавать себе отчет в этом и не говорить об этом. Вроде бы и не в поиске смысла жизни, но при этом перечитал уже пять раз книгу «Мастер и Маргарита», несколько раз прочитаны все книги Стивена Кинга, неоднократно пересмотрел «Матрицу», «Константин», и еще кое-какие мистические фильмы. И все о чем? О нем, о смысле жизни.

Дочь пишет много стихов, при этом показывает мне далеко не все, иногда случайно узнаешь о них и просишь дать почитать. Написанное в 14 лет стихотворение:

Забываются сказки, стихи и песни
Не важны ни страны, ни нации
Пропадают записки, уходят болезни
Сокращаются даже дистанции.
Говорят, что все на планете не вечно
Утверждают, что все мы смертны

Но дорога души — она бесконечна
И все люди — лишь ее жертвы
Приживаются души в каждом по-разному,
И какие -то люди негожие

Вот поэтому все те слова напрасные,
Нам гласят что мы все не похожие
Человек есть — лишь тело, простое создание,
Огражденное нормами жизни
А душа его есть — характер, сознание
Есть мечты его, есть его мысли
Выжав соки из клетки своею, души
Покидают хрупкое тело,
И метаются в поисках жертвы получше,
Продолжая свое бесконечное дело
Покидают мгновенно просторы мирские
Неподвластные рамкам запретов
Как же жаль что прекрасные души людские
Неподвижны внутри скелетов

У меня не получается читать это стихотворение спокойно, всегда наворачиваются слезы, так проникают в душу эти слова, как крик ее души. Звуковой настрой стихотворения угадывается во многих строчках, звуковик всегда отдает предпочтение душевному состоянию.

Выйти из дома без наушников моя дочь не может, потребность слушать музыку постоянная. Причем музыку слушает тоже какую-то странную – кантри, фолк, произведения японских композиторов. Звуковики легко учатся в музыкальной школе, это их стихия. Так и у дочери плюс к «музыкально-школьной» флейте, пианино и гитара, сама легко подбирает и играет мелодии. У нее особая тяга к языкам, легко улавливает акцент носителя языка и воспроизводит его с точностью, при разговоре с ней педагоги в других странах полагали, что она с англоязычной страны. Плюс к английскому французский – причем с первых же дней его изучения она с точностью воспроизводит французский прононс.

«Нужно бы уже думать о своей будущей профессии, доча!» — перечисляю ей по порядку все факультеты и специальности в университете (штук 70). Мне думается, что ей бы подошла юриспруденция или экономика, тем более она в свои 15 лет имеет представление об особенностях профессий, уровне заработка, сфере применения. Как вы думаете, что ее заинтересовало? Философия! Конечно, ведь философские поиски смысла жизни – чисто звуковое занятие.

Звуковик не умеет проявлять свои эмоции так, как зрительники. Поскольку звук – доминантный вектор, он довлеет над зрительной эмоциональной амплитудой. Так, когда я возмущаясь спрашиваю у дочери как же так она не сочувствует своей заболевшей сестре, на что она мне ответила: «Я это так чувствую и не проявляю эмоций, потому что это будет неискренне». Так, требовать от ребенка с звуковым вектором проявления теплоты, эмоций, чувств не нужно, он по-своему это чувствует, просто реагирует иначе, по звуковому, переживая все в себе.

Учится дочь в лицее с математическим уклоном, в их классе есть дети-звуковики, которые порой вообще не делают домашних заданий, не особо утруждаются что-либо изучить. При этом они легко и просто постигают физику, математику и информатику, единожды прослушав материал от учителя, такое ощущение, что природа им уже все дала, как «дано» в теореме. Умные, талантливые, но замкнутые, сложные и странные дети. Так, если удается общение со звуковиком – это подарок, такие лабиринты мыслей и глубина в их размышлениях, часто окрашенная особым смыслом и частичкой грусти.

Нотная грамота – есть контакт!
Какие бы они не были наши дети, контакт с ними очень важен и для них, и для нас, родителей. Без знаний их особенностей не обойтись, только когда знаешь природу ребенка возможно его правильно понять, почувствовать и предугадать. Важно, чтобы подросток мог взрослеть по своему пути, чувствовать и пробовать себя в этой жизни. Присутствие родителей в жизни подростка должно быть грамотным, тактичным, с уважением к уже взрослому ребенку. Только так, складывается верный сценарий поведения для родителя подростка.

Когда я вижу, что дочери нужно побыть в себе, одной, я оставляю ее. Порой она запирает дверь и сидит наедине с собой или занимается какими-то важными для нее занятиями. Конечно, мне бы очень хотелось, чтобы в комнате был идеальный порядок, и она была бы открытой, искренней, общительной и все бы мне про себя рассказывала. Однако ее векторный набор говорит о другом – у нее своя природа, сложная, порой не понятная, но это ее, уникальная натура, и моя задача познать ее и почувствовать.

Как понять дочь и быть с ней в контакте? Необходимо настраиваться на нее так как она это делает со своей гитарой, чтобы получился нужный звук. Вы слышали как звучит гитара, когда она настроена и на ней играет опытный гитарист, который чувствует и любит свой инструмент?

Так вот, ноты по которым играть – это системно-векторная психология Юрия Бурлана. Может и не сразу получается контакт, но когда освоишь нотную грамоту, настроишь гитару — зазвучит такая мелодия, не оторваться!

Нижневартовск

16 июня 2015

Как часто мы смотрим на своего ребенка и думаем: «Ну почему он такой медленный?» или «Боже, какой он быстрый и активный. Ну хоть бы на минутку остановился и дал мне отдохнуть», или «Ну что это за мальчик, который плачет и устраивает истерики, как девочка». И много чего еще.

Более того. Мы не только думаем, но и высказываем все это вслух. Тем самым отправляя ему послание: «Ты – неправильный. Ты – не такой, каким должен быть. Ты не оправдываешь моих ожиданий».

Думая, что общаемся с ребенком, на самом деле мы общаемся сами с собой. Мы смотрим на ребенка не через него, а через СЕБЯ. Через свои свойства и желания (обусловленные векторами, которые присутствуют в нас). В этом случае происходит непонимание друг друга. Неумение увидеть и услышать то, что необходимо самому близкому и дорогому человечку. Все наши конфликты основаны на этом…

Желание реализовать себя через него. Но невозможно реализовать себя через ребенка. Ведь он может обладать совсем другими качествами, непохожими на наши…

Я могу сейчас об этом говорить, так как сама проходила и еще продолжаю проходить через те же трудности общения с детьми. Моей старшей дочери было 19 лет, когда почти четыре года назад она добровольно ушла из жизни. Три года я искала ответы на свои вопросы: «Почему? В чем моя вина?».

Я нашла ответы летом 2014 года – когда познакомилась с Системно-векторной психологией Юрия Бурлана. После вводных лекций я пошла на тренинг 1 уровня, сейчас учусь на втором. Я поняла состояние своей дочери на момент ее ухода из жизни. Я увидела то, что не могла увидеть тогда. Самое главное – я смогла понять и принять то, что произошло. И продолжать Жить.

У меня есть еще сын. И, конечно же, меня волнует вопрос нашего взаимопонимания. Я хочу научиться видеть ЕГО таким, какой он есть, а не через себя. Я хочу помочь ему раскрывать и развивать то, что в нем заложено с рождения. Чтобы это несло благо всем и, соответственно, ему самому.

Егору 10 лет. Он открытый, активный мальчик. Ему интересна жизнь во всех ее проявлениях. У него быстрый ум, высокий интеллект, отличная логика. Учеба дается легко. И Егору ничего не стоило бы учиться только на «отлично» всегда, будь у него побольше организованности. И больше мотивации для учебы :)

Но именно это – организация себя, своего времени — дается труднее всего. Ему надо, чтобы все было быстро. Ребенку трудно сидеть много часов над уроками. Да и любое другое дело (игра, общение со сверстниками) происходит в быстром темпе. Все эти качества ярко проявлены, так как на сегодняшний день у Егора наиболее выражен кожный вектор. Этот вектор проявляет себя также в том, что ему нравится все новое. Он очень увлекающийся, мгновенно загорается новой идеей, но проходит время, и эта идея уходит, уступая место новому.

Егор быстро принимает решения, независимо от того, верные они или нет. И тут же воплощает их в жизнь, что труднее всего принять его анально-звуковой маме. Мне нужно время, чтобы обдумать информацию, увидеть все возможные последствия. И только после этого решение, возможно, будет принято. Но это не означает, что оно будет тут же реализовано или хотя бы озвучено. У меня вся работа проходит внутри, и часто этого достаточно.

Поэтому, до знакомства с Системно-векторной психологией Юрия Бурлана, мне было непросто общаться со своим быстрым, шумным, эмоциональным, говорливым сыном. Так как кроме кожного вектора у Егора явно выражены зрительный и оральный вектора.

Оральный вектор проявляется в том, что Егор говорит, не умолкая :) Может сказать неправду. Что было совершенно неприемлемо для меня. Ведь мой анальный вектор требует честности, четкой организованности, структуры. Благодаря СВП, я понимаю, почему он так себя ведет, и уже не реагирую так остро, знаю, как направить его вербальную активность.

Зрительный вектор Егора – это ярко-выраженные эмоции, вплоть до слез и истерик, если что-то расстраивает его. Это желание эмоциональной близости, чуткость к настроению и состоянию другого человека.

А еще – это страхи. Страх абсолютно всего, чего можно бояться. Главный – страх темноты. Страх быть одному в каком-то пространстве, не обязательно замкнутом. Этот страх заставляет его концентрироваться на себе. Видеть и чувствовать только себя. У меня порой опускались руки. Я не знала, как помочь сыну преодолеть страх.

Во время вводных лекций по Первому уровню я задала вопрос Юрию Бурлану – как помочь сыну справиться со своими страхами? Ответ был дан – нужно перестать бояться самой. И постараться направить внимание ребенка в момент обострения страха – во вне. Увидеть не себя, а того, кому нужна твоя помощь. Пусть это будет даже собака.

Это работает. Именно направление внимания во вне является ключом к преодолению страхов. К раскрытию, развитию зрительного вектора. Также как, впрочем, и любого другого.

Как уже было сказано выше, я продолжаю обучаться Системно-векторной психологии. И стараюсь развить в себе системное мышление. Естественно, в первую очередь, в общении со своим сыном и с близкими людьми.

Я стараюсь направить жизнь Егора в русло организованности и умение заполнять и распределять свое время. Иногда это получается. Иногда – нет. Но когда получается, он сам отмечает, насколько это легче – когда нет разорванности времени, когда день складывается удачно по его словам.

Каждый день – новый. Каждый день приходится решать новые задачи. Но сейчас, используя системные знания, это уже не вводит в ступор. И я уже более открыта миру и своим близким. Не замыкаясь в себе, не прячась от всех и вся. А радуясь каждому дню, каждому моменту общения с любимыми. И, действительно, ПРОЖИВАЯ в полноте каждый день.

Испания

25 августа 2016

– Ты можешь сказать мне, ЧТО ТЫ ХОЧЕШЬ?! – в десятый раз я спрашиваю своего 3-х летнего сына. Срываюсь на крик. И мне все равно, что некоторые прохожие оборачиваются на нас. НЕТ БОЛЬШЕ МОИХ СИЛ И ТЕРПЕНИЯ!!! Сколько можно объяснять, спрашивать? А это нытье? Не хочу ничего слышать!
А он продолжает канючить, чего-то требует на своем детском языке.
– Хватить ныть, кому сказала?! Когда это уже закончится? Волна злости с примесью ненависти накрывает меня. Это похоже на 9-й вал. Я тону в своей злости, захлебываюсь в ней. Мне не хватает воздуха.

А ведь ничего не предвещало детского нытья. День прошел замечательно: утром мы на море были, днем он поспал, а вечером мы поехали в соседний город на праздник. Сын, визжа от восторга, катался на аттракционах, смеялся, и я вместе с ним. А теперь по дороге домой он устраивает мне этот концерт на пустом месте. Я ему и так, и эдак, по-хорошему с ним разговариваю, а он все ноет и ноет. Для меня это как пенопластом по стеклу.

Я еле сдерживаюсь, чтобы… Чтобы что? Не отлупить его со всей силы, не выплеснуть на словах всю свою злость на этого беззащитного малыша? Я еле сдерживаюсь, еще один его всхлип, и я взорвусь. Помню нашумевший ролик в интернете, когда мама лупит, пинает своего ребенка из-за какой-то провинности. Все ее осуждали. А я понимала, сама столько раз стояла на грани такого. Когда ты пребываешь таком состоянии, что способен причинить вред самому дорогому человечку на свете, это ужасно.

Я ускоряю шаг, хочу убежать от него.
– Мама, подожди! – сквозь пелену злости слышу всхлипы сына.
Не хочу. Не буду. НЕ МОГУ! ЗА ЧТО МНЕ ВСЕ ЭТО?

Требуется няня 24 часа в сутки 7 дней в неделю

Дети – это самое большое счастье на земле. Кто сказал подобную глупость? Дети – это обуза, это привязанность 24 часа в сутки к маленькому беспомощному человечку, это шум, крики и истерики, это неубранные игрушки и грязь кругом. А ведь когда-то я мечтала о ребенке, планировала свою беременность, отслеживала каждую неделю беременности, рисовала радужные картинки, как будем играться, гулять, как я буду учить своего малыша. Я знала, что буду самой счастливой и любящей мамой на свете. Как же я ошибалась!

Сын требует постоянного внимания – ни минуты для себя, а так хочется тишины и покоя. И я мечтала о няне на 24 часа в сутки на 7 дней в неделю. Я готова была заниматься чем угодно, только не быть с ребенком.

Дошло до того, что вся моя жизнь стала днем сурка, топким болотом. Утром глаза открывать не хотела: знала, что сейчас меня ждет, и хотелось только одно – зарыться в одеяло и спать, спать… А еще лучше – оказаться на необитаемом острове, чтобы никого не слышать и не видеть. Апатия, раздражение и депрессия стали моими спутниками в жизни.

Где она, радость материнства?

И я с завистью читала про мамочек, которые с удовольствием занимаются с детьми: лепят, рисуют, делают поделки, играют в пальчиковые игры и занимаются по разным новомодным методикам. А меня от одних этих названий тошнит. Глупо, скучно, неинтересно. Почему это должна делать я? Для этого есть садик – и в 2 года мой сын пошел в садик. 3 часа без него – самая большая радость на свете. Он плакал первые дни. Это нормально, говорила воспитательница, не переживайте. Переживать? Ха! Поплачет и перестанет! Главное, что его рядом со мной нет!

Почему я не такая, как другие мамочки? Почему материнство не приносит мне счастья? Что со мной не так? Эти и другие подобные вопросы не давали мне покоя. Я безуспешно пыталась найти ответы. А тем временем мое состояние ухудшалось. Мысли о никчемности жизни не оставляли меня. Обдумывала разные способы ухода из этого мира. И ничто не держало. Даже ребенок. Я понимала, что я ужасная мать, и без меня ему будет лучше.

Каждому свой пряник

Не знаю, чем бы это все закончилось, если бы от своей знакомой я не узнала про Системно-векторную психологию Юрия Бурлана (СВП). Я начала читать отзывы, статьи в библиотеке. Я поняла, что если что-то и может мне помочь, то это будет именно системно-векторная психология. Я дала себе последний шанс и пошла на тренинг.

Уже на бесплатных онлайн-лекциях Юрий Бурлан говорит, что человек – это принцип наслаждения, и в каждом векторе свой принцип наслаждения, свое понимание счастья. Так, для обладателя анального вектора – это семья, уважение, для зрительника – это любовь, для кожника – успешная карьера и материальное благополучие. Не получая наслаждение, пряник, человек страдает.

Значит, надо стать счастливой и тогда все мои проблемы уйдут. Надо начинать с себя. Но как быть счастливой, если ты в депрессии? Как выбраться из этого болота, которым стала моя жизнь? Ответ на этот вопрос я получила уже на тренинге Первого уровня.

Выход из депрессии есть!

Прежде всего я поняла, что большинство моих проблем появились из-за ненаполненности звукового вектора. Обладатель звукового вектора с детских лет задается вопросом смысла жизни, все его желания направлены на познания себя и Мироздания. Не находя ответов, не наполняя свои нехватки, звуковик может впасть в депрессию, у него могут возникнуть суицидальные мысли. А что делать, если жизнь не имеет смысла? Кроме этого, как объясняет системно-векторная психология, звуковой вектор – доминантный, т.е. его нехватки являются самыми сильными и наиболее остро ощущаются человеком. А звуковая ненависть – очень страшная вещь.

Первым делом надо было наполнить свой звуковой вектор. Ночные лекции, на которых надо одновременно вслушиваться в слова Юрия Бурлана и писать конспект, обсуждения на форуме, размышления и выписывание своих состояний – вот лучшее лекарство для больного звукового вектора.

Мне стало легче: я заметила, что ребенок не так раздражает, я более терпимо стала относиться к его капризам, да и он сам стал спокойней. Жизнь наполнилась красками, и знаменитая СВП-шная улыбка появилась на моем лице.

Во время прохождения тренинга я поняла, какими векторами обладаю и как надо их реализовывать, чтобы почувствовать себя счастливой. Я знала, какая работа мне нужна, чем я должна заниматься, чтобы наполнять свои вектора. И после 2-х лет поисков, через год после окончания тренинга, я нашла то, что искала! Конечно, это произошло не сразу, но я знала, что рано или поздно это произойдет. Заметила интересную вещь – после напряженного рабочего дня, я прихожу, нет, прилетаю на крыльях домой, и если мой сын капризничает, спокойно это переношу. Почему? Потому что внутри я наполнена, мне очень хорошо.

Зачем таблетки, если есть системно-векторная психология? Или как мой сын избавился от глазного тика

Меня периодически накрывает. Как без этого? Но теперь я, понимая первопричины, знаю, как быстро выйти из плохих состояний. Я все так же не люблю подолгу возиться с сыном. 30 минут в день для меня – предел. Но раньше и этого не было!

Кроме того, я понимаю врожденные свойства своего ребенка, знаю, что предпринять в той или иной ситуации. Например, когда в напряженный период нашей жизни у моего сына возник глазной тик, я быстро сориентировалась, системно поняла, в чем проблема, и скорректировала свое поведение. Через неделю глазного тика как не бывало. Зачем нужны таблетки? Как говорит Юрий Бурлан на лекциях: «В здоровом духе – здоровый тел!»

Системно-векторная психология Юрия Бурлана не только дает новое мироощущение, но и раскрывает причину плохих состояний и показывает, как с этим справиться.

Если вам не в радость ваш ребенок, если вы испытываете муки материнства, не отчаивайтесь! Все можно изменить! Главное – понять себя и свои врожденные особенности. Разобравшись в себе, вы поймете, как стать счастливой матерью. Поняв своего ребенка, вы сможете дать ему то лучшее, что поможет ему расти здоровым и радостным. Начать можно с бесплатных онлайн-лекций по системно-векторной психологии Юрия Бурлана.

Шопоков, Кыргызстан

4 ноября 2014

Не все описывают то, что происходит во время тренинга и после него, но жизнь меняется однозначно у каждого. Проходит время, и изменения продолжают происходить. Некоторые вещи, что были до тренинга, системно понятые, уходят в небытие. Некоторые — остаются, как приятное подтверждение тому, что какие-то шаги были «правильные», а многие приводят в ужас от понимания возможных последствий. У меня до сих пор на глазах появляются слёзы, когда думаю о таком.

Когда я родила третьего ребёнка, мне было 40 лет. И мы «планировали» её рождение и с нетерпением ждали появления в этот мир. Но, так же как я не чувствовала себя матерью для старших детей, материнские чувства не появились и с этой крохой. Случилось непредсказуемое, хотя теперь системно объяснимое, — я её не любила.

Только я призналась себе в ЭТОМ чувстве, начались слёзы непонимания. Муж и старшая дочь не могли успокоить меня. Дочь недоумевала. Ей было 20. Муж говорил, что пройдёт время и чувства изменятся. Но мне это мало помогло.

Я заботилась о своих детях и младшая начала расти – год, два, три…. Но мои чувства не менялись, а непонимание начало давить всё сильнее. Как же так? И религиозная практика не могла расставить всё на места.

Дочка росла, а вместе с ней росли и наши конфликты. Упрямство – «хоть убей», капризы по ночам и днём, из-за пустяков, как мне казалось. И мои нехватки, непонимание себя так сильно отражались на наших отношениях, что ор был нормальным в нашем общении, чтобы остановить её капризы. Она отвечала слезами и глазами полными страха. Но и этим все не ограничивалась.

В какой-то момент я начала шлёпать её по попе. Хотела, чтобы делала всё, как я ей говорю. Теперь я задаю себе вопрос: «Зачем?» Ответ – хотела же как лучше, а знать не знала, что лучше для неё. И смотрела через себя, через старших детей. Ни на одного из них она не похожа. Тех и уговорить можно было или запугать, но делали, как я просила. А эта – стоит на своём, и только силой я могла добиться результата.

Потом, конечно, слёзы от стыда, раскаяния, бессилия. Но что же делать? В распоряжении у меня были все Священные писания, О.Торсунов, море книг по воспитанию, советы тех, у кого дети выросли послушными и правильными. Но я ничто не могла применить к ней. Только «коса находила на камень»: ни мой возраст, ни её, ни знания «как правильно», ни здравый смысл не играли никакой роли.

В таком состоянии я впервые встретила Системно-векторную психологию. Читать статьи портала я осталась на полгода… Время работало на меня, но очень медленно, как мне казалось. Я проводила здесь все ночи. Анальный, кожный, зрение, уретра, звук…- как можно было на мою малютку повышать голос и бить? Это теперь я задаю такие вопросы. И меня охватывает ужас. Негативный жизненный сценарий – не шуточка судьбы, а дело рук самых близких — мам!

Потом муж оплатил мне тренинг. Так я оказалась в мире системного мышления! Спасение для моей дочери и для меня. Юрием было озвучено всё, что лежало на поверхности наших отношений, но не замечалось мной. И мои анальные фрустрации, и звук, так долго не находивший ответа на вопросы о смысле жизни, и эмоциональные раскачки в зрении от страха до сострадания.

Всё встало на места.

Прошло время… Моя дочь, цветочек, расцветает, как по волшебству. Она такая нежная и я ЛЮБЛЮ её! Так, только понимая изнутри, любить можно. Всем сердцем, всей душой. И всё что раньше вызывало мой гнев, теперь вызывает улыбку понимания.

Мы обнимаемся так часто, как только позволяет наше время. Она пошла в детский сад, хотя раньше это не входило в мои планы – я же домохозяйка, зачем мне кто-то дочь воспитывать будет? А он ведь нужен совсем для другого, чтобы научиться находить место в жизни по рангу! Кто мог подумать и где такому учат?

Смотрю в будущее, не испытывая страха. За дочь спокойна. Не скажу, что много времени уделяю, но качество совсем другое. Внутри – понимание и радость узнавания всего, о чём на тренинге Юрий говорит.

Вместе с ней мы учимся сострадать людям, говорим по душам перед сном, убираемся вместе и печём пирожки, пишем буквы (нам в школу осенью), говорим о дисциплине, о мироздании и звёздах, читаем книжки (те, что про колобка в печку отправила). Но самое главное: «Я люблю и понимаю других, как себя!» Конечно, множество вопросов возникает, но найти ответы не составляет ни малейшего труда.

Спасибо Юрию и всем, кто принимает участие в жизни моей семьи! Только вместе мы сможем изменить жизнь каждого.

Брянск

12 мая 2014

Уже не первый год я работаю с детьми репетитором английского языка. С некоторых пор, после прохождения тренинга по системно-векторной психологии Юрия Бурлана, у меня появилось очень много интереснейших системных наблюдений за детьми, а график мой стал максимально загружен. Дабы не прятать все свои находки «в стол» я решила написать о них небольшую заметку.

Недавно я взялась проводить свои уроки бесплатно раз в неделю. «День благотворительности» такой :) Для детей, родители которых не могут позволить себе репетитора, а детям очень нужна помощь. Хотела также таким образом набраться опыта психологической поддержки разных детей, рассмотреть разные сочетания векторов и их состояния.

Работа очень интересная, мне нисколько не жалко ни сил, ни времени. Жалко только, что в сутках так мало часов! :) Интересно, что после первых же этих бесплатных уроков ко мне стали обращаться новые клиенты, платные, причем никакими знакомствами не связанные с этими детьми.

И новые детки, которые у меня появились, такие классные! Необычные, неординарные, совсем не похожи на прежние запросы (когда кому-то я нужна как очередной репетитор). В основном, этим деткам нужна психологическая помощь (И НА ПЕРВОМ ЖЕ ЗАНЯТИИ Я ТЕПЕРЬ ПОНИМАЮ, КАКАЯ ИМЕННО!), а английским я пользуюсь просто как побочным инструментом.

Со стороны это выглядит как обычный урок с репетитором, подготовка домашнего задания с игровыми приемами. Но цель теперь другая — не выполнить максимальное количество заданий, а сделать так, чтобы его глаза в конце урока сияли от понимания, что у него действительно получается и что он способен на большее!

Просто не могу передать весь свой трепет, все свое предвосхищение, когда возвращаюсь домой с очередного урока с новичком. Мысли перебивают друг друга! И про состояние каждого его вектора, и про мой будущий разговор с его мамой, и про варианты сценария следующего урока, и фрагменты лекций Юрия Бурлана всплывают (насколько же он прав!), и про статьи, которые обязательно нужно перечитать…

На данный момент один из важных недавних моих результатов — я нашла способ работы со страхами у детей. У меня таких учеников двое, панически опасающихся всего: шорохов, стуков за стенкой, ведьм, потусторонних сил, мертвецов, которые «выглядывают из-за угла», даже Ванги, которая типа «воскресла и следит за всеми», у одного из учеников даже доходило до галлюцинаций. Интересно, что они со мной делятся своими страхами, как с мамой. С обоими работала по одной и той же схеме. У обоих страхи прошли! Даже выражения лиц у них сейчас, когда страхи прошли (и они просто вспоминают свое поведение в прошлом), одинаковые!

В общем, работа кипит. Я на связи.

Сторпорт-он-Северн, Великобритания

20 июня 2014

Прошло чуть больше года, как я прошла первый уровень, и, наблюдая, как происходят изменения внутри меня и вокруг меня, я снова захотела ими поделиться. На самом деле, это не так просто — передать словами внутренние ощущения. И все же попробую это сделать.

Два года назад. Женщина, которая еще вчера парила над землей

Так уж получается, что душа рвется ввысь, ей хочется парить, она так давно не летала, так долго находилась там, внизу, где иная палитра красок, где все проходит где-то рядом, но тебя там нет, ты где-то, но не там – не со всеми. В принципе, тебя нигде нет, в тоже время – ты везде, ты растворилась в грусти вперемежку с пустотой, серостью… Полутона… и… Никаких желаний… Ни-ка-ких! Как же хочется их пробудить! Как хочется жить! Хоть бы вспомнить ЕЕ запах, вкус, цвет… Запах, вкус, цвет ЖИЗНИ! А ведь еще недавно все это было и воспринималось фейерверком цветов, ярких красок, музыкой души, экспрессией чувств. Где все это?! Исчезло все в тумане. Вдруг! Так неожиданно, внезапно, оставив лишь след воспоминаний, вызывающих то грустную улыбку на губах, то легкую грусть в глазах. Сухая грусть без слез. Это озадачивало и печалило. Где же они? Слезы, что могут передать всю палитру чувств женщины. Женщины, которая еще вчера парила над землей.

Что же произошло???

Полное разочарование в жизни, себе, окружающем мире…

Сегодня. Я вновь обретаю себя

Ощущения кардинально изменились. Я понемногу возвращаюсь к себе, более осознанно, понимая, кто я изнутри, каково мое внутреннее наполнение, каковы мои задачи и роль в жизни. После тренинга по системно-векторной психологии я понимаю, каковы мои истинные желания и как их наполнить, чтобы вновь ощутить себя счастливым человеком, живущим в гармонии с собой и окружающим миром. Знаю на 100%, что мне задано от природы и каким образом я могу реализовать себя, а в чем, в каких сферах — ни при каких обстоятельствах, даже если приложу максимум усилий, потому как понимаю, что это будет лишь зря потраченное время. Ко мне пришло полное осознание, у меня более нет времени и желания расходовать свою жизнь на то, что не принесет ни малейшего удовлетворения.

Читатель, конечно, удивится и недоуменно спросит: а что раньше разве не было понимания всего этого? Конечно, было. Но было плоским, постоянно присутствовали внутренние противоречия. Сегодня противоречий нет по причине полного понимания всего происходящего внутри и вокруг меня.

Вплоть до того, что я смогла полностью проанализировать всю свою жизнь с самого раннего детства и до сегодняшнего дня и понять, по какой причине происходили те или иные события в моей жизни и что именно и почему происходит со мной сегодня.

Произошли перемены и в общении с детьми, и в их воспитании, и как следствие наблюдаются их достижения. Исчезли те камни преткновения, которые присутствовали раньше и, конечно, огорчали. На данный момент стало гораздо меньше, что дает намного больше радости от общения и большее взаимопонимание. На сегодняшний день таких моментов, когда отсутствует взаимопонимание в общении, стало гораздо меньше. Я научилась слышать своих детей, научилась уважать их мнение не навязывая своего, не давя, а лишь задавая правильное направление, при этом точно понимая, что именно интересует ребенка и чем именно он хотел бы заниматься. То есть научилась слышать его внутренние желания, то к чему ОН проявляет интерес, к чему бы ОН хотел стремиться. Ну и конечно, теперь я точно знаю, что им задано самой природой и каким образом я могу содействовать в формировании своих детей.

Убеждена, что знания системной психологии могут помочь многим людям в этой сфере, могут стать настоящим пособием по воспитанию и развитию детей.

Сегодня я проживаю свою жизнь осознанно и понимаю, что нужно делать, чтобы вновь не ощутить разочарование ни от себя, ни от жизни, ни от окружающего мира! Чему я очень рада! И я знаю, что это только начало! :) И вам желаю того же — приобрести счастье и удовольствие от вашей жизни!

Невозможно передать все слова благодарности Юрию и всей команде портала. СПАСИБО Вам за то, что передаете эти знания всем тем, кто искренне желает изменить свою жизнь К ЛУЧШЕМУ! СПАСИБО, что учите нас ЖИТЬ заново и видеть мир ДРУГИМИ глазами!

СПАСИБО!!!

Санкт-Петербург

21 августа 2016

После прохождения тренинга по Системно-векторной психологии Юрия Бурлана легко стать самому себе психологом. Вместе с формированием системного мышления появляется способность качественно разбирать любую жизненную ситуацию, находить корни проблем и устранять их первопричину. Это позволяет психике избавляться от якорей и дает нашему организму другой, созидательный, а не разрушительный жизненный сценарий.

На примере ситуации с собственным очень эмоциональным ребенком я расскажу, как возникают страхи, панические атаки и как с ними справляться, применяя знания системно-векторной психологии Юрия Бурлана.

На момент прохождения мной тренинга дочке было около трех лет. Она панически боялась фейерверков и петард.Так получилось, что оглушительный разрыв петарды дочка услышала в 1,5 года. Это был сильнейший стресс, несущий угрозу жизни. Она так испугалась, что в последующие новогодние праздники каждый звук фейерверка вызывал жуткий страх и приступы панических атак.

Итак, на момент фиксации было:
темное время суток, без белого снега, совсем мрачно;
в момент резкого, неожиданного звука я была далеко, метров в 15 от нее, на улице. То есть ребенку не доставало ощущения защищенности и безопасности, он был уязвим;
ребенок не был предупрежден, что возможны какие-то резкие и неожиданные звуки. Ничего подобного малыш раньше не слышал. Я и сама не знала, что в первых числах декабря уже будут взрывы пиротехники.

Пока я добежала к дочке, она уже оцепенела от ужаса. Маленькое сердечко тряслось как осиновый лист, даже когда дочка оказалась в моих объятьях. Точка невозврата была пройдена, леденящий страх словно парализовал ее, и ребенок уже не слышал успокоительные слова.

Большой ужас маленького сердечка

На тренинге я узнала, что так могут реагировать дети со зрительным вектором. Им свойственны гораздо больше, чем обычным людям, эмоциональность, впечатлительность, богатое воображение и фантазия, образное мышление, желание быть на виду, в центре внимания. Все большие события их жизни происходят на пике эмоций, в диапазоне леденящий душу страх – окрыляющая любовь, спасающая весь мир.

Мы помним, что дети за время своего нахождения в утробе и первые годы проходят весь эволюционный процесс экстерном. Воспитывая своих детей, а также за время работы с детьми в детском саду, я очень четко наблюдаю, как они развиваются от своих примитивных первобытных особенностей.

Знания системно-векторной психологии Юрия Бурлана подтверждаются практически на каждом шагу. Действительно, у 5 процентов воспитанников – детей со зрительным вектором – есть предрасположенность пугаться. Причем пугаться не на шутку, а со всей силы, буквально до трепыхания сердечка.

Корень таких состояний – страх смерти. Люди со зрительным вектором выживают благодаря особой чувствительности зрительных сенсоров, они способны различить до 400 оттенков черного, в отличие от других людей. Когда мы не видим врага, тогда нам страшно. Когда враг за спиной, а вокруг темно – тоже страшно.

Теперь снова возвращаемся к маленькой девочке и вспоминаем, что на улице было темно, неожиданно и непонятно откуда возник громкий залп. Когда впечатлительный, склонный к страху ребенок слышит очень резкие, громкие, повторяющиеся звуки, то он естественно расценивает ситуацию как критическую, как будто на волоске от смерти. Усугубляется это дезориентацией, ведь ребенок не понимает, откуда движется угроза, звук отражается от соседних домов и кажется что он везде, опасность тут же возводится в степень. А тут дитя! Испуг был колоссальный.

Страхи тормозят развитие

После этого события ребенок, утративший доверие к прогулкам, на улице не вылезал из прогулочной коляски все начало зимы даже на минуту. Это продолжалось вплоть до того, как на улицах Петербурга появился чистый, искрящийся белый снег. От белого покрывала стало светлее. Буквально сразу (только после лекций по зрительному вектору стало понятно почему) любопытная девочка стала понемногу выходить из коляски и изучать обновленный мир.

После того страшного события у ребенка каждодневно прослеживались панические атаки, истерики именно в темное время суток. Страх обрастал деталями, и уже незакрытая форточка была сильнейшим стимулом панического крика (с открытой форточкой любой звук, как вы понимаете, всегда сильнее доносится в квартиру).

Системно-векторная психология Юрия Бурлана точно показывает, что страхи не дают развиваться детям, только замыкают их на эмоциональном самопожирании. Но тогда я не могла понять, что же мне делать, как избавить дочь от этой травмы.

Приступы паники у ребенка. Есть ли выход?

Наши планы, связанные с перемещением из одной точки в другую резко нарушались от внезапного звука – ребенка уже не возможно было сдвинуть с места. Успокаивать приходилось в энное количество раз дольше обычного, а первые месяцы вообще не получалось успокоить, так и засыпала с мелкой дрожью в теле. Ее кричащее существо доводило себя порой до каких-то конвульсий, покрасневшего лица, невменяемости (не слышала, что ей говорят, так и засыпала оруще-всхлипывающей вне зависимости от того, есть мама рядом или нет). Кроме того, из-за долгого засыпания и последующих ночных подъемов от приступа страха, ребенок не высыпался, нарушился прежний режим. В итоге дочка плохо ходила в садик, ей недоставало общения с детьми.

Я ощущала себя и ребенка на грани, воспитатели отказывались от моего ребенка (советовали перейти на таблетки, отправляли к врачу). Очевидно, ребенок находился в сверхстрессе, при котором нормальное психологическое развитие становится невозможным.

Такое зафиксированное состояние очень сложно выправить во взрослом человеке. Такой взрослый будет полон истерик, склонен к эмоциональному шантажу других. Посыл будет всегда один: «Мне страшно», «Посмотрите на меня!», «Пожалейте меня, как мне плохо» и прочее.

Только к 3,5 годам мы вывели это состояние ребенка в более-менее ровное, она стала адекватно воспринимать пиротехнику, и в этом нам очень помогли знания системно-векторной психологии Юрия Бурлана. Дочь наконец-то стала с интересом поглядывать, как отец с братом зажигали уличный фонтан. Но для того чтобы преодолеть эту фиксацию, была проделана большая работа.

Театр кукол: а кому еще страшно?

работа с куклами/игрушками. Помня, что сопереживание другому гораздо более сильное чувство, чем страх за себя, я была режиссером-постановщиком. Для этих целей выбирались самые любимые игрушки, с кем у дочки была максимальная привязанность. «Светланушка, вытирайся скорее (перед сном), в комнате твоя Ляля одна в кресле сидит. А вдруг начнется фейерверк – ей одной там совсем страшно будет. Мы с тобой ее возьмем на руки, и она уже не будет так сильно бояться – ты же рядом и ей спокойно!», «Да вот так, садись ко мне на коленочки и прижимай ее к себе! – я ее обнимаю, а она куклу. – Погладь ее, возьми ее за ручку. Даже когда темно, она будет чувствовать твою руку и ей будет спокойно!»;

днем, в спокойной обстановке на выходных: «А давай Ляле покажем фейерверк? Это же так красиво. Он такой искрящийся, как белый снежок ранним морозным утром! Он умеет переливаться как северное сияние и искриться как мамины сережки с большим белым камушком внутри. Нет, не хочешь? А, понятно… ей даже смотреть на него страшно… Тогда давай ей расскажем, что мы его будем смотреть, но без звука… О, я вижу она уже ушла в другую комнату. Хорошо, тогда мы ей предложим это в следующие выходные...»

по дороге из садика в темное время, когда ребенок «на стреме», в ожидании страшного, сложно идет домой: «Слушай, а дома же темно, побежали скорее свет включим. Там же Ляля дома, ей в темноте страшно! Представляешь, будет взрыв, а ей ничего не видно, она плакать сильно начнет, нам потом ее с тобой не успокоить», «Помнишь, мы с тобой хотели как-то Ляле показать фейерверк, но она очень сильно его до сих пор боится, тем более тут снова как-то гремело на неделе. Может быть, мы просто посмотрим картинки и узнаем, что же это за такой зверь :) . Может быть, это такой зайчик мягонький и пушистый издает такой звук? Или, может быть, это такой мурлыкающий котик, который тебе в деревне пел песенки у печки, а тут в городе заблудился и кричит так громко, что потерялся?.. Смотри, оказывается, это вот что... Картинки…» Показываю ей разные иллюстрации фейрверков, они яркие и красивые. «Мне вот эта зеленая нравится я ее себе возьму. А тебе?..» Учимся актерскому мастерству, расставляем длинные паузы! Даем ребенку возможность чуточку выглянуть из своего страха и посмотреть на красивую оборотную сторону «страшных» фейерверков.

Красота спасает мир ребенка

работа с картинками. Картинка чего-либо и эта объемная вещь + картинка фейерверка и возможность тут же показать видео без звука. На каком-то этапе ребенок соглашается.

работа с видео. Ребенок ведется на специально подобранные только самые лучшие видео и систематически просит их смотреть. На каком-то этапе очень тихо включается звук. Параллельно со всем этим идет работа с куклами (вечерами, когда накаляются эмоциональные страсти). «Ой, смотри, там кто-то снова под одеялом дрожит. Наверное, это снова Ляля боится, что скоро начнутся взрывы фейерверков или звуки петард. Давай ей расскажем/покажем, какая это все-таки красота. Да, я знаю, звук громкий, и кажется, что он уже влетает в нашу форточку, но ты же помнишь, что это далеко и к нам это не прилетит, мы это можем увидеть только глазками», «Слушай, Ляля же такая у нас маленькая, может она уже забыла, давай ей еще раз расскажем, что это такое». На каком-то этапе ребенок подключается и проговаривает те моменты, что помнит. Взрослый внимательно слушает и мотает на ус – где пробелы.

работа на улице с упаковкой от петард и фейерверков. Так или иначе они повсеместно встречаются во дворах. Подходили к ним, разглядывали издалека, проговаривали, какая упаковка от чего и какая красота именно из этой упаковки вылетала. Поводили параллели «Смотри, видишь, как далеко она лежит и где наш дом и наши окошки. Она к нам не прибежит – ног у нее нет, не прилетит – крыльев, как видишь, у нее нет». Большой плюс во всем этом был от старшего сына, который без грамма страха все это брал в руки, крутил и вертел пред носом. После подобных параллелей всегда дома освежали память: «Помнишь, как далеко от нас на улице была упаковка из-под фейерверка? Да? Да, хорошо. Если сегодня снова кто-то будет заниматься пиротехникой, то они снова пойдут в то место. Люди знают, что дома этим никто не занимается!»

Мы можем и должны перерасти любые детские страхи. Основные моменты, важные для понимания, согласно системно-векторной психологии:
1. Осознание корня абсолютно всех страхов и фобий – страх смерти, свойственный зрительному вектору. Противоположными этому чувству является любовь, способность к эмпатии и сопереживанию.
2. На фоне подорванного чувства защищенности и безопасности определенные состояния фиксируют страхи.
3. Зрительные ужасы вытесняются через пару дней от фиксации в бессознательное, так проявляет себя самосохранение в действии. Потом мы можем и не помнить конкретного события, но цепочка появления панического состояния, всепоглощающего страха остается!

На тренинге Юрия Бурлана точно показаны механизмы формирования и выхода из страхов. Чтобы ребенок не замыкался на своем страхе, учим его быть чутким, соучастливым, заботливым к другим. Когда ребенок боится, он страдает за себя, когда сочувствует – он переживает за других. Это огромный диапазон развития зрительного вектора. Именно зрительники максимально расширяли чувственный диапазон! Учили выносить страх и свои эмоции наружу.

Эмоциональному ребенку со зрительным вектором мы даем возможность прочувствовать что-то очень приятное внутри нас, когда мы сопереживаем, сострадаем. Внутреннее наполнение любовью, как наивысшее возможное позитивное состояние в зрительном векторе, не оставляет даже толики наших чувств первобытному страху. Большее всегда перекрывает меньшее.

Счастливое детство наших детей – в наших руках. Вооружившись знаниями по системно-векторной психологии, вы можете помочь им преодолеть любые страхи и даже избавить от панических атак.

Будьте сами психологом своему ребенку! Записывайтесь на бесплатные онлайн-лекции по системно-векторной психологии Юрия Бурлана здесь.

Киров

2 июня 2015

Результат 2. Пишу отзыв после прохождения тренинга по системно-векторной психологии Юрия Бурлана по прошествии времени. Я не первый раз занимаюсь на тренингах: участвовала в динамической психологической группе, проходила индивидуальную психотерапию. Знаю, что у подобных вещей есть свой срок годности.

Результат может быть значительный, но через три-шесть месяцев после того, как состояние нормализуется, оно снова возвращается в минус. Ищешь одну причину в себе, находишь ее и живешь счастливо, пока организм не начнет искать следующую. Говорят, это «личностный рост». Поэтому прежде чем писать отзыв о тренинге по системно-векторной психологии, я решила выждать время и понаблюдать за реакцией организма и своим состоянием.

Скажу откровенно, когда я впервые увидела видеофрагменты лекций Юрия Бурлана, он мне сначала не понравился. Не понравилась манера общения, манера доведения материала. Еще и время не очень удобное, всю ночь не спишь, утром на работу, да и детки требуют внимания. Но состояние было такое, что все-таки пошла на тренинг.

Какое-то ощущение бессмысленности всего, депрессия. Постоянная ноющая тоска, или наоборот нездоровая суета, имитация бурной деятельности. Именно имитация, потому что, как правило, сама же все и рушила, в последний момент. Частые слезы. Непонимание, что со мной происходит. Не было ощущения себя, своего места в жизни, своего Предназначения, Пути. Часто просто «подвисала». Случалась агрессия. И постоянные слезы. Такое мое состояние, приводило к очень напряженным отношениям с мужем. К конфликтам между детьми. К обидам на родителей. Это ведь они виноваты, что мне так тяжело…

В общем, решила попробовать. И это был настолько правильный выбор!!! Только потом, в процессе прохождения тренинга, я поняла, что та манера подачи материала, которая меня сначала оттолкнула, и является единственно верной! Это отработанная годами система преподавания, дающая такой результат! Слишком много в нас фильтров заложено в процессе воспитания. Мы сами не понимаем, как они ограничивают наше восприятие нового, мешая услышать информацию, способную наполнить нас осознанием. Если бы я тогда поддалась своим сомнениям, я бы никогда не узнала важных для себя вещей.

Как дополнение к услышанному, здорово помогают конспекты на форуме Портала СВП и общение в группе. Когда ты слушаешь, что-то складывается, ты пишешь, выкладываешь в группу, потом читаешь конспекты других и видишь на сколько они по-разному написаны! У меня сложилось одно, у другого человека – другое. В итоге все складывается в общую картинку, более объемную! Идет групповая работа, и поддержка группы – это очень мощный дополнительный фактор, усиливающий результат!

Итак, что я получила от тренинга Юрия Бурлана:
Я получила другое качество мироощущения, другое качество понимания себя. Сложилась картинка – как я устроена. И ДЛЯ ЧЕГО я вообще живу? Почему у меня возникают именно такие желания, почему бывает ТАК тяжело? Как из этого выйти? На что я способна? Как устроены другие люди? Какие у них стремления, мысли, способности. Я поняла эти моменты для себя, и это просто перевернуло мои представления об окружающем мире!!!

В процессе прохождения тренинга по системно-векторной психологии я поняла такие вещи, для осознания даже очень малой части которых путем «личностного роста» мне бы потребовалось много лет! Но до большей части данного на тренинге я бы никогда не смогла дойти сама — это невозможно!!!

Я стала по-другому относиться к своим родителям. Простила и приняла их такими, как они есть. Приняла своего мужа. Его черты характера, которые раньше выводили меня из себя, сейчас я воспринимаю спокойно и с уважением, потому что знаю обратную сторону медали. Знаю их предназначение. И какая-то другая близость получилась, внутренняя связь. Бывает, злюсь на него, на какую-то ситуацию, потом начну сосредотачиваться на нем, и прямо понимаю его мысли, вижу ситуацию с его стороны. И это сразу все меняет. Меняет мое отношение, мои мысли. И небо проясняется, ситуация разрешается без взаимных обид и споров. И я так же знаю, что-то, что я чувствую в нем сейчас, это истинно, хотя словами он это никогда не скажет. Есть вектора, которые не говорят.

Есть, кстати, у психологов такая фишка – надо учиться выражать свои эмоции, говорить о них. Пыталась несколько лет «общаться» с супругом таким образом – вообще безрезультатно! Как об стенку горох. Расстраивалась, все стремилась (безуспешно) затащить его на семейную психотерапию… И только после тренинга по СВП поняла причину его интроверсии. Причем так отчетливо! И поняла, что такая психотерапия, не системная, а простая, сделала бы гораздо хуже! Я бы всем психологам, и особенно детским и семейным, советовала пройти этот тренинг!!! Ведь к людям, обладающим разными векторами, нужен совершенно разный подход!

По-другому стала относиться к своим деткам. У меня их четверо! Они такие разные и такие любимые!!! Определила их вектора. И изменила подход. Стала понимать, почему один малыш любит бывать в одиночестве и очень чутко реагирует на звуки. А другая малышка, наоборот, все время ищет компанию, чтобы поговорить. Понимаю, во что это потом во взрослом состоянии выльется, к чему есть способности и какое занятие, какая профессия им будет по душе, где они смогут наиболее полно себя реализовать. Как им помочь стать счастливыми!

И у них отношение изменилось. Они как-то ощутили, что я знаю, что они чувствуют, что я их понимаю. Особенно старшие, у них сейчас тяжелый подростковый период. Я увидела некоторые свои ошибки в воспитании старших детей. Ошибки от незнания. А знания эти в это время, в период взросления детей, особенно необходимы! Это непередаваемо важно, критически важно! Ведь многие якоря, которые заставляют нас во взрослом состоянии инфантильно валяться на диване, существуя, как растение, и чувствуя себя так же, родом именно из детства!

Я понимаю, чего категорически нельзя делать с детьми определенных векторов, что их калечит, а что наоборот, падает на благодатную почву и дает огромные преимущества в дальнейшем, — все это дается на тренинге Юрия Бурлана. И уже по одному этому критерию – он бесценен! Кто же не хочет, чтобы его ребенок вырос успешным, и самое главное – счастливым!!!

Все мы, как умеем, любим своих детей. Но к несчастью часто пытаемся из «рыбки» воспитать «птичку». В итоге получается – несчастная «рыбка» и разочаровавшаяся мама. И несчастная «рыбка» потом еще и претензии начинает предъявлять, когда вырастет. А за что? «Ведь я старалась как умела». К сожалению, здесь мало стараться. Надо знать, КАК!!! Сейчас такое время, когда незнание не освобождает от ответственности. Наоборот, если ты знаешь, что здесь можно получить такие знания и не получаешь – то это и есть твоя ответственность!!! Прежде всего перед детьми.

Еще хочу отметить результаты на работе. Я являюсь коммерческим директором компании, которая производит строительные материалы, проектирует и строит малоэтажные дома. Так как после тренинга начинаешь по-другому видеть людей, их ценности, стремления, сильные и слабые стороны, ты уже в автоматическом режиме начинаешь это учитывать. В работе с клиентами понимаешь, у какого клиента какой мотив, что будет для него ценно, на что они лучше реагируют в рекламе, как донести нужную информацию, на чем сделать акцент.

То же самое с сотрудниками. Смотрю, какой человек векторально подошел бы на конкретную должность, что здесь критично необходимо: дотошность, качественность, усидчивость или обаяние и эмоциональность и т.д., и подбираю сотрудников с учетом этого. Конечно, когда каждый на своем месте, ошибок делается меньше. Бывает, что какой-то вектор выбивается из твоих «идеальных» требований, но уже знаю, как его использовать или нивелировать, где соломки подложить. Знаю, кого как лучше вдохновить, у кого какой стимул. Очень помогает повысить эффективность!!!

Изменения, конечно, так же системны, как и полученные знания. Они начинают работать во всех сферах. Причем как-то автоматом, на автопилоте что ли. Самым неожиданным для меня был «побочный эффект» от прохождения тренинга по системно-векторной психологии: я начала писать стихи, шить кукол Тильда и рисовать. Конечно, я не стала великим поэтом и художником, но это доставляет такооое удовольствие!!!

Раньше было «хочу чего-то, но не знаю, чего, и так мне плохо от этого». А сейчас знаю, какие желания возникают по моим векторам, ищу, где именно нехватка и как ее восполнить. И жизнь действительно становиться наполненной!!!

Конечно, бывают периоды падений, сложных задач, это ведь жизнь, и она у каждого из нас бывает разной. Но сейчас я спокойно отношусь к таким вещам. Зная, что только так и происходит развитие, все движение идет между стремлением к жизни и стремлением к смерти, между плюсом и минусом. И только так оно возможно. И стараюсь использовать такой опыт по максимуму. И знаю, что это только начало…

Москва

17 августа 2015

Я сейчас прохожу второй уровень тренинга. Все откладывала написание результата, т. к. результатов много, а я все жду чего-то более глобального. Хотя, глобально или нет – это субъективная характеристика. И те изменения, которые произошли в моей семье после того, как я прошла тренинг, для моего сына, наверное, станут поворотными в его судьбе. Теперь я уверенно могу сказать, что системно-векторная психология Юрия Бурлана спасла жизнь моему ребенку!

У нас со старшим сыном разный векторальный набор, поэтому, естественно, я его не понимала. Уже дошло до состояния неприятия. Я начала его «ломать», чтобы «построить» себя. Он – кожно-зрительный мальчик – чувственный, слабый, плаксивый, но в то же время добрый, ласковый и сострадательный мальчик. Мне всегда казалось, что он психует и плачет по мелочам. Я ему ставила себя в пример – девочки, которая никогда не плакала. Говорила: «Я девочкой, была в 100 раз сильнее тебя и в 10 раз сильнее любого другого мальчика (конечно, я говорю не о физической силе), в кого ты ТАКОЙ?» В общем, смотрела и оценивала его поступки «через себя». Это и было главной ошибкой.

Уже после первых вводных лекций я осознала эту ошибку. Но если мой сын не такой как я, значит, надо разобраться, какой он, и как мне с ним себя вести, и вообще, чего ожидать от ребенка. Так я стала разбираться, почему он эмоционирует, как на него влияли мои крики, насильственное кормление и ремень, к которому иногда прибегали. И как надо себя с сыном вести, чтобы он полноценно развивался.

Оказалось, что тема детей просто необходима! Не только для родителей, дети которых на них не похожи, а для всех! Ведь сейчас дети не такие, как были наши бабушки, и даже не такие, какими были мы. Они другие. С гораздо большим объемом психического. И воспитывать их необходимо в соответствии с их векторальным набором, а не дедовским способом – ремнем и криком… Дети – наше будущее. Что мы из них слепим, то и получим в дальнейшем…

После занятия по зрительному вектору я начала больше обнимать сына, гладить по спинке, говорить, как люблю его, читать сострадательные сказки и вообще, больше разговаривать. Убрала насильственное кормление. Причем, все оказалось проще, чем я думала. Во-первых, просто начала его спрашивать, что приготовить, во – вторых, в два раза уменьшила порцию, в-третьих, перестала настаивать. Результат не заставил себя ждать. Сын стал увереннее в себе и послушнее. Кушать стал не просто хорошо, а с добавками.

Но это еще не все. Я все еще его не принимала. Понимала, как с ним надо себя вести, но не понимала, зачем он мне дан. У меня, такой сильной и властной, сын – слабый и плаксивый… Зачем? Ведь я могла его окончательно сломать, не зная системно-векторной психологии. И был бы сын у меня с самыми негативными сценариями кожно-зрительного мальчика!

И задавалась я этими вопросами до недавнего времени. Параллельно продолжала проходить тренинг 2 уровня. Но в конце апреля произошел случай, который изменил мое сознание, хотя раньше бы я просто не обратила на него внимания.

Мы с сыновьями – старшим шести лет и младшим полутора лет – пришли на школьную площадку. Там было много детей. Мой старший катался на роликах, а рядом играла в футбол компания детей лет 7-8. Они все использовали нецензурную лексику, но когда я пришла, все затихли, кроме одного. Я подошла к нему и попросила не материться. Сказала, что у меня маленькие дети, им не надо слышать мат. Он посмотрел на моих детей и сказал «ладно».

Мне этот мальчик стал интересен и даже почему-то симпатичен. Я стала за ним наблюдать. Самый маленький в компании, но его все слушаются. Позже он пришел и попросил у меня мяч, им для игры нужен был второй. Я конечно не отказала. И тут мой старший сын неудачно падает и начинает плакать. На самом деле, там всего лишь маленькая царапина, но плачет он, как будто там не меньше растяжения второй степени.

Я посмотрела, увидела, что все в порядке и отошла играть со вторым сыном. Но продолжала наблюдать. Когда сын решил снять ролики, к нему подошел наш новый знакомый и спросил, что случилось, почему он плакал. Сын сказал, что упал, тот, участливо: «Больно?» Сын: «Было больно, сейчас прошло». Мальчик: «Ты в следующий раз аккуратнее, надо падать вперед, а не назад»… И позвал его играть в компанию.

На следующий день мы пришли играть с тарелкой. Те же ребята играли в футбол. Надо сказать, очень неплохо у них получалось. Мой младший сын не хотел сидеть с нами и побежал по своим делам. Понятно, что мне пришлось идти за ним, а старший лишился партнера по игре.

Я спрашиваю ребят, не хотят ли они играть в тарелку, я-то не могу, надо за маленьким следить. Компания была увлечена футболом, но наш новый знакомый сказал, что хочет. За ним подтянулись и другие. Хотя, параллельно они продолжали и мяч друг другу пинать.

Игра в тарелку была для них не к месту. Но они пошли за своим лидером. Вдруг один из игроков попадает тарелкой по ноге моему сыну. Сын театрально изогнувшись восклицает «Ай!». Мне за него даже стало стыдно. Я в тот момент подумала: «Боже, ну как же ему ранжироваться среди мальчиков, когда он ведет себя, как девочка?!» И все посмотрели так непонимающе на моего сына, а их лидер очень резко рявкнул на того, кто кинул эту тарелку.

Уже я подошла, сказала: «Ну он нормально кинул-то, просто по ноге попало, надо было отойти». А мальчик: «Значит точнее надо кидать, чтобы не попадало по ногам!». Я говорю: «Ну ладно, как скажешь». И вот тут я поняла. Когда я попросила мальчика не материться, сказав, что дети у меня маленькие, возложила ответственность на этого мальчика. Он же принял в свою компанию моего сына и взял на себя за него ответственность.

Я поняла, что не мне дан такой слабый сын. А я – сильная – дана ему. В данной ситуации я помогла ему найти место в компании, в каких-то других ситуациях я смогу его защитить. А главное – помогу развить в нем его огромный потенциал. Именно я ему дана! С этим осознанием ко мне пришло еще и понимание того, что я нахожусь внутри общества. Я не одна, я – часть общества. И даже для таких сильных людей, как я, осознавать себя частью огромного мира – большое счастье!

Донецк

27 марта 2016

Эту историю следовало бы начать так: «Здравствуйте. Меня зовут Евгения Астреинова, мне 36 лет, и я искалечила судьбу собственного сына».

Но нам свойственно оправдывать себя сердцем. У нас всегда виновата жизнь – наши родители, трудное детство, недочеты педагогов, партнеры по браку и лично Господь Бог. Кто угодно, кроме нас самих. Посему человеку свойственно выносить наружу лучшие части себя, в то время как все самое больное и уродливое продолжает оставаться внутри. И пока мы упрямо не признаем его наличия и отказываемся смотреть этому в лицо – любое по-настоящему значимое очищение души вряд ли возможно.

Некоторые читатели форума и статей по аутизму, возможно, уже знакомы с другой Евгенией Астреиновой, которая много лет мужественно боролась с диагнозом «аутизм» у собственного ребенка, преодолела огромные психологические трудности проблемного детства, неудачного замужества и даже стала одним из организаторов проекта «Особый ребенок», в помощь аутичным детям и их семьям. Не пугайтесь, это действительно тоже я. Точнее одна из моих сторон.

Однако, куда больший интерес представляет сторона другая, и лежит она в области ответа на вопрос «Почему именно такой ребенок? Почему именно у меня?». Признаюсь, эти вопросы я задавала себе много лет со дня постановки диагноза своему сыну. Ответы нашлись во время прохождения тренинга по Системно-векторной психологии Юрия Бурлана, и далеко не с первого прослушивания. Почему не с первого? Именно потому, что мы оправдываем себя сердцем и упорно пропускаем мимо ушей те слова, которые призывают нас взять на себя личную ответственность за собственную жизнь во всех ее самых неприглядных подробностях.

Но когда-то пора начинать. И видимо, мое время пришло.

«Мне и в жару без тебя — стыть. Мне без тебя и Москва — глушь…»
Для начала – о любви. Вечной, бесконечной, воспетой лучшими поэтами всех времен. Много лет я искренне полагала, что люблю своего мужа. На самом деле было бы куда более верно назвать это жаждой потребления. Не материального, что было бы куда проще. Жаждой душевной и духовной, этакой попыткой заткнуть с помощью другого человека зияющие раны собственной души.

Мы играли в одной рок-группе. Оба со звуковым вектором, далеко не в лучших состояниях. Он вовсе не стремился жениться на мне. С упорством, достойным лучшего применения, я продолжала добиваться своего в течение двух лет. Тогда я еще не понимала, что можно принудить человека разделить с тобой жизнь, постель и даже последнюю корку хлеба, но вот принудить кого-то к любви попросту невозможно. Незапланированная беременность все-таки повернула судьбу в сторону нашего бракосочетания, да только счастья это не принесло никому.

Все чаще в отношениях появлялся холод и безразличие. А во мне росли и множились и звуковые, и зрительные нехватки, которые я не умела наполнять сама. Постоянная депрессия, практически всю беременность. Мысли о суициде. А первые годы жизни сына были отмечены моими постоянными зрительными «раскачками», с истеричными обвинениями в духе «Ты меня не любишь, не жалеешь…».

Зрение и звук недаром составляют, как говорит Системно-векторная психология Юрия Бурлана, единую квартель информации, и тесно связаны между собой внутри человеческой психики. Раскачанные зрительные нехватки в конце концов привели меня к тому, чтобы возненавидеть само провидение, уготовившее мне столь плачевную судьбу. Для лучшего понимания приведу здесь отрывок собственного стиха тех лет:
И как раненный зверь, избито и пошло, но правда – вен суицидальный порыв,
И в никуда стремленье…Любовь – загадка.
Не научишь. Не заставишь. И не убьешь. А как бы хотелось!
И вновь под беспечным и вечным напором рушатся стены.
Откуда ты? Кто ты? Убить бы сам тот источник, Любовь породивший!

Людям со звуковым вектором, да и тем, кто просто внимательно слушал лекции по системно-векторной психологии (СВП), нетрудно будет определить в этом крайний полюс негативного состояния в звуке – ненависть к высшей силе, мирозданию, Богу…

Закономерные следствия
О последствиях несложно догадаться. В возрасте 3,5 лет сыну поставили диагноз «аутизм». Сейчас, благодаря СВП, я понимаю, что стало причиной. Если б я знала это тогда…

Наш ребенок от рождения обладал звуковым вектором. Как и у всех звуковиков, его особо чувствительной зоной было ухо. Крики, громкие звуки были абсолютно губительны для него, это болевой удар, основная причина нарушения формирования способности звуковика к сосредоточению на звуках внешнего мира…

Сейчас даже бесполезно гадать, стал ли аутизм последствием внутриутробной травмы ребенка от нежелания матери жить, тяжелых звуков депрессивной рок-музыки вокруг… Или уже после рождения такие следствия породили неблагополучные отношения в семье.

Оба ключевых нарушения, о которых Юрий Бурлан говорит на тренинге, налицо. Наш ребенок рос в атмосфере, непереносимой для звуковика. Напряженное выяснение отношений и ночные скандалы родителей, когда отец приходил нетрезвым под утро… Утрата эмоциональной связи ребенка с мамой. А как вообще можно установить эмоциональную связь с той, которая тянет любовь на себя, вместо того, чтобы отдавать ее другим? Конечно, мое тяжелое психологическое состояние, эмоциональное перенапряжение и отчаяние не могли не отразиться на ребенке.

В результате происходящего, наш ребенок полностью утратил чувство защищенности и безопасности и ушел в свой собственный, внутренний мир. Когда внешний мир становится непереносимым источником боли, звуковик бессознательно отгораживается от него, теряет способность к экстравертации, сосредоточению на происходящем снаружи. Уже как следствие ухудшается контакт, катастрофически снижается способность к обучению…

Он не смог усваивать общеобразовательную программу, проучился только 4 класса. А вот музыкальную школу по классу фортепиано закончить все же удалось. Сейчас сын занимается пением. Искренне надеюсь, что это станет неким связующим звеном между моим ребенком и обществом.

К чему душевный эксгибиционизм?
Возможно, читателю интересно, для чего я вообще затеяла эту странную исповедь. Ответом вполне может служить нынешнее состояние мира, в котором мы живем. Нехватки человечества в звуковом векторе столь огромны, что сегодня они порождают огромное количество психически больных детей, число которых продолжает расти ежегодно. С другой стороны, растет сумасшедшая ненависть, проявляя себя войнами, даже внутри исторически единых народов.

Наши эмоциональные связи тоже далеки от совершенства. Мы чаще требуем от окружающих любви к себе, вместо того, чтобы отдавать ее другим людям. И в общем гигантском объеме человеческой психики сегодня зияют огромные дыры, пустоты, размером с наше общее будущее. Такое наследство мы массово передаем сегодня нашим детям.

Даже среди тех, кому удалось вырастить своего ребенка здоровым психически, избежать проблем с наркотиками или сектами, крайне немного тех, кто способен похвастаться прекрасным здоровьем и гармоничными отношениями в семье. А ведь большинство физических недугов имеют именно психологические корни.

И все-таки надежда есть…
Надеждой для всего человечества по-настоящему является только познание самого себя. Осознание зла в себе самом. Пока мы продолжаем искать причины нашего несчастья снаружи, мы сами лишаем себя возможности изменить что-либо в этом деструктивном сценарии. Если в моих бедах виноват кто-то другой – я бессилен что-то изменить.

В свое время поворотным моментом в моей личной истории стало именно понимание того, что мне некому делегировать свою ответственность за происходящее. На тот момент еще толком не было ни литературы, ни методов коррекции аутичных состояний. Пришлось разрабатывать этот путь самостоятельно.

Вместе с болью ответственности всегда приходит и сила. Если я – причина всему тому, что происходит в моей жизни, то именно я – тот, кто способен изменить ее. И если не я, то кто?

Глубинное осознание причин того, как мы сами вносим хаос и разрушение, болезни и конфликты в наш общий мир, приходит к людям на тренинге по Системно-векторной психологии Юрия Бурлана. Осознавая это вместе, мы способны взять, наконец, на себя ответственность за мир, в котором живем, и качественно изменить этот сценарий к лучшему.

Липецк

19 августа 2016

Результат, про который я хочу написать, особенный. Именно в поисках решения этой проблемы я записалась на тренинг по Системно-векторной психологии три года назад.

Гром среди ясного неба

Вспоминаю осень 2013 года. Мой сын, которому было 12, сказал, что больше не хочет заниматься плаванием. Это прозвучало как гром среди ясного неба. На попытки выяснить причину я не получила никаких вразумительных ответов. «Не хочу» и точка. «Что это? Почему?» – у меня проносились сотни вариантов ответов, рисовались страшные картинки, чем же ребенок будет теперь заниматься в свободное время, строились планы, куда бежать, с кем говорить, у кого просить совета.

«Как же так? – не укладывалось в моей голове. – Ведь он плавает с четырех лет. У него великолепные физические данные, уже выполнил юношеские и частично взрослые разряды. Перспектива просто отличная: кандидат в мастера, потом мастер спорта. Ведь все хорошо. Так в чем дело? Может, это просто подростковый бунт такой? Надоело напрягаться, ведь тренировки каждый день? Лучше сидеть дома за компьютером?»

Много суеты

Попытались надавить, отвезли в бассейн «через не хочу». Бесполезно. Он просто уходил оттуда, дождавшись, пока мы, родители, уедем. Я побежала к тренерам. В ответ они просто пожимали плечами и строили предположения, что, возможно, за кем-то потянулся, попал в плохую компанию, влюбился и так далее.

Потом я разговаривала с учителем физкультуры в школе, потом с кем-то из родителей, у которых дети тоже бросили бассейн. Я даже пошла к психологу. Первый и последний раз в своей жизни. Но и здесь результата не было. Более того, поняла, что с таким же успехом я могла бы сидеть на месте психолога, а она – в кресле пациента.

Разговоры «по душам» с сыном тоже не вносили ясности. Только один раз на мои слова, что жалко бросать плавание, в которое вложено столько сил, времени, что он ведь хотел стать мастером спорта (он, действительно, сам говорил об этом), сын заплакал и сказал: «Мама, это ТЫ всего этого хотела, но не я».

Что-то где-то ёкнуло у меня, блеснул какой-то луч осознания: а правда, не я ли все это придумала? Но нет, разве можно признаться себе в этом? Разум быстро нашел объяснения, привел массу доказательств, убедил, что я замечательная мама, никогда не давлю на детей и так далее.

Выход есть

В этот же период в интернете мне попалась системно-векторная психология Юрия Бурлана. Было невероятно интересно: я читала библиотеку на портале, приходили какие-то осознания, и я записалась на тренинг с надеждой решить вопрос с сыном. Что я хотела? В глубине души – вернуть его в спорт. Ни больше ни меньше.

Во время прохождения тренинга сначала пришло понимание себя, своего состояния. В первую очередь осознания стресса в кожном векторе, который заставлял мельтешить, делать миллион ненужных, пустых дел и сбивал с ритма моего сына с анально-звуковой связкой векторов, которая задавала ему абсолютно противоположные мне желания – к неторопливой жизни и сосредоточению на своем внутреннем мире.

Это осознание позволило успокоиться, мысли перестали лихорадочно метаться. Я больше не торопила сына, не дергала, что вот надо быстрее начать чем-то заниматься, почему ты сидишь дома, а мог бы сделать то-то и то-то. Не прошло и месяца, как я услышала от него: «Мам, ты какая-то другая стала».

Занятия по звуковому вектору расставили все по местам, и бесконечные вопросы получили четкие ответы, с полным описанием причин и следствий.

Хочу, чтобы он…



Для моего анально-звукового с кожным и зрительным векторами ребенка, конечно, плавание было замечательным видом спорта, если бы он занимался им непрофессионально, а просто для поддержания своей физической формы. В анальном векторе нет желания к соревнованию, к борьбе, во что бы то ни стало приплыть первым, быть быстрее, чем другие. Я сама индуцировала своего сына, эмоционально накручивала, говорила: «Давай, ты сможешь, ты будешь первый, у тебя все получится!»

И у него, действительно, получалось. Но только огонек в его глазах быстро гас, и нужно было снова зажигать его. Я это все видела, но не хотела признаться самой себе (а в общем-то, и не понимала), что это было МОЕ желание, это Я хочу, чтобы мой сын был первым и стал профессиональным спортсменом. А он послушный анально-зрительный «золотой» ребенок, который не хочет расстраивать маму и будет делать то, что она ему скажет.

Осознание

Но самое неожиданное осознание пришло после лекции по звуковому вектору. Этот вектор доминантный, и его состояние влияет на состояния в других векторах. Не будут удовлетворены желания в звуковом векторе – всем векторам будет плохо.

С началом пубертата (11-12 лет) у подростков со звуковым вектором особенно остро могут пробуждаться глобальные философские вопросы. Они начинают бессознательно искать ответы на вопросы бытия, смысла жизни, своего места в ней.

Спорт – прекрасное наполнение желаний кожного вектора к движению, к соревнованию, к успеху. Но если у ребенка есть звуковой вектор, то одним спортом здесь не ограничиться, да и профессионально он заниматься им не будет. Этого просто до невозможности мало для наполнения. Так и произошло с моим сыном.

Что дальше

Через год после того, как мой сын бросил бассейн, он взял в руки гитару. Обычную старую гитару, которая пылилась у нас много лет, и я периодически собиралась ее выбросить. Без учителей, совершенно самостоятельно, с помощью видео-уроков он научился играть. Через 3 месяца мы подарили ему уже хорошую профессиональную гитару. Еще через полгода он сел передо мной и сказал: «Послушай, мам, я сочинил музыку»…

Сейчас я пишу эти строки, и у меня наворачиваются слезы на глаза. Почему? Потому что безумно жаль, что я не познакомилась с системно-векторной психологией Юрия Бурлана раньше, когда моему сыну было хотя бы лет пять. Тогда бы я знала, что из детей со звуковым вектором не надо делать спортсменов, а лучше отвести в музыкальную школу. Тогда бы я понимала, что анальному малышу противопоказана спешка, его нельзя подгонять и торопить.

Я бы не подтрунивала над его какими-то непонятными орфографическими ошибками, а забеспокоилась бы, так как это один из признаков дислексии, которая бывает у звуковых детей. Более того, невинные, как мне казалось, шутки насчет ошибок, больно ранят его кожный вектор и взращивают в нем чувство неуверенности. Я бы понимала, почему анальный малыш часто обижается и долго помнит все обиды. Я бы не говорила своему зрительному ребенку: «Вытри слезы, будь настоящим мужчиной! Что ты, как девчонка, расплакался?» И НИКОГДА бы не отпустила его с папой на охоту, где он увидел, как стреляют в живых лисиц. И у моего сына не ухудшилось бы зрение. Горько осознавать все это.

Я очень завидую сегодняшним родителям, которые получат знания по системно-векторной психологии Юрия Бурлана и смогут избежать трагических ошибок в воспитании своих детей.

Эпилог

Все же мне повезло. Я успела. Сегодня мой 15-летний сын играет на гитаре, сочиняет музыку, занимается вокалом. Он чувствует огромное удовлетворение и гордится, что всего этого добился сам. Он не бросил спорт, занимается легкой атлетикой в удобном ему режиме. Ему не нужно быть профессиональным спортсменом, ему вполне достаточно пробежать кросс и внести свой вклад в командный зачет, уметь подтягиваться на турнике, отжиматься, иметь хороший пресс. Теперь он не стесняется своих слез, потому что знает, что такова его природа и стыдиться нечего.

Когда мой сын был маленьким, я часто говорила, что не понимаю его. Ну вот совсем. Дочь для меня была как открытая книга, а сын – нет. И было очень тяжело жить с этим непониманием. Сейчас не осталось никаких вопросов. Я знаю, как вести себя, что говорить, как говорить. Я знаю, что не надо перескакивать с темы на тему (как обычно я делала) в разговоре с ним; что нужно обязательно заметить его старания и сказать ему об этом, если он помыл посуду или выучил новую мелодию, или получил хорошую отметку в школе. Я знаю, что нужно обязательно сразу попросить у него прощение, если невольно обидела.

Я понимаю, почему иногда у него в глазах я вижу боль. Эта боль однажды вылилась в ссору и слезы. «Я не знаю, что со мной. Мне иногда ничего не хочется. Зачем? В чем смысл?» – такие слова я услышала. И у нас был разговор. Разговор о том, что у всех людей от природы разные цели и задачи, разные желания, разные ценности; что психика человека складывается из восьмимерного объема, восьми векторов. Семь векторов имеют материальные желания и только у одного – звукового – желания лежат в нематериальной плоскости. Они заставляют человека задавать вопросы о смысле жизни. И это главные бессознательны вопросы, которые требуют ответа, поэтому все остальное, карьера, деньги, успех, уходит на второй план.

Это был долгий разговор. Слезы высохли, появилась надежда в глазах. Я спросила: «Тебе стало легче?» «Да. Спасибо», – был ответ.

Смогла бы я понять без знаний системно-векторной психологии, что происходит с моим сыном и поддержать его? Уверена, что нет. А сейчас, несмотря на подростковый возраст сына, между нами больше взаимопонимания и доверия, чем когда-либо раньше.

г Санкт-Петербург

24 февраля 2021

Всю свою жизнь до тренинга я жила неосознанно, как будто вслепую, в темных очках. Мой папа с детства объяснял мне мир с научной, биологической точки зрения. Как итог — я не верила ни во что: религии казались мне сказками, а наука не давала ответов на все вопросы. Я искала неизвестно чего и хотела сбежать из чужого, непонятного мира.

Вначале убегала в различные книжки, пряталась от людей в них. Но, когда родила ребенка, пришлось столкнуться с реальностью, и убежать уже не получилось. Появилась депрессия, плохие суицидальные мысли. Я продолжала искать информацию о мире, людях, но в какой-то момент стала ненавидеть всё и всех вокруг. Это были невыносимые состояния, бесконечный круг заблуждений, страданий, злобы и обид на окружающих. Выйти из них не получалось ни самой, ни с психологом. Как жить, когда тошно и плохо, как работать и общаться с другими людьми?

Выход мне подсказал мой хороший знакомый: порекомендовал пройти тренинг Юрия Бурлана. Я всегда делаю все обстоятельно и осторожно, поэтому, тщательно изучив портал «Системно-векторной психологии», я почувствовала любопытство, прошла первые пробные занятия и записалась на тренинг.

Мой первый результат появился еще во время тренинга, и этот результат меня ошеломил. Как интересно, оказывается, изучать историю. После университета я ее забросила и не вспоминала, но после занятия села и стала выписывать и вычитывать биографии, события, незнакомые мне понятия, которые произносил Юрий Бурлан. Я думала, что я и так все знаю, а оказалось, что не знаю ничего. Что мне не хватит жизни, чтобы изучить всё интересующее меня. Внезапно проснулся огромный интерес к жизни, к познанию, я стала обсуждать свои мысли с другими людьми, спорить с ними на разные темы.

Раньше я не могла спорить, потому что считала себя настолько незначительной, что не могла посметь с кем-то спорить на какую-либо тему. Тренинг вернул мне мою природную любознательность, интерес к жизни, смелость. Мне объяснили жизненные законы, с помощью которых легко жить и контактировать с остальными людьми. Я поняла пользу психоанализа для человека, когда он учится разбираться в себе, понимает себя, свою суть и других людей. Сейчас я составила точную картину мира, где на мои сомнения, догадки, вопросы есть ответ. Это очень облегчает жизнь, когда есть правила жизни.

Вскоре, в процессе тренинга, прошли различные страхи: темноты, маньяков и болезней. На душе всегда тепло при любом раскладе, появились чувство любви к жизни и стрессоустойчивость. Сейчас я гораздо лучше понимаю смыслы слов, которые слышу, разрешаю себе жить и общаться с людьми.

Большим достижением тренинга я считаю уход моей обиды на маму. При любом разговоре я срывалась на нее, огрызалась. Мама недоуменно спрашивала каждый раз, за что я ее так ненавижу. Я не могла этого понять, она просто очень раздражала меня. Сейчас мы общаемся хорошо, я чувствую к ней добрые положительные чувства. Она стала мне близким человеком.

После тренинга стали приходить новые результаты. Стала испытывать чувства не на треть, а на сто процентов: при просмотре грустного фильма — море слез, сдерживаемых ранее. Во мне оказалось море невыплаканных слез, непрожитого горя. Непередаваемо жалко героев книг, проживаю их боль в своем сердце как свою, и огромное сопереживание к людям, понимание людей. Чувствительность, диапазон чувств увеличились в разы. Нет больше жадности на чувства, только бы не выдать излишек. Здорово жить на полную и не жалеть об этом.

Особым результатом для меня стало понимание моего пятилетнего сына, ушло раздражение на него, непонятная злость. У него раньше были жуткие истерики, постоянные истерические припадки; я не понимала, что с этим делать, было страшно. Еще с 3 лет он начал подходить к окну и говорить, что выпрыгнет, ведь жить все равно нет смысла. Но оказалось, говорил он так от боли после того, как я делала ему больно своими словами.

Изучение детской психологии до тренинга, конечно, не помогало, так как я сама была в плохих состояниях. Сейчас таких истерик у сына нет, потому что у меня хорошо, спокойно, ровно на душе. Когда ребенок начинает проявлять недовольство, я мягко успокаиваю его. Бывает, когда снова злюсь на него и начинаю ругаться, смотрю на него и понимаю, что я делаю сейчас совсем не то, что нужно, обнимаю его, успокаиваю. Хочется отдавать ему любовь, воспитать отличного человека. Раньше такого не было: как бы спокойна я ни была изначально, он выводил меня из себя абсолютно всем. Я искала проблему в нем, не понимая, что он копирует мои состояния. Чтобы стабилизировать состояние ребенка, необходимо начинать с матери.

Вспоминаю себя год назад, и мне становится страшно. Потерянный человек, не понимающий, как жить. Я хотела садиться на антидепрессанты, потому что каждый день была мука: беспросветное существование, бесполезное, безнадежное, безрадостное. Сейчас я знаю, что нужна этому миру, что нужна своему ребенку, необходимо вырастить из него достойного человека, продолжать реализовываться в своей профессии, реализовывать свои желания и начинания, изучать других людей.

Результаты тренинга были для меня сравнимы с волшебством, в которое вроде уже не веришь, но все равно ждешь. Планирую пойти дальше в изучении СВП, углублять результаты, изучать новые смыслы. Благодарю «Системно-векторную психологию» и одного хорошего человека, который посоветовал мне пойти на тренинг.

Талдыкорган, Казахстан

30 марта 2016

Хочу рассказать о своих первых результатах после прохождения тренинга по Системно-векторной психологии Юрия Бурлана. После второй вводной бесплатной лекции у меня нормализовалась температура тела. Много лет она держалась около 37.4, хотя анализы были нормальные. Врачи не знали, что со мной. Потом температура вновь поднялась, потом снова исчезла. То есть стали появляться просветы. Сейчас я ещё не до конца прошла первый уровень, но тенденции очень обнадёживающие.

Не хотелось жить. Думала, что схожу с ума
Раньше не было и дня, чтобы я не ревела, а точнее, не было и часа. Всё это отражалось на детях, которые всякий раз спрашивали, что случилось. Каждый день болело сердце.

Мне не хотелось жить, просыпаться каждый день и видеть реальность, которая меня окружает. Поскольку младшему ребёнку только год, я разумом понимала, что сводить счёты с жизнью будет предательством по отношению к малышке и старшим, ещё тоже маленьким детям. Но бывали моменты, когда мне становилось всё равно, предательство это или нет.

Всякий раз во время секса передо мной появлялись образы моего разорванного, окровавленного тела. Я думала, что схожу с ума. Появились мысли о походе к психотерапевту за медикаментозной помощью.

Перестала все время плакать. Ушел страх темноты
И вот во время тренинга по Системно-векторной психологии как-то плавно начались изменения, вначале едва уловимо. Вдруг стала замечать, что уже несколько дней не пью «Корвалол». Потом, что уже давно не плачу. Ощущение, будто мне сделали обезболивающий укол от душевных мук. Я настороженно ждала, когда же закончится действие этой анестезии. Но результат держался и продолжает держаться.

После занятий по зрительному вектору, на котором происходит проработка страхов, спустя примерно неделю, словно для демонстрации изменений, произошедших во мне, случилось следующее. У нас в посёлке нередко отключают свет. И тут это случилось в очередной раз.

Раньше я боялась темноты, хотя старалась и не показывать детям свой страх. Но муж знал о моей особенности и в темноте всегда старался со мной говорить или брать за руку, пока мы не включим фонарик или не зажжём свечу. До рождения детей, пока я несла ответственность только за себя, это выглядело так: гаснет свет, я закрываю лицо руками и кричу диким воплем. Когда появились дети, я титаническими усилиями сдерживала крик, но меня охватывал полнейший ужас. Это была неуправляемая реакция, и как бы я себя, взрослая тётенька, не уговаривала, что вокруг нет опасностей, ничего не помогало. Так было всю мою жизнь.

И вот сейчас, когда погас свет, я была одна, вдали от всех домочадцев, в дальней комнате. Первое ощущение: «Нет страха…», потом мысль: «Свет же погас!», потом мысль: «Я же одна!» Появился лишь страх того, что сейчас после осознания, что я одна и что погас свет, я вновь начну бояться. Но этого не произошло.

Я вдруг услышала прекрасную тишину, которую не слышала так давно, целую вечность… Я вообще уже даже не помню, когда я её слышала в последний раз. И вот, наконец-то: я и тишина — красивая, ровная, спокойная, любящая… Я стала рыдать от счастья. Я даже не могу передать это ощущение словами.

Муж и дети уже мчались через весь дом в темноте спасать меня, а я просто вышла и спокойным голосом стала разговаривать со всеми, объяснять, где свечи лежат. Зашла одна в прихожую, где даже днём темно, достала фонарик. Раньше всё это за меня делали старшие дети и муж, потому что я просто замирала в оцепенении и не могла сдвинуться с места.

Я дышу полной грудью
После занятий по звуковому вектору наслаждение от тишины усилилось. Уши стали более восприимчивы к звукам. Любой звук стал восприниматься как через рупор, даже болезненно поначалу. Возникла большая, чем раньше, потребность находиться в уединении, в тишине. Идя по улице, я стала слышать звуки, которых раньше не замечала, звуки самой жизни. Скрипы, шорохи, звуки ветра, автомобилей, пения птиц, шелеста своей одежды. Я вспомнила, что так слышала в детстве. Это так прекрасно!

Потом к этому ощущению добавилось ощущение невесомости тела, как будто я не чувствую своего веса. Чуть-чуть ощущаю боль в проблемных местах своего тела: вена на ноге, позвоночник – место травмы (полгода назад подняла мешок весом 50 килограмм). Но всего тела не ощущаю, в груди легкость, словно пустота во мне, в хорошем смысле. Я только в сравнении поняла, что было со мной до этого.

Вероятно, когда говорят, что «на душе легко», это как раз об этом. Я дышу не просто полной грудью, а как будто грудная клетка срослась с миром, со всей Вселенной, будто я растворилась в ней. Как будто я растворилась в воздухе и перемещаюсь в пространстве лишь по старой привычке. Казалось, дунет ветер, и я полечу.

Атмосфера в семье стала лучше
Обозначились тенденции к улучшению и в моей сексуальной жизни. В отношениях с мужем нашлись точки соприкосновения. Между детьми отношения также улучшились. Атмосфера в семье стала лучше.

У 11-летней дочери была аллергия. Значительные улучшения в ее состоянии начались во время тренинга через две недели после изменения моего отношения к ней. Я стала учитывать её обидчивость и обострённое чувство справедливости, стала больше уделять внимания. Делать массаж. Я стала лучше понимать ее потребности, и она это чувствует.

Еще одна дочь была очень эгоистичной. Поскольку она старшая, ей уделялось необоснованно много внимания и оказывалось чрезмерное доверие. По отношению к ней я, вооружённая знаниями, полученными на тренинге Юрия Бурлана, ввела определённые рамки и запреты. Вскоре у неё улучшилась осанка, усилился аппетит (у нее была склонность к анорексии). Повысилась успеваемость и даже, несмотря на моё теперь строгое отношение к ней, у нас появился контакт.

Сын 10 лет был неуправляемым и неуравновешенным. Следуя рекомендациям Юрия Бурлана, я сумела найти с ним общий язык, и мой сын стал спокойным, веселым мальчиком, ответственным за младших и за всю семью. Оказывается, что разговаривать с ним нужно было чуть ли не шёпотом. Проблема решается так просто, когда знаешь, в чем она заключается. А я столько лет выходила из себя, переходя на крик.

4-летняя дочь была негативно настроена, вообще не воспринимала мою похвалу. Я её хвалю, говорю: «Ты молодец!», а она: «Не молодец, фу!..» Я ничего не могла понять. Любому скажи, что молодец, он будет рад. Что я делаю не так? Задавала много раз себе такой вопрос. Была в недоумении. Попробовала однажды выразить восхищение, как советовал Юрий Бурлан на тренинге, и была такая реакция! Для меня это было на грани фантастики! Казалось бы, какая разница, как похвалить? Ан нет… Разных детей нужно хвалить по-разному.

Я уж думала, что никогда не увижу её такого очаровательного, расслабленного, удовлетворённого лица. Она засияла и одобрительно закачала головой. До этого она меня никогда толком не обнимала, была как ежик. А тут стала часто обнимать. Не узнать стало ребенка. Главное, я теперь знаю ключ к её душе!!!

Я пыталась раньше воспитывать своих детей под одну гребёнку, одинаково ко всем относиться. В итоге, в нашей семье было, как лебедь, рак и щука — все в разные стороны. Не подозревала, что то, что для одного хорошо, для другого – смерть. Что только внешне дети похожи, а изнутри они такие разные, и к каждому подход нужен порой радикально разный. Поэтому раньше речи о гармонии в семье просто не шло. Теперь понимаю, что без знаний Системно-векторной психологии Юрия Бурлана с этими проблемами было не разобраться!

Выражаю ОГРОМНУЮ БЛАГОДАРНОСТЬ Юрию Бурлану и его команде!!!

Осло, Норвегия

28 мая 2014

Результат 2. Вот случилось такое, «особенный ребёнок» в семье. Что это значит для нас? И для общества в целом? Как принять? Как реагировать?

Наверное, для каждой мамы ребёнок не абсолютно здоровый по каким-то меркам, является «особенным». Как это может повлиять на нас? Ведь это может стать открытой раной на всю жизнь, и кто бы её не пытался лечить или подбросить соли — это всегда больно!

Или возможно, осознав свою природу и природу своих близких и окружающих, их состояния, поняв, что управляет их поведением? И это сможет улучшить жизнь, позволяя смотреть на ситуацию под другим углом, из своих других состояний. Есть ли средство для осознания происходящего?

Системно векторная психология Юрия Бурлана даёт ответы на эти вопросы.

Одна из основных проблем, с которой могут столкнуться родители «особого ребёнка» — это неадекватная реакция общества. Ведь многие дети, не имеющие физических отклонений, но имея проблемы психического характера, внешне выглядят абсолютно нормальными. Реакция людей на поведение, выходящее за пределы общепринятого на Западе и в России различны.

Мне лично довелось побывать в такой ситуации, и это непросто. Когда у моего ребенка случился приступ в общественном месте, сразу же нашлись «доброжелатели и советчики», громко дав пару советов «никудышней мамаше» как необходимо правильно воспитывать детей. Так наша российская сопричастность выражается во всем, и это неплохо.

Но на тот момент у меня не было знаний системно-векторной психологии, и оценить ситуацию было невозможно. Уставшая и обессиленная, я что-то пыталась буркнуть в ответ одной такой даме, тем самым то ли пытаясь что-то объяснить ей, то ли просто защититься.

В этом плане нам отчасти повезло жить с таким ребёнком в Европе, где кожный менталитет держит себя на расстоянии от подобных инцидентов. Да и состояния у людей здесь лучше, нежели в России.

Теперь после тренинга, столь болезненных реакций на придирки в обществе у меня нет и не будет, так как есть понимание, что управляет этими людьми, почему кто-то спокойно прошел мимо, а кто-то так и хочет съязвить, а точнее выплеснуть наружу «своё» внутреннее состояние. Понимание и знание происходящего во многом улучшило моё внутреннее состояние, поменяло взгляд на ситуацию в целом. Всё это, несомненно, отразилось и на моей семье и моём ребёнке.

Немного моей истории

У нас родилась дочь, была желанным ребёнком. Беременность и роды прошли хорошо. На третий день из роддома — уже домой. Всё тихо и спокойно, у всех радость. Но спустя неделю малышка начинает страшно кричать и плакать. Причина не находится, вроде всё есть у неё, решили, что колики. Но ребенок так и не успокаивался.

Её крик вводил меня в состояние полной замороженности, одновременно хотелось бежать из дома. Я стремилась делать все возможное, чтоб её успокоить и наконец воссоздать тишину.
Но дочка всё кричит, местные врачи разводят руками, ссылаясь на те же колики, а мне всё хуже…

К какому ужасу мы пришли спустя полтора месяца, узнав, что всё это время ей не хватало молока – малышка была голодной. За три недели она набрала только 30 грамм в весе. Для растущего организма ребенка очень важно быть сытым, а мы отказывали ребенку в его базовой потребности!

Двух месяцев голодания, двух месяцев непрерывного крика, двух месяцев запредельно нервного состояния матери было вполне достаточно, чтобы возникающая непосредственная эмоциональная связь двух самых близких существ – мамы и младенца была грубо нарушена. Ведь если ребенок не получает от родителей самого главного в этом возрасте — пропитания, он не получает и защиты. И эмоциональной защиты, к сожалению, тоже.

Тогда я не понимала, что мои плохие состояния ощущал и мой ребёнок. Это состояние хорошо описано в статье «заметка о фильме «Что-то не так с Кевином». Мои ощущения в звуковом векторе, когда я могла целый день и не вспоминать о еде, были перенесены на неё. И куда-то делся материнский инстинкт, а был ли он? Моё ярое до фанатичности кожное желание питаться только «здоровой» пищей отбрасывал все предложения о покупке сухого молока или детских смесей из магазина хотя бы для пробы…

Возможно, этот перенесенный в младенчестве стресс и стал причиной «особенности». У моей дочери аутизм и зрение -9.

Теперь в нашей сегодняшней жизни самое главное — не жить с ужасным чувством вины, постепенно загоняя себя в еще более худшие состояния и тем самым ухудшать жизнь ребенка. Это уже в прошлом.

Главное, что теперь я понимаю: от моего внутреннего состояния всецело зависит её. Я больше не пытаюсь «вытянуть морковку за ботву», я принимаю её такой, какая она есть, радуясь каждому её шажочку в развитии. Более того, она заметно изменилась за последнее время, всё больше улыбается и радуется. Стала открытой к людям, появилось желание контактировать с другими. Меньше приступов агрессии.

Я знаю, что она пришла к нам сюда, в этот мир, не напрасно. Она, как никто другой, показала мне меня саму.

Большая ошибка, оставлять особенных детей в роддомах. Это ценный подарок, указывающий на то, что пора что-то менять в себе и в этом мире. Детей нужно принимать с благодарностью. И чтобы это не осталось пустым призывом, лозунгом или аффирмацией, каждый может пройти тренинг по системно-векторной психологии и ощутить, как меняет мир системное мышление.

Аликанте, Испания

Во время получения второго высшего психологического образования я уже имела двоих почти взрослых детей. Сыну было 11 лет. Дочери— почти 18. С мужем мы развелись несколько лет назад. Кстати, после развода отношения с ним стали значительно лучше, чем раньше, когда жили вместе. Почти дружеские.

Новое знакомство

В группе, где я училась, был интересный мужчина. Он был вдовцом. У него тоже было двое детей-подростков: 14 и 16 лет. Его жена умерла, когда им было 4 года и 6 лет. С тех пор прошло 10 лет. Детей Олег воспитывал один. Так как отец много работал и учился, мальчишки росли практически на улице. Плохо учились. Водились с плохой компанией.

Отец считал, что главное— детей накормить, одеть, обуть, покупать игрушки. Чтобы они ни в чем не нуждались. Чтобы соседи не осуждали и пальцем не показывали. Мы с Олегом подружились. У нас было много общего. Мы интересовались и занимались психологией, эзотерикой, йогой. Любили учиться, получать новые знания.

Второй брак

Через некоторое время Олег Васильевич сделал мне предложение руки и сердца, я согласилась. Мне он нравился. Я подумала, что два психолога всегда смогут договориться и найти общий язык. Я была уверена, что смогу быть хорошей мамой его детям. С моими детьми мне было легко. Они были внимательными, самостоятельными. Занимались музыкой и спортом. Хорошо учились.

Наши с Олегом желания совпадали. Нам хотелось семейного уюта, тепла, добрых отношений с детьми, любви и дружбы.

Детей мы поставили перед фактом. Я сказала своим детям, что мы будем жить вместе с Олегом Васильевичем и его детьми. Он будет мне мужем, а им— вместо отца. Попросила относиться к нему с уважением, называть его Олегом Васильевичем и подружиться с его детьми. Дети были согласны, так как считали, что все, что делает мама,— правильно.

Совместное сосуществование или страсти-мордасти

Мы решили съехаться в одну 5-комнатную квартиру, а пока будем искать варианты, пожить в нашей 3-комнатной. Все, что началось вскоре, описанию не поддается. Четыре малознакомых подростка в одной квартире это— бомба. Они не подружились, а начали воевать друг с другом. Мы с Олегом были постоянно заняты: работа, учеба, огороды. Домой приходили заполночь.

Дома был кавардак. Все перевернуто вверх дном. Кровати не заправлены, горы немытой посуды. Никакой еды. Каждый выживал как мог. Прятали друг от друга хлеб, сладости, кто что найдет. Моя дочь злилась, что никто не помогает убираться. Что мальчишки сорят, грубят и матерятся. Мальчишки злились на отца, ревновали к нам, считали его деньги.

Сын мой не жаловался, но до ночи домой не заходил, ждал нашего прихода, так как дома началась дедовщина. Мальчишки гоняли его, заставляли работать на них, били и даже водили с собой воровать деньги у пассажиров автобуса. Сын их боялся и мне ничего не рассказывал.

Все это я узнала от соседей, которые стали предупреждать меня, что я могу потерять своих детей, воспитывая других.

Проблемы…Бесконечные проблемы

Дети мужа не хотели учиться, школу прогуливали, безобразничали. Он часто переводил их из школы в школу. Стояли на учете в детской комнате милиции. До поры до времени я об этом не знала. Потом мне на работу стали отовсюду звонить, что сын натворил— то, другой— другое. Мне приходилось оправдываться на работе, что это дети мужа. Иначе бы меня не поняли.

Младший хотел поначалу называть меня мамой, но старший его за это избил. Было много разборок и с учителями, и с милицией, и с потерпевшими. Мы за детей ручались, но все становилось еще хуже. Кроме всего прочего, старший парень совратил 13-летнюю девочку из соседнего подъезда. Она забеременела и родила ребенка.

Ее мама ничего не знала об этом, хотя и спала с дочкой в одной кровати. У них с мужем был бракоразводный процесс. Они не замечали, что творится с девочкой. Маме позвонили из роддома и сообщили, что девочка родила.

Олег не хотел ничего об этом ни слышать, ни знать. Сказал, что пусть сначала докажут. Младший стал таскать из дома вещи, книги. Ребята во дворе говорили, что он балуется наркотиками. Он не учился, бродяжничал, воровал. Мы искали его у друзей, по улицам.

Слава Богу, что мы не съехались!

Терпение мое заканчивалось. Разговоры и увещевания не помогали. Отца дети не слушали. Он не был для них авторитетом. Его практически не признавали. Мне мальчики обещали исправиться, но ничего не менялось.

Я решила, что мне пора подумать и о своих детях. Все это время они тоже страдали.

Олег не хотел расставаться. Ему с нами было хорошо и уютно. Но я напомнила ему, что дети несовершеннолетние и вся ответственность за них лежит на нем. Да и я в нем немного разочаровалась. Ради чего я так усложнила жизнь своим детям.

Я долго думала, почему у меня не получилось хороших отношений с этими детьми? Ведь я воспитатель, педагог, психолог. Всю жизнь работала с детьми, люблю их. Мечтала родить пятерых детей. Хотела усыновить детей из Дома ребенка. Почему же я не смогла стать хорошей мамой этим мальчикам?

Анализируем историю вместе с системно-векторной психологией Юрия Бурлана

Сейчас, зная системно-векторную психологию и пройдя тренинг, разбираясь в себе и других людях, я пытаюсь проанализировать эту ситуацию снова. Начнем по порядку.

Почему эти дети стали трудными подростками? Ошибки отца

— Отсутствие ощущения защищенности и безопасности. Они рано остались без матери. Отец ими почти не занимался. У детей не было чувства защищенности и безопасности, которое дети получают в основном от мамы.

— Обиды папы с анальным вектором. Отец не мог дать детям этого чувства, так как сам в детстве не имел его. Он всю жизнь был обижен на свою мать за то, что она больше любила другого сына, его брата-близнеца. Тот был красивенький. А Олега мать называла«колдуном». Все годы он рассказывал мне о своих обидах на мать. Получилось три поколения недолюбленных детей: отец, его дети и малыш, рожденный юной девочкой.

— Наличие у детей кожного вектора. В воспитании таких детей должна присутствовать строгая дисциплина и ограничения. Это способствует развитию вектора. Люди с кожным вектором могут быть спортсменами, танцорами, бизнесменами, военными, инженерами, юристами. Для всех этих профессий нужна железная дисциплина и стремление к успеху. Детей нужно было отправить в спортивные секции, в танцевальный кружок, в летную школу, в авиаконструкторский кружок и так далее. Дисциплины в семье не было.

— Ложь и воровство. Ложь и воровство— это последствия потери чувства защищенности и безопасности, а также— битье кожных детей. Если этим детям попадало в детстве, то они могли начать заниматься покражами. Это признаки неразвитого кожного вектора. А развитие векторов происходит у детей до пубертата.

— Бедность эмоциональной сферы. У детей не были созданы эмоциональные связи ни с кем. Ни с отцом. Ни с бабушкой-дедушкой. Ни с дядями-тетями. Видимо, неприятие отца в семье отразилось и на его детях. Или повлияли обиды сына на мать.

— Измененное отношение к себе. При отсутствии эмоциональных связей с родными и близкими у детей теряется ощущение защищенности и безопасности и формируются такие мысли: «Я тот, кто никому не нужен», «Я— плохой», «Меня бросили». У таких детей часто возникает настоящая агрессия на позитивное принятие их другими людьми. Они не знают, что делать, если тебя принимают.

— Выученная беспомощность. Дети Олега, как и детдомовские дети, не были ничему обучены. Не умели ухаживать за собой, заправить кровать, помыть за собой посуду, приготовить еду, убраться в комнате. Все это за них делал отец, приходя домой поздно вечером. Вовремя не научил. Заставить детей делать это не смог. Они уже вышли из-под контроля.

— Не было дружбы ни между отцом и детьми, ни между братьями. Отсутствие чувства защищенности и безопасности, отсутствие эмоциональных связей в семье, отсутствие опыта и примера полноценных семейных отношений привело к тому, что в новой семье дети стали проявлять агрессию и негативизм.

И хотя у ребят был родной отец и много других родственников, они приобрели личностные и поведенческие особенности детей, лишенных попечения родителей.

Как нам нужно было поступать в этой ситуации. Наши общие ошибки

Прежде чем заключать брак и объединяться в общую семью, мы должны были создать эмоциональные связи всех со всеми: между нашими детьми, между нами и детьми.

Для этого можно было начать ходить друг к другу в гости. Отмечать вместе праздники и дни рождения. Организовывать совместный прием пищи: обеды, ужины. Согласно системно-векторной психологии Юрия Бурлана, это очень сближает людей эмоционально.

Можно было совершать совместные поездки: на огород, в лес за грибами, на экскурсию. Ходить в походы с сыновьями. Там на природе в естественных трудных условиях можно установить достаточно близкие доверительные отношения. Поставить вместе палатку, сложить и разжечь костер, наловить рыбы, собрать грибов, приготовить на костре еду— и наслаждаться отдыхом, природой и совместно приготовленной пищей. Коллективный труд очень сближает мужчин.

Посещали бы вместе спектакли, где на пике эмоциональности непременно бы сближались на высокой ноте. Вместе читали бы книги, особенно душевные, на сострадание, и обсуждали их.Нужно было бы посоветовать Олегу чаще проводить время со своими детьми, больше с ними общаться. Встретиться с учителями детей, выяснить, по каким предметам, темам отстают дети и организовать им помощь в учебе (репетиторы, одноклассники, учителя).

Попытаться наладить Олегу взаимоотношения со своей мамой, семьей и вовлечь в них своих сыновей. Отсутствие близких, эмоциональных отношений с родственниками, с отцом лишило детей чувства защищенности и безопасности. А это мешало их развитию.

Необходимо было определить ребят в спортивные секции. Это естественным образом приучило бы их к дисциплине. Записать в какие-то кружки по интересам, например: авиамодельный, летная школа и так далее.

А потом, когда дети хоть сколько-нибудь подружатся, обязательно нужно было спросить у всех детей, согласны ли они на наш брак и совместное проживание. А если нет, то продолжать дружить семьями и ждать, когда дети подрастут.

Кроме этого, мы не наладили быт в семье, не нашли детям общего дела, общих интересов. Не распределили обязанности, мало контролировали. У нас было много эгоизма, занимались больше собой, своими делами, интересами.

Пустили многое на самотек. Считали, что стоит нам объединить свои усилия, создать детям хорошие условия в семье, по-доброму относиться ко всем детям, то все постепенно наладится.

Были и внешние трудности. Это были 90-е годы. Работали много. Денег не хватало. Зарплату почти не платили. Мы сами теряли чувство защищенности и безопасности, поэтому не могли дать его друг другу и детям. Наша учеба. Все это отнимало много времени и сил, которые в первую очередь нужны были детям.

Что бы я посоветовала семьям, желающим взять детей на воспитание

Даже если бы мы не совершили стольких ошибок, воспитание подростков, даже своих, — очень трудное дело. Нужно очень хорошо подумать, разобраться в себе и попытаться понять особенности детей.

Конечно, подросткам семья также необходима, как и маленьким детям. Для более старших детей, никогда не имеющих семьи, обретение приемной семьи— последний шанс получить опыт семейной жизни, чтобы использовать его для создания собственной семьи в будущем.

Даже «гостевая семья»— брать ребенка по выходным и праздникам— имеет большое положительное значение для ребят. Они увидят, как строятся взаимоотношения между мужем и женой, отношение к детям, распределение обязанностей между всеми членами семьи.

Именно готовность родителей принимать ребенка таким, какой он есть, и отдавать ему максимум тепла и заботы возвращает ребенку ощущение защищенности и безопасности.

Чтобы не совершить моих ошибок, посетите бесплатные онлайн-лекции по системно-векторной психологии Юрия Бурлана.